Возмездие
Шрифт:
Ким Филби получил приказ застрелить Франко при очередной встрече с генералом для интервью.
Внезапно Пол Харт получил вызов в Москву и там исчез (его расстреляли). Покушение на фашистского диктатора таким образом сорвалось в самую последнюю минуту. О Киме Филби вроде бы совсем забыли на Лубянке. Вспомнили о нём лишь много лет спустя. (В 1963 году, спасаясь от неминуемого ареста, он бежал в Москву, где скончался в 1988 году.)
Проваленная операция — всегда изъян, «прокол». Сталин лишь набрал в грудь воздуха, но глянул так, что Ежов содрогнулся. Он понял, что ему зачли успех с испанским золотом. К тому же он мог пока считаться на Лубянке новичком… Но кому понадобилось
Чистить, очищать безжалостно!
Искать и находить совсем иных людей!
В эти дни он привёл в сталинский кабинет в Кремле молодого Павла Судоплатова. Недавно этому чекисту удалось ликвидировать руководителя украинских сепаратистов Е. Коновальца. Предатель украинского народа погиб от взрыва бомбы в одном из кафе Амстердама. Осуществлялась программа неумолимого возмездия. Перебежчики, предатели метались по Планете в поисках убежища, но их всюду настигали советские мстители, получавшие задания на Лубянке.
П. А. Судоплатов (впоследствии генерал-лейтенант) получил задание во что бы то ни стало ликвидировать кровавого палача русского народа Троцкого. Этот гитлеровский приспешник, «почётный ариец» Третьего рейха, немало навредил республиканцам Испании, подняв мятеж в Барселоне. Теперь он хвалится тем, что у него осталась в СССР мощная подпольная организация, члены которой ждут не дождутся освободительного похода фашистских войск на советскую землю.
Троцкий учуял интерес Лубянки к своей персоне и стал предельно осторожен. Он окружил себя надёжными охранниками. Его помощником стал старший сын, выросший в опытного конспиратора. Ежов заметил, что Сталин понемногу раздражается. В самом деле, неужели с этим проходимцем не в состоянии справиться мощная система государственных спецслужб? В это не верилось. Тогда в чём дело?
Троцкий начал метаться по Европе: Норвегия, Франция, Испания. И всюду успевал оборвать за собой хвосты. Удалось лишь похитить его обширнейший архив. Хоть шерсти клок! И в этот момент Троцкий испугался и смотался в Мексику. Там он сел в осаду, превратив свой дом в настоящую крепость.
Неудач («проколов», по-чекистски) на Лубянке не любили. И, как правило, не прощали. Здесь господствовали свои планы. У Ежова уже сорвалось покушение на генерала Франко. Теперь постоянным укором стал неуязвимый Троцкий. Спасала маленького наркома защита Сталина. Генеральный секретарь понимал сложность лубянской работы и как мог помогал Ежову своей ненавязчивой, но тем не менее вдумчивой опекой. Он как бы повышал образование наркома: подсовывал ему необходимую литературу и часто снисходил до продолжительных бесед-инструкций. В старательности Ежова он убедился. Однако плохо обстояло с кругозором, с уровнем культуры. А на таком посту без этого не обойтись!
Утешением Ежову послужил очередной успех советских секретных служб: удачное похищение генерала Е. К. Миллера, руководителя РОВСа, воинственного союза русских белогвардейцев. После смерти Врангеля эту организацию возглавил генерал А. П. Кутепов. Его ликвидировали в 1930 году с помощью надёжной агентуры: бывшего белогвардейца Н. В. Скоблина и его жены, известной певицы Н. В. Плевицкой. Они заманили Кутепова в западню. Точно такой же приём сработал и в охоте за Миллером. Генерала привезли в Москву и поместили в камеру внутренней тюрьмы. С ним долго работали, склоняя к измене. Генерал отверг все предложения и был расстрелян.
К огорчению Ежова, французские власти, расследуя похищение Миллера, вышли на след Скоблина и Плевицкой. Спасаясь от ареста,
Успехи нового наркома чередовались с неизбежными провалами.
Одновременно с известием об аресте Плевицкой в Москве был получен сигнал от резидента во Франции И. Агаянца. Он сообщал, что испанское золото доставлено в СССР не полностью: часть его каким-то образом попала в руки троцкистов. От досады Ежов стукнул кулаком по донесению. Снова Троцкий со своей бандой! Сколько же можно его терпеть? Он проверил всю «цепочку» агентуры. Его подозрение пало на Шпигельгласа, начальника управления, и двух резидентов в Западной Европе: Орлова и Кривицкого. Вся троица происходила из одного западно-украинского местечка. На Шпигельгласе уже и без того висела вина за постоянные «проколы» с ликвидацией Троцкого. Оба резидента, получив вызов в Москву, немедленно ударились в бега.
Снова «проколы»!
О ликвидации Троцкого, этой зловредной международной гадины, следует рассказать особо.
Появившись в Мексике, Троцкий нашёл приют в доме художника Д. Риверы. Неисправимый пакостник, он тотчас наставил хозяину дома рога: стал сожительствовать с его женой Фридой. Разразился скандал. Кричали все: и художник, и его блудливая жена, и бедная Седова, жена Троцкого, и сам Троцкий. Ему, уже потасканному и седому, помнились золотые дни, когда его сверкающий поезд Главкома был битком набит хорошенькими стенографистками, всегда готовыми явиться «на допрос». Теперь похотливому старику приходилось довольствоваться ласками одной, двух секретарш.
Изгнанный из дома художника, Троцкий приобрёл поместье.
Усилиями нашей агентуры было перехвачено письмо старика Ф. Дана старухе Е. Кусковой:
«Наши товарищи, действующие в России, за последнее время заметно приободрились. Какая-то волна сочувствия поднималась им навстречу даже из коммунистических рядов».
Догадаться, чему радовался этот политический пигмей, не представляло труда: после провала «Промпартии», «Трудовой крестьянской партии», «Союзного бюро меньшевиков» и других организаций (эмигранты пышно именовали их «мощными») беззубые шамкающие политиканы тихо ликовали по поводу крысиной деятельности Мрачковского, Бухарина и присных.
Но вот следующее письмо того же Ф. Дана:
«… недавно нас постиг довольно сильный провал».
Ответом на эти загадочные провалы были открытые процессы троцкистов в Доме Союзов.
Сообщение германского консула в Женеве от 8 января 1940 года:
«Агент из Франции сообщает, что англичане планируют через группу Троцкого во Франции установить связь с людьми Троцкого в самой России и попытаться организовать путч против Сталина. Эти попытки переворота должны рассматриваться как находящиеся в тесной связи с намерением англичан прибрать к рукам русские нефтяные источники».
Через 9 дней, 17 января, на стол Риббентропу легло ещё одно донесение из Женевы:
«Английской стороной будет предпринята попытка мобилизовать группу Троцкого, т. е. IV Интернационала, и каким-то способом перебросить её в Россию. Агенты в Париже сообщают о том, что Троцкий с помощью англичан должен будет вернуться в Россию, чтобы организовать путч против Сталина».
Эти секретнейшие донесения читал не только Риббентроп, успешно слетавший в прошлом году в Москву и заключивший пакт с Молотовым (вскоре Молотов, как мы теперь знаем, для дальнейших переговоров приедет в Берлин). Эти скопированные документы читал и Сталин. Читал и устало закрывал глаза, пускал неторопливые клубы дыма и напряжённо размышлял.