Возлюбленная
Шрифт:
Некоторые были заняты карточной игрой за круглыми дубовыми столиками. Другие лакомились изысканными деликатесами возле громадного буфета, установленного вдоль длинной стены. Какой-то отрок в жилете из белого атласа с серебряным кантом чистым сопрано под аккомпанемент цимбал выводил лирическую песню.
Завидев короля, придворные прервали развлечения, но он, на ходу помахав им рукой, проследовал дальше через Сад Уединения.
– Билейзис уже на барке. Там же находится представитель из Крейвена, – сообщил Джеймс брату.
Два упомянутых человека относились к числу немногих придворных,
Разыгравшиеся собаки продолжали лаять и путаться под ногами у короля. Наконец, его величество, не выдержав их шумной возни, жестом показал слуге, чтобы тот увел избалованных животных.
– Том Бладуорт сетует, что жители отказались помогать ему, когда он попросил их об этом, – продолжал Джеймс.
– Сам дьявол не сможет их уговорить, – сказал король. – И это понятно – ведь их собираются лишить собственных домов и лавок. Но этого не избежать. Нужно как можно скорее начинать действия.
Именно на это и делал ставку осмотрительный Пепис. Он верил в авторитет и власть короля. Вряд ли кто-либо из горожан сейчас усомнился бы в правильности решения своего монарха или отказался бы выполнять его распоряжения. Поэтому верный служака, не теряя времени, направил лодку к королевскому дворцу и обратился за помощью непосредственно к его величеству.
В свою очередь и Карл сознавал важность своего присутствия в Сити в эти часы. Это могло принести гораздо большую пользу, чем любые действия его подчиненных. Оказавшись в гуще событий, он мог бы вселить в людей уверенность в победе над огнем и заставить их бороться с удвоенной силой. Со времен правления Елизаветы ни один монарх не был так популярен у жителей Лондона, как он.
Собравшиеся на барке титулованные мужи не спеша прохаживались по палубе под бархатным тентом с королевской эмблемой и обсуждали положение дел в городе. Карл приветствовал их дружелюбной улыбкой, не упустив очередной возможности пустеть в ход унаследованное от Стюартов природное обаяние. Экипаж налег на весла, и барка двинулась от причала по Темзе на восток. Король приступил к изложению своего плана операции.
– Мы не должны допустить, чтобы огонь продвинулся до Тауэра, – сказал он.
– Мы полностью разделяем ваши опасения, ваше величество, – с серьезным видом подтвердил Билейзис.
Остальные тоже закивали головами, согласившись, что пожар в Тауэре может представлять большую опасность. Во внутренних помещениях Тауэра полно сухого, легковоспламеняющегося материала.
– Мы не должны забывать об архивах в церкви Святого Джона. И нужно обязательно сохранить, – напомнил глава графства Манчестер.
Король одобрительно кивнул головой.
– Помимо всего нужно любой ценой уберечь от огня Белую Башню.
В то время, когда Англия вела новую войну с Голландией, Белая Башня выполняла важную роль арсенала.
– Там находится большой запас пороха, – добавил Джеймс. – Трудно представить, что будет, если огонь доберется до башни.
– Этого не должно произойти, – прервал его Карл резким от волнения голосом. – Я буду лично следить
После такого заверения короля все находившиеся на палубе многозначительно переглянулись. Карл никогда не отличался хвастовством и не бросал слов на ветер. В памяти людей еще свежи воспоминания о том, как после казни отца он бесстрашно, рискуя жизнью, преодолел все препятствия, мешавшие ему найти временное убежище за пределами Англии. Все знали, что он отличается смелостью и физической выносливостью, что способен действовать быстро и решительно в критических ситуациях, даже в очень стесненных условиях.
Чем дальше продвигалась барка, тем острее чувствовал Карл едкий, удушливый запах дыма. Чем ближе они подплывали к Сити, тем сильнее сгущалась темнота над головой и тем больше ветер разносил пепел над поверхностью реки.
Сэмюэль Пепис все это время тоже находился на палубе, но скромно держался в стороне. Он получил конкретное предложение короля совершить с ним обратную поездку в эти места и поэтому предпочитал не лезть не в свои дела, сохраняя почтительное молчание в присутствии своего патрона. Он отдавал себе отчет в том, что является всего лишь гражданским лицом. Сэмюэль был сыном портного. Своего высокого положения он добился сам, исключительно благодаря усердию и аккуратности в работе. Карл жестом предложил ему приблизиться.
– Как вы думаете, высадка в Куинхите все еще возможна?
– В то время, когда я отправлялся во дворец, да, ваше величество.
– Попробуем сойти на берег в этом месте. Там мы устроим главную штаб-квартиру.
– Это можно сделать в Илай Плейс, ваше величество. Там у нас тоже имеются пожарные посты. С вашего высочайшего разрешения их можно будет рассредоточить вдоль границ Сити. Можно установить их в Олдерсгейте, на улице Коулмен, в Крипплгейте.
Карл дружески похлопал его по плечу.
– Отличное предложение. Для начала это будет неплохо, – сказал он. – А как обстоят ваши собственные дела, мастер Пепис? Что с вашим домом и имуществом?
– Моя жена сделала все, что смогла, с помощью слуг, ваше величество. – Пепис был тронут заботой короля. Если монарх способен проявлять внимание в такое время к отдельному подданному, то неудивительно преданное отношение к нему всего народа.
– Когда я покидал город, огонь вылизал почти половину улицы Верхней Темзы, – продолжал Пепис. – А там очень много лавок и складов с коломазью, маслами, смолами и дегтем. Мост еще был невредим, но пламя уже подбиралось к домам на северном берегу.
– Стоит только огню перекинуться через мост в Саутуорк, как Бог знает что может случиться дальше, – сказал Джеймс.
– Так какого черта ждут эти пожарные? – властным голосом вскричал представитель Манчестера. – Неужели они ничего не могут сделать?
Ему никто не ответил. Жалкое оснащение пожарных совершенно не соответствовало данной чрезвычайной ситуации. Какого прока можно было ждать от них с их слабыми медными брандспойтами, небольшими лестницами и кожаными бадейками в борьбе с разбушевавшимся пламенем? Не возлагали больших надежд и на пожарные вагоны – огромные цистерны на колесах. Они то и дело выходили из строя или застревали в узких улочках, где они были нужны больше всего.