Война
Шрифт:
В палату молодые люди возвращались с лёгким сожалением — покидать лагерь учёных, наполненный такой массой интересного, было немного грустно. Уже дома Лани почувствовала неимоверную усталость. Спать хотелось так сильно, что глаза слипались прямо на ходу. Но Рилл решительно запретил отдых и повез её в адаптационный пункт.
— Иначе завтра всё тело будет болеть так, словно мы того самого кита всю дорогу на себе тащили, — заявил он, и Лани решила, что он прав и спорить бессмысленно.
На обратном пути силы покинули её, и она заснула так крепко, что проснулась уже утром. На этот раз Рилл спал, и Лани, поскучав немного, решила его разбудить. Рилл решительно отказывался просыпаться, бормоча что-то спросонья, и ей пришлось настоять. При помощи стакана воды. Охлаждённой. В морозильной камере. После этой процедуры ей удалось успешно спастись бегством. Выждав пару минут,
— Что ты ещё задумала? — Рилл приоткрыл створы огромной душевой кабины, и через образовавшуюся щель подозрительным взглядом осмотрел её руки в поисках орудия очередного преступления.
— У меня ничего нет! — засмеялась Лани, показывая ладошки. Она открыла створку кабины и влезла к нему. — Я пришла извиняться!
Главное солнце уже нависло над горизонтом, и Лани принялась расталкивать Рилла.
— Рилл, вставай, любимый, скоро стемнеет.
Он открыл глаза и снова закрыл их.
— Пойдём, искупаемся перед ужином! — она вскочила и, смеясь, потянула вяло сопротивляющегося Рилла за руку.
В конце концов она стащила его с матраса. Оказавшись на горячем песке, он вскочил на ноги.
— Ах, так! Ну всё, моё терпение лопнуло! — заявил Рилл, скорчив свирепую физиономию. — Сейчас я сделаю из тебя подводную лабораторию Дэльфи! — он сгрёб её в охапку и потащил к воде.
Но бросить её в море он не успел. Коммуникаторы на их запястьях синхронно заверещали сигналом экстренной ситуации, и электроника самостоятельно приняла пришедший по особому каналу вызов.
— Внимание! — механический голос автоматического оповестителя рассёк пространство тропической сказки, словно удар плазменного клинка. — Боевая тревога, оранжевый сигнал! Всем военнослужащим, находящимся вне расположения своих подразделений, срочно прибыть на базы. Объявлена трёхчасовая готовность! Повторяю...
Через час они были уже в космопорту. На этот раз пассажирский терминал был практически полным, все пилоты, находившиеся на Радуге, спешили вернуться на базы. Челноки отправлялись каждые двадцать минут, и долго ждать не пришлось. Пилот челнока, убедившись, что все кресла заняты, включил предупреждающую индикацию и поднял машину в воздух. Едва челнок вышел за пределы защитных куполов космопорта, резкое ускорение привычно ударило в грудь, пытаясь выдавить из лёгких воздух. Машина поднималась по синергетической траектории, пилот старался выиграть лишние секунды для тех, кто сидел сейчас в пассажирском отсеке его челнока. Как только они оказались на базе, Рилл умчался в штаб полка, а Лани направилась в ангар. Вся эскадрилья была в сборе, пилоты занимались проверками своих машин, тихо переговариваясь с постами технической службы. Расспросив товарищей, Лани узнала, что ожидается атака на систему и что Одиннадцатая и Двенадцатая эскадрильи уже в космосе, ушли в усиление патрульных групп. Спустя полчаса вернулся Рилл, построил личный состав и лаконично объявил:
— Системы дальнего обнаружения засекли движущиеся к нам силы противника. Расчётное время выхода врага в реальный космос — минус восемнадцать минут. Командование ожидает одновременную атаку двух флотов с разных направлений. Гарнизон системы уже заканчивает развёртывание, Ударная группировка покинула систему Солнца и будет здесь через полчаса. Наш полк включён в состав оперативного резерва. Наша задача — находиться в боевой готовности. Поэтому приказываю всему личному составу через семнадцать минут занять места в машинах. Доклад по готовности. Разойдись!
Лани сидела в пилотском кресле своей «Плети» уже через десять минут. Ожидание тянулось утомительно долго, словно кто-то специально для неё создал сверхдлинные секунды, в каждую из которых запросто вместился бы час. Ожил тактический анализатор, видимо, силы противника вышли из гипера. Лани посмотрела на картинку. Действительно, два флота. На противоположных сторонах системы. Пауки собрали для этого нападения огромные силы.
Первый удар Инсов с дальней дистанции был страшен. Несколько лёгких крейсеров, занимавших позиции вне защитных полей орбитальных баз, почти мгновенно превратились в яркие вспышки, сменившиеся клубами оранжевого пламени. Лани представила, насколько высокой была плотность вражеского огня, если их щиты не выдержали в первую же секунду. Под таким огнём долго не продержаться даже военным базам. На этой дистанции мы мало что можем противопоставить
И командование прекрасно понимало это. На сфероиде тактического анализатора в сторону одного из вражеских флотов словно устремился зелёный метеоритный поток — «Обереги» пошли на сближение. «Оберег» — тяжёлый линкор, имевший минимальное вооружение, но увеличенную скорость и сверхмощные энергощиты. Под защитой его полей скрывалась целая маневренная группа: несколько крейсеров или авианосцев. Его задачей было подвести группу как можно ближе к противнику. Огонь Инсов был настолько мощным, что многие «метеориты» на схеме распадались на мелкие точки, тут же бросающиеся врассыпную. Некоторым из них удавалось прилепиться к другим «метеоритам», остальные быстро гасли. Лани закрыла глаза. Сознание того, что каждая погасшая на сфероиде точка означала погибший корабль и смерть его экипажа, резало сердце на куски, наполняя создание удушливой всепоглощающей ненавистью. Хотелось вырваться из тесной базы и зубами вцепиться в море красных отметок, облепивших систему, выгрызая сочащиеся едкой нечеловеческой кровью куски из чужой плоти.
Едва ощутимо завибрировал гермокомбинезон, высушивая выступивший на спине холодный пот, и Лани снова посмотрела на сфероид. Зелёный метеоритный дождь, поредевший на пятнадцать процентов, упрямо приближался к густому крошеву красных отметок, самая дальняя часть которых медленно отходила назад. Понятно, Инсы отводят назад тяжёлые линкоры, пытаются сохранить максимально эффективную дистанцию для ведения огня. Тем временем второй флот пауков сосредоточил огонь на орбитальных базах. Мощные щиты какое-то время будут поглощать огромные потоки энергии, но в конце концов не выдержат и они. Почему командование не организует вторую атаку, неужели в системе так мало сил? Словно в ответ на её вопрос на схеме вспыхнул второй зелёный поток. И он снова устремился к первому флоту, явно ставя целью ударить Инсам во фланг. Лани поняла, что выстроенная подобным образом двойная атака должна вынудить пауков отступить для перегруппировки сил и при этом наткнуться на минные поля. Но выдержат ли базы сосредоточенный огонь второго флота? Он уже развернулся широким фронтом, позволяющим достичь максимальной плотности выброса энергии. Сейчас пауки наиболее уязвимы для атаки на дистанции клинча, но вне энергощитов базы перехватчик не проживёт и десяти секунд. Лани напряжённо смотрела на танцы разноцветных точек. В полковом эфире стояло гробовое молчание. Тысячи глаз в этот момент не отрывали взгляда от сфероидов тактических анализаторов, понимая, что в любую минуту ближайшая к воспалённо-красной сыпи отметок паучьего флота белая фигурка военной базы может запульсировать розовым цветом, означающим отказ защитных полей, и отсчёт их жизни пойдёт на секунды.
Первая атака, поредев почти на треть, всё-таки сблизилась с первым эшелоном противника, выйдя из зоны максимальной опасности, и жирные точки зелёных метеоритов одновременно лопнули, запуская в сторону красных отметок ручейки мелких брызг. Лани с завистью смотрела, как смешиваются зелёные и красные отметки. Сейчас там, за десятки тысяч километров отсюда, сотни кораблей вгрызаются в боевые порядки противника, и неуклюжие цилиндры авианосцев злобно выплёвывают во врага хищные треугольники эскадрилий, выпуская на волю жаждущие крови перехватчики. Внезапно раздался короткий сигнал, и изображение их базы на сфероиде полыхнуло розовым. Лани впилась глазами в информационное пространство. Разгерметизация и пожар на четвёртом уровне. Находящиеся на пределе щиты не выдерживают обстрела, и станция пропустила удар. В эфире по-прежнему стояла тишина. Обсуждать было нечего. Все прекрасно понимали, что в эту минуту всё зависит от расчётов пожарных команд и теряющих последние тераватты энергии щитов.
Ещё одна база замигала розовым. Лани стиснула рукояти управления так сильно, что почувствовала боль в пальцах. Умирать, даже не вступив в бой, было обидно. Почему командование молчит? Ведь ясно же, что базам осталось недолго... На сфероиде первое море красных точек вдруг резко поредело в своей дальней части, и Лани мстительно оскалилась. Всё-таки нашим удалось выдавить пауков на минные поля. Сейчас второй поток достигнет красной сыпи, и начнётся самое главное. Если к тому времени от первого в живых останется хотя бы треть, этот флот Инсов перестанет существовать не только в виде точек на карте. Вновь вспыхнул индикатор тревоги, сообщая, что третий уровень повреждён. Связи с четвёртым уровнем уже не было. Лани запоздало подумала, что их с Риллом кубрики находятся на третьем уровне. Хотя, кого сейчас это интересует, жилыми помещениями в сложившейся ситуации необходимо пренебречь.