Война
Шрифт:
Пяток сохранивших плавучесть чемоданов, намекавших на грустную участь выработавшего топливо «Боинга».
М-да, тут в одно лицо делать нечего. Нужно выстраиваться цепью, от горизонта и до горизонта, а затем педантично просеивать зону катаклизма. Капля за каплей, песчинка за песчинкой.
Пустые замки подождут, а вот бесхозное добро из реала физика Друмира быстро помножит на ноль.
Мелочевка исчезнет за минуты.
Вон тот севший на мель мусорный контейнер — за часы.
А покореженный и притопленный микроавтобус — продержится еще
Кто сейчас не подсуетится — все последующие годы будет кусать локти. В этот супермаркет под открытым небом второго завоза, скорей всего, не будет.
Гумунгус вдруг остановился, повел носом и взял резко вправо. Попытавшись вернуть его на путь истинный, я нарвался на предупредительное рычание. Обалдеть, маунты совсем обнаглели, эдак скоро мне самому его возить придётся!
Пока я размышлял над преступлением и наказанием, мишка с блаженным урчаньем вклинился во встречное течение нежно-бирюзового цвета. Ширина протоки: от меня и до низких облаков, водичка приятно греет ноги, вокруг, кверху пузом, плавают цветастые тропические рыбки. Красиво…
Гумунгус вновь сменил курс и теперь словно плавающий танк стремительно рвался к цели. Оранжевая точка впереди заставила накинуть на разум вуаль «Орлиного Зрения». Десятикратный зум резко сузил сектор обзора, но помог победить расстояние.
На водной глади покачивался небольшой спасательный плотик для маломерного флота. На штанге мигал красный маячок. Предполагаю, что и на всех аварийных частотах пищало хилое «SOS!».
Три минуты хода плюс удачно подвернувшаяся полоса бархана, превратившаяся нынче в песчаную косу и избавившая нас от сомнительного заплыва. Радостно размахивающих руками спасаемых не наблюдалось.
Мишка взревел наподобие крейсерского ревуна, привлекая внимание разумных и разгоняя притворяющихся крокодилами варанов. Здоровенные твари… Неужто успели отожраться на халявном мясе?
Вот уже видны выведенные белой краской имя и порт приписки судна: «Хатиква, Эйлат».
Обалдеть, этих-то как сюда занесло? У них же есть свой маленький, но очень своеобразный кластер. В голой пустыне и абсолютно без воды. Такой вот подарок евреям от бывших союзников. Стройте акведуки, возите караванами и порталами. До ближайшего источника всего семьсот верст.
Вблизи надувное средство спасения выглядело откровенно хреново. Пропоротые и обвисшие секции, горсть еще горячих гильз, щедро залитых ярко-алой артериальной кровью. Ну и главное: на скрипящем от натуги резиновом дне плотика возвышался обелиск небесно-голубого цвета и непривычных для Друмира очертаний.
Вот я и обнаружил один из тех безымянных памятников, о которых рассказывал Стас.
Кем же ты был, неизвестный попаданец из реала?
Я провел кончиками пальцев по благородному камню. Хомяк услужливо зашептал на ухо: «Голубой мрамор, две штуки евро за квадрат! Прячь в сумку до лучших времен, ты сможешь! Я верю в тебя, старший брат!»
— Ай! — мелькнувшая когтистая лапка полоснула меня по ладони с предсказуемым нулевым уроном.
Я
Из-за обелиска выглянул всклоченный кошак, выгнул дугой спину и угрожающе зашипел. Мол, не твое — не хапай!
— Хозяин твой? — сочувственно спросил я, деловито присматриваясь к зверушке.
Красавец мэйн-кун, мокрый, как выдра, и крупный, как рысь. Роскошный зверь!
Это монстров в Друмире — хоть консервируй. А с домашними фамилиарами лютая напряженка, от того и в цене. Тем более что мэйн-кунов в игре еще не видали, а любителей этой породы, готовых заплатить реально любые деньги, да еще и в долги влезть, наверняка хватает.
Интерфейс не ломался, окрасил цель в салатовый с оранжевой окантовкой — чья-то живность в агрорежиме и услужливо подсказал:
— Кот: «Кот». Уровень: 12.
Хм, без фантазии, но принимается. Медленно протянул раскрытую ладонь:
— Ну что, мордатый, будем дружить? Залезай на медведя, а я пока плотик упакую, хозяин-то твой — тю-тю…
Жух! Мелькнула и промахнулась кошачья лапа, заставив меня рефлекторно отпрянуть. В ловкости зверь сильно проигрывал, а бонус «Всегда в цель» — на первый удар при нападении из засады или стелса уже не работал.
Резкое движение видать всколыхнуло мозги. Я на секунду замер с открытым ртом, затем смачно хлопнул себя по лбу.
— Ой, дура-а-ак!
Торопливо полез в инвентарь, нервно поглядывая на обелиск, — только Павший знает, сколько он продержится в нашем слое реальности. Вообще, судя по камушку, вынужденный переселенец попался не простой. Президент банановой республики? Герой, победитель олимпийских игр? Знатный аятолла?
У меня ведь и у самого обелиск нестандартный, белого мрамора, на зависть другим игрокам. Не раз уже приходилось распихивать толпы любопытных, собравшихся у нестандартной могилки…
«Здесь покоится герой, чтивший память павших в бою. Остановись же на мгновенье, путник, склони голову и подумай о вечном…»
М-да…
Кот следил за мной внимательным взглядом.
— Сейчас, боец, потерпи! Реанимируем твоего хозяина!
Ломаю печать на свитке «Воскрешения», жду положенные двенадцать секунд и сдавленно ахаю.
— Хозяйку…
В хрустальной сфере возрождения видна фигура молодой девушки в спортивном топике с черной галкой брендового логотипа. Как там бубнила реклама? Крыло богини Ники?
А вот и еще один способ вычислять попаданцев — внимательно смотреть, в чем они спаунятся. Сорвавшиеся в игровых аватарах появляются в дизайнерских подгузниках для мальчиков, либо в полупрозрачном пеньюаре для девочек. А вот захваченные Друмиром земляне — воскресают в собственном исподнем.
Кстати, а ведь симпатичная, причем по меркам обоих миров…
Мне уже порядком приелись идеальные симметричные лица, сгенерированные ИскИнами по шаблонам, разработанным для пластических хирургов.