Война
Шрифт:
— Проклятье! Где он их столько берет?
— Наемники слетаются на наживу, как пчелы на мед…
— Чем он будет платить наемникам? Ведь Арилаза пуста. А с Кордии он взял все, что мог.
Фаркус пожал плечами:
— Возможно, разбегутся. Но не думаю, что Арилаза, как вы говорите, пуста. Пусть алмазов нет, но дома-то остались. Всё вывезти люди не смогут, поверьте мне. Тем более, что сейчас и возле Эрда есть чем поживиться.
— И всё же, Фаркус, ведь честно, я не вчера родился, ты был наемником. Если тебе не платили, что ты делал?
Бывалый
— А я к таким не нанимался, которые не платят.
Но подумал и усмехнулся.
— Детские сказки. Наемники грабят. — Он вздохнул. — Вы же знаете, милорд, Илония строго относится к ветеранам. Если ты замечен в зверских грабежах и разбое, тебе заказано возвращение на родину. Но ведь есть и разрешенные грабежи. Когда город не сдается, когда льется кровь, командование дает разрешение на разграбление. В этом случае ребята дерутся яростней.
— Ты грабил?
Фаркус хитро улыбнулся.
— Меня бы не взяли служить во дворец, если бы я засветился с этим делом. Илонийцы всегда весьма щепетильны и осторожны в этих делах. И мы не выдаем друг друга. Но если уж на то пошло, милорд, то было дело. Если Курхоту нечем платить, то Илония — лакомый кусочек для грабежей. Мирное, торговое королевство. А Нарта — богатый город, чтобы пообещать его богатства как плату. Но до Нарты еще надо дойти. Гелназ — весьма сильная крепость.
— Если Загир успеет.
— На самом деле, даже если не успеет, все равно крепость слишком сильна. Припасы они успеют заготовить, жителей укроют. А дальше Курхот сломает зубы об Гелназ.
— А если Курхот обойдет Гелназ? Если, как и Альтам, пойдет сразу к Нарте? У Хайдира не хватит сил, чтобы остановить его. И сам он не останется в крепости. Он нужен в столице. У Нарты стены гораздо ниже, хотя их и два кольца.
— Мы узнаем все довольно скоро, милорд, — вздохнул Фаркус. — Но хочу сказать, что, судя по скорости продвижения Курхота, деньги у него есть и жалование наемникам он платит, и весьма щедрое. А вот насколько его хватит, время покажет.
К концу разговора Иллар вконец вымотался и не стал противиться знакомому терпкому снадобью.
Проснулся он, когда фургон наскочил на особо большой валун и повозку существенно тряхнуло. В этот раз ему было намного лучше. Тряска не уменьшалась, но боль отошла. Он огляделся. В фургоне спали Орсаг и Мират. Иллар попробовал встать, но добраться до возницы получилось только ползком. На козлах сидели Степас и Сайл. Сайл обернулся на шум, увидел Иллара и радостно облегченно улыбнулся. Степас также оглянулся, но увидев Иллара, наоборот, нахмурился.
— Милорд, вам лучше уйти внутрь.
— Почему? — Иллар привалился к ящику около полога. Даже такое небольшое усилие вызвало слабость.
— Не надо, чтобы вас видели.
— Почему? — упрямо переспросил Иллар.
Сайл нагнулся и огорченно прошептал:
— Ребятам трудней придется вас защищать, если вас увидят.
— Я
— Нет, но только вас всё равно надо охранять!
— Все на месте?
— Кроме Латина.
— От него нет известий?
— Нет.
— Как ты себя чувствуешь, Сайл?
По лицу юного воина пробежала улыбка.
— Шрамы украшают мужчину.
— Да пусть я лучше буду уродом! — в сердцах пробормотал Иллар.
— Звен считает также.
— Как он?
— Если ему попадется Альтам, разорвет на куски.
Иллар улыбнулся:
— Пусть встанет в очередь. Где Фаркус? Разыщи и скажи, что я готов поговорить с Шесбином.
Шесбин появился, когда солнце садилось за горизонт. Иллар успел еще раз отдохнуть и чувствовал себя лучше. Войско остановилось на ночлег, и Иллар сидел, облокотившись на колесо фургона. Его отряд расположился вокруг него. Иллар уже знал, что бдительное дежурство его люди несли не только ночью, но и днем. При появлении командующего они подтянулись ближе. Фаркус встал рядом с Илларом.
— Милорд.
— Командующий Шесбин. — Иллар встал с земли.
— Мне хотелось бы получить некоторые объяснения, — сказал Шесбин.
— Как вам будет угодно.
Сайл подбежал с двумя табуретами. Иллар с облегчением сел, опять облокотившись на колесо. Сел и Шесбин
— То, о чем мы говорили при нашей последней встрече… — начал Шесбин.
— Вы приняли все-таки меры предосторожности.
— Да. Мне доверили командовать войском не за красивые глаза. Я принял во внимания вашу версию событий, и это спасло мою армию.
— Я это понял.
— Я послал второй доклад Королевскому Совету. На мой первый доклад ответ не пришел, не пришел и на второй. Я получаю приказы Совета, но про вас там ни слова.
— Но придёт на днях.
— Надеюсь на это.
— Либо это подтверждает мою правоту.
Командующий согласно кивнул.
— Возможно. Но думаю, будет правильней объяснить в первую очередь то, что рассказали освобожденные пленные.
— Ваше право. Вам не показалось странным, Шесбин, что пленных намеренно отпустили? Для чего?
— Чтобы они рассказали то, что увидели.
— То, что перед ними разыграли.
— Разыграно было искусно.
— Альтам мастер в этом деле.
— И все же это — ваша версия.
Иллар устало прикрыл глаза.
— Он действительно был некоторое время моим приемным отцом.
Шесбин молча ждал продолжения.
— Но, ненавидя мою семью… Знаете ли, Шесбин, наши прерванные всяческие отношения с Торогией не были обусловлены простым капризом. Для этого были веские причины. Мной Альтам планировал отомстить за своё полученное когда-то унижение. Он решил посадить свою марионетку на илонийский трон. А кто может быть лучше, чем любимый приёмный сын, воспитанный в ненависти к собственному отцу. Убив отца руками сына, он открывал себе дорогу к влиянию на всю жизнь Илонии.