Война

Дэвис Дженнифер

— Наверное, без сознания, — отозвался Савенек. — И ты, помнится, говорил их слушаться.

— Ну, — ответил Дармик, — планы изменились, — он выглянул в коридор.

— Какой новый план? — шепнул Савенек, встав рядом с ним.

— Не знаю. Но тут слишком тихо. Что-то не так.

Стражи шевелились.

— Хочешь запереть их тут? — спросил Савенек.

Дармик кивнул.

— Возьми ключи в правом кармане надзирателя. Там должен быть ключ от твоих оков, — Савенек послушался, они выбрались в коридор, запели за собой дверь.

Дармик указал на следующую дверь, Савенек кивнул. Дармик распахнул дверь. Они ворвались внутрь. Савенек сбил одного солдата, а Дармик — другого.

Одек лежал на столе. Савенек быстро нашел ключ, что отпер оковы на его руках и ногах.

— Я так понимаю, все пошло не по плану, — Одек сел.

— Да, — рявкнул Дармик, расхаживая по комнате.

— Чего мы ждем? — спросил Одек. — Давайте всех спасем.

Дармик покачал головой.

— Мы не выберемся из подземелья.

— Пока что было просто, — сказал Савенек.

— У нас есть два варианта. Мы можем держаться вместе и спасти остальных. Так нас могут поймать еще раз. Если они нас схватят, то могут убить, — он огляделся, в коридоре никого не было. — Или, — продолжил он, — мы можем разделиться, надеясь, что выживет хоть один.

— Какой план удачнее? — спросил Савенек, встав рядом с ним.

Дармик посчитал риски. Шансы на побег были маленькими. Но он верил, что одному человеку сбежать было проще, чем всем шестерым.

— Предлагаю убежать, — сказал Одек.

— Что ты хочешь сделать, Дармик? — спросил Савенек.

— Не хочу просить вас об этом, — сказал он. — Но нам нужно разделиться. Только двоим. Остальных придется оставить для отвлечения.

— Ладно, — Одек лег на стол. — Верните оковы.

Савенек подбежал и застегнул оковы.

— За Рему.

— Да, — сказал Одек. — За нашу королеву.

Дармик услышал голоса.

— Скорее! — они с Савенеком выбежали из комнаты.

Они добрались до конца лестницы, услышали сверху и сзади голоса. Они были окружены.

— Прости, — сказал Дармик.

— За что?

— За это, — Дармик ударил Савенека в живот, он согнулся от боли. Стражи Империона прибежали и окружили их с мечами в руках. — Вовремя, — сказал Дармик. — Схватите его и отведите меня к моему дяде.

ПЯТЬ

Рема

Рема держалась, как могла, пот стекал по лицу и спине. Она не могла поверить, что тут было так влажно. И, чем ближе они были к Империону, тем жарче становилось.

— Отлично! — крикнул ей Натенек. — Теперь съезжай, но только не порань руки.

Сверху было красиво. Натенек заставил ее залезть по канату, соединенному с бизань-мачтой. Она вспомнила утес дома. Ветер трепал ее тело, и она будто летела. Две недели Натенек загонял ее все дальше с каждым днем. И ее мышцы стали сильнее, чем раньше.

Она обвивала канат ногами,

как он показал, принялась спускаться. В четырех футах от палубы она отпустила и спрыгнула на доски.

— Руки повредила? — спросил он.

— Нет, — она показала ему. Ее ладони были красными и в мозолях, но сильнее, чем когда-либо.

— Хорошо, а теперь продолжим учить то, что я показывал тебе вчера с мечом.

Еще два часа они повторяли прием, бок о бок, подражая друг другу в унисон. Реме нравилось работать с Натенеком. Он был отличным наставником, терпеливым, и она многому от него научилась. Когда они тренировались вместе, его холод пропадал, и с ним было приятно находиться.

Когда они остановились выпить воды, подошел капитан корабля.

— Заметили сушу, — сообщил он. — Прибудем на закате.

Страх охватил Рему. Вот и все. Она забыла о казни, пока тренировалась. Все изменится.

— Спасибо, — сказал Натенек капитану корабля. — Мы будем готовиться в моей каюте. Сообщите, когда мы будем причаливать.

Капитан кивнул и ушел. Рема молчала, пока шла за Натенеком. Она сбежит, как только ступит на сушу. Она оглядится и побежит, как только возникнет шанс. Ее желудок сжался от мысли, что ее ждало.

Натенек запер дверь.

— Нам нужно поговорить, — он вытащил ее кулон-ключ.

— Это мое! — она попыталась схватить цепочку, но Натенек поднял ее выше.

— Откуда это у тебя? — спросил он.

— Это сокровище семьи, — сказала она. — Верните.

— Ты знаешь, что это значит? — спросил он.

— Да, — Рема скрестила руки на груди. — Я знаю. А вы?

Он опустил кулон на свою ладонь.

— Расскажи, — потребовал он.

— Это не ваше дело, но этот кулон поколениями передавали в моей семье. Это символ истинного наследника.

Натенек прищурился.

— Для острова Гринвуд?

— Да, отдайте, — если Натенек покажет это императору, тот поймет, что она была настоящей наследницей Гринвуда, а потому и Империона. Он убьет ее сразу же. Хотя, если он знал о татуировке на ее плече, ему можно было посмотреть туда, и она будет приговорена к смерти. — Император хочет видеть мою казнь, чтобы убедится, что погибну именно я, — сказала рема.

Натенек кивнул, сжав ключ.

— Вы верны Империону? Или императору? — спросила Рема.

Натенек вскинул голову. Он шагнул слишком близко к ней.

— Это одно и то же, — рявкнул он.

— Вы уверены?

Натенек тихо выругался.

— Что? — спросила Рема. Он начал понимать ее наследие?

Он покачал головой.

— Я хочу свой кулон.

— Прости, — он убрал кулон в карман. — Я не могу отдать его тебе, — он отошел, потирая лицо руками.

— Почему? — пролепетала она. — Это мое.

Натенек молниеносно подошел к ней и сжал ее руки.

— Послушай, — сказал он холодно и твердо, вызвав дрожь в ее теле. — Молчи насчет ключа, или я убью тебя.