Война во мраке

Крапицкая Влада

У меня ещё было масса вопросов, но только я собралась задать следующий, как Саура тихо рассмеялась и указала на Грона. Тот, подперев голову рукой, заснул прямо над тарелкой и тихо посапывал.

Тейгур с любовью посмотрел на младшего сына и подхватив его на руки вышел из кухни, а Гала пошла следом за ним.

– Парень проспит до самого рассвета, как пить дать, - с улыбкой произнёс Илья, а потом посмотрел на меня.
– В общем, волков ты не боишься, раз так вымотала парня.

– Не боюсь уже, - весело ответила я.

– Буду тебе благодарен, если ты каждый день так

будешь выматывать Грона, - он заговорчески мне подмигнул, и Саура расплылась в улыбке.

– Ещё чего!
– возмущённо заявил Савояр.
– Дарья с Гроном днём набегается, а потом сама будет спать сном младенца? А мне что делать? Нет, я против таких выматываний! Будем, как раньше, парня развлекать по очереди.

– Эх, умеешь ты братец всю радость испортить, - Саура укоризненно посмотрела на него.

– Скажите спасибо, что сегодня ночью вы свободны.

– Спасибо, - дружно ответили они, а потом Саура добавила: - Идите уже к себе. А мы тут с Ильёй сами всё быстро уберём. Всё-таки мы ваши должники за то, что Грон заснул сегодня.

– Пошли, - тихо сказал Савояр и, взяв меня за руку, вывел из кухни.

– Что-то я ничего из последних слов не поняла, - произнесла я, поднимаясь на второй этаж.

– Так как Грон у нас парень подвижный, а спим мы мало, то нам всем приходится за ним приглядывать по ночам, чтобы он не убежал резвиться в лес, - пояснил Савояр.
– Для этого мы установили дежурства. Одну неделю за Гроном присматривают Илья с Саурой, одну я, а одну - отец с матерью. Эту неделю за нашим сорванцом должны были присматривать Илья и Саура, а ты им дала внеплановый выходной.

– Понятно. А кстати, по поводу сна - сколько вы спите?

– Два-три, максимум четыре часа в сутки. Но может и по трое суток не спать, если необходимо.

– Ого! А можно ещё спросить?

– Конечно, спрашивай, - Савояр улыбнулся и, открыв дверь в спальню, пропустил меня вперёд.

– А почему в теле человека у тебя голубые глаза, а в теле волка почти жёлтые?

– Если честно, я не знаю. Скорее всего, это связано с особенностями строения глаз у людей и волков. У ночных хищников есть отражающая оболочка, из-за которой глаза светятся. Да и вообще в теле царика окружающий мир воспринимается совсем по-другому, - ответил он и, поставив меня возле кровати, начал раздевать.

– А сколько вы живёте?
– спросила я, расстёгивая его рубашку.

– В среднем от восьмидесяти до ста лет, но я знал и цариков доживавших до ста двадцати лет. Мы стареем медленнее людей.

– Круто! А сколько тебе лет?

– Двадцать восемь.

– Ты выглядишь моложе, - произнесла я и провела пальцами по его груди и животу, в очередной раз любуясь его идеальным телосложением.

– Мы все выглядим моложе. Сауре, например, двадцать один год, а выглядит она не старше девятнадцати. Маме пятьдесят три, а ведь больше сорока пяти ей не дашь. У нас только Грон акселерат и выглядит чуть старше своего возраста, но скоро он наберётся силы и перестанет быстро расти.

– А почему...

– А может, потом поговорим?
– весело перебил меня Савояр, а потом наклонился и страстно поцеловал, увлекая на кровать.

–

Да, что-то я разболталась, - смеясь, согласилась я и прижалась к своему любимому.

Целуя его в ответ и путешествуя пальцами по его коже, я уже сгорала от желания и хотела поскорее почувствовать Савояра в себе. Будто прочитав мои мысли, он неожиданно перевернул меня на живот, приподнял бёдра и без всяких предварительных ласк вошёл в меня, а потом стал быстро двигаться, покусывая меня за плечи и шею.

Этот напор и покусывания ещё больше возбудили меня и я, уже не умолкая, стонала и старалась как можно глубже пропустить в себя Савояра, чтобы испытать и подарить ещё большее наслаждение...

К двум часам ночи, обессилев, я лежала на спине и улыбалась, чувствую приятную расслабленность во всём теле, но спать, как ни странно, не хотелось совсем. Меня просто распирало от счастья, что милый рядом, и я нежилась от его ласковых прикосновений. А ещё меня мучил один вопрос, и я очень хотела получить на него ответ, потому что сегодня в самый первый раз Савояр вёл себя как настоящий, властный хищник.

– Такое впечатление, что тебя что-то беспокоит, - прошептал он, целуя меня в запястье.
– Может, поделишься?

– Не беспокоит, а интересует, - застенчиво пробормотала я.
– Но боюсь, тебе не понравится вопрос, и ты посчитаешь меня беспардонной.

– Почемучка ты моя, - он рассмеялся.
– Спрашивай уже, а не вздыхай.

– Хорошо, но если не хочешь - не отвечай, - повернувшись, я прижалась к нему всем телом, а потом тихо спросила: - Савояр, а ты когда-нибудь в облике царика занимался с другими волчицами любовью?

– Нет. У нас это не принято... То есть принято, если это семейная пара... Сейчас попробую объяснить, - спокойно ответил он.
– Понимаешь, у цариков не такой уклад жизни, как у людей. У нас не приветствуется, скажем, найти волчицу, заняться с ней сексом, а потом разбежаться. Не скажу, что такого вообще не встречается, но я так никогда не делал. Во-первых, можно здорово попасть, ведь презерватив на волка не наденешь. А мы способны к воспроизведению потомства в обоих обликах. Во-вторых, я всё-таки придерживаюсь традиционных взглядов. У нас принято создавать пару навсегда, а среди цариков я себе не нашёл такой волчицы, которая заинтересовала бы меня. Хотя со стороны волчиц вниманием я обделён не был. Но если ты станешь цариком, то я бы с удовольствием попробовал заняться с тобой любовью и в образе волка, - он улыбнулся и поцеловал меня в макушку.
– А теперь ты ответь мне - почему тебя этот вопрос заинтересовал?

– Просто в самый первый раз сегодня, ты вёл себя несколько необычно, - застенчиво пробормотала я.

– Тебе не понравилось?

– Понравилось и очень, - заверила я и улыбнулась, вспомнив свои ощущения.
– Чувствовалось в тебе что-то хищное и напористое, и даже я бы сказала - агрессивное. Да ещё покусывания.

– Любят царики друг друга нежно покусывать, - ответил он и, зарычав, аккуратно прикусил мне кожу на руке, а потом лизнул кончиком языка место укуса.
– Слушай, а у меня к тебе предложение, если ты, конечно, не хочешь ещё спать.