Война сердец
Шрифт:
Тщетно пометавшись и постучав в стену, Йоланда решила разбудить Брухо. Наверняка его колдовство способно потушить любой пожар. Но, надо полагать, дом вознамерился ей в этом помешать. Когда девушка добежала до места, где находился вход в спальню старика, она уткнулась в глухую стену.
— Помогите! На помощь! Горим!!! Мы горим!!!
Йоланде казалось, что в доме она совсем одна, все, все её бросили. Нет, она не может сдаться! Она должна что-то придумать!
Йоланда решила: единственный шанс на спасение — схватить Данте и вылезти вместе с ним в окно спальни. И девушка побежала в комнату. К счастью её спальня не была ещё охвачена ни дымом, ни огнём. Вот только Данте... Данте в колыбели не было.
Йоланда вжалась в стену. В голову ей закралась мысль: эта тварь сожрала Данте! Но змея не могла так просто взять и проглотить ребёнка. Скорее всего, она бы его укусила или задушила, и, в этом случае, должен был остаться труп. Но его не было, как и следов крови. Младенец попросту испарился. Пока эти чудовищные фантазии метались в мозгу у Йоланды, каскавела свернулась кольцом возле двери, перегородив путь к отступлению.
По щекам Йоланды потекли слёзы от страха, главным образом за судьбу Данте. Собрав остатки храбрости, она доковыляла до окна и попыталась его открыть. И тут вдруг змея заговорила человеческим голосом:
— Зря-я стара-а-аешь-шь-ся. Дом т-те-е-ебя не вы-пус-с-тит.
— Кто ты? — Йоланда вся дрожала. — Откуда ты здесь взялась?
Щёлкнув трещоткой, змея в мгновение ока обратилась в чёрную кошку.
— Я тебе вчера сказала, что дом будет защищать только тех, у кого есть магическая сила, — жёлтые глаза хищно сверкнули.
— Где Данте?
— В надёжном месте. С ним всё будет хорошо. Прощай, — взмахнув хвостом, кошка вновь обратилась в змею. Выползла за дверь.
Йоланда бросилась было следом, но в тот момент, когда кончик змеиного хвоста оказался по ту сторону комнаты, дверь исчезла. Как и окно на стене. И Йоланда осталась заложницей комнаты. Напрасно она стучала и звала на помощь — никто не откликался.
Тогда девушка села на пол, обречённо ожидая своей участи. Не прошло и пятнадцати минут, как комната наполнилась едким дымом. «Хоть бы я задохнулась прежде, чем сюда доберётся огонь, — подумала Йоланда. — Лучше уж умереть от удушья, чем заживо поджариться». Это была её последняя мысль. Вдохнув ядовитую гарь, Йоланда потеряла сознание.
В центре охваченного огнём дома стоял древний старик. На плече у него сидела чёрная кошка. В руках он держал младенца. Языки пламени лизали колдуна, не обжигая его. Младенец проснулся и теперь истошно орал. Дед, не реагируя на крики, указательным пальцем рисовал в воздухе замысловатый узор. В месте, над которым поколдовал Брухо, пламя стало синим. Маг уложил младенца прямо в его центр. Ребёнок продолжал орать. Его фарфоровое личико покраснело от надрывных воплей, но огонь, тем не менее, не причинял ему неудобств. Старик снял с пальца перстень, серебряный, с зелёным изумрудом, нанизал перстень на шнурок и повесил его на шею ребёнку. Приложил ладонь к младенцу. Синее пламя вспыхнуло, став зелёным. Данте замолчал, широко распахнутыми глазами наблюдая, как от руки волшебника прямо к нему в грудь льётся золотистый свет. Продолжалось колдовство несколько минут. Закончив, старик щёлкнул пальцами. В руке его появился длинный сучковатый посох. Он стукнул посохом об пол трижды. Раз — горящий дом раскололся на две части и земля под ногами колдуна разъехалась. Два — раздался треск. Старик, кошка и дом провалились прямиком под землю. Три — расщелина сомкнулась, будто её и не было. Младенец в полном одиночестве остался лежать в центре пустого поля.
Чуть поодаль сгрудилась кучка людей — жителей городка. Они явились поглазеть на пожар и теперь не могли прийти в себя от изумления.
— Все это видали? — спросил полноватый мужчина с лысиной.
— Они испарились, ушли под землю, — прошептала худенькая седовласая женщина.
— И следов
— Только ребёнок.
— Э-э-э... Может его забрать оттудова? — промямлил очень высокий бородатый мужчина несоответствующим его внешнему облику писклявым голоском.
— Ну вот ещё! Этот ребёнок наверняка проклят. Всё, что связано с этим мерзким домом, — опасно.
— Не удивлюсь, если это сам Дьявол явился к нам в облике младенца, — вновь подал голос лысый.
— Он не сгорел при пожаре.
— Все исчезли, а он живой и здоровый.
— Этого выродка надо убить, пока он не накликал беду на весь город! — безобразная старуха в красном чепце беспрерывно крестилась.
Люди одобрительно заголосили, но так и простояли на месте ещё некоторое время, не в силах договориться, кто же пойдёт за «пр'oклятым» ребёнком.
— Ну ладно, так и быть, я схожу, — сдался долговязый с женским голосом. — Даже ежели в него вселился Сатана, это всего-то младенец. Ничегошеньки он нам не сделает, а попробует, так я его... того, шею сверну и делов-то.
Данте, явно не ожидая подвоха, удивлённо разглядывал ночное небо. Прямо над его головой сверкали звёзды, а яркий полумесяц был похож на пышущий жаром, аппетитный рогалик с повидлом.
Высокий брезгливо взял младенца на руки. Другие с опаской приблизились.
— Он на человеческого детёныша то и не похож, — лысый сморщился. — Поглядите, глаза как у кошки, — косые, и сам весь бледный, как утопленник. У нас и нет таких, от кого могло бы родиться такое. Точно Дьявол.
— Чего с ним делать то будем? — спросила женщина, похожая на рыбу.
— Кинем его в речку да и всё! — отозвалась старуха. — От греха подальше.
Данте, в конце концов, почувствовал недоброжелательность и, хныча, замахал ручонками.
— Чёртово отродье! — выругался длинный, едва не выронив ребёнка из рук. — Пошлите быстрее к реке! А то мало ли чего можно ожидать от этого существа.
Люди уже готовы были двинуться в путь, как вдруг раздался выкрик:
— Стойте!
К толпе приближался нескладный человек, одетый в залатанную куртку и рваные штаны, болтающиеся на нём, как на вешалке. Он прихрамывал на одну ногу, но при этом умудрялся бежать довольно быстро.
— Стойте, кому говорю! Не смейте трогать ребёнка! Я заберу его к себе!
Комментарий к Глава 2. Наследство старого колдуна ----------------------------------
[1] Каскавела — одна из разновидностей гремучих змей. Ядовитая, очень яркой красно-бурой окраски с жёлтыми зигзагами. Распространена в Южной Америке: на юге до Аргентины и Уругвая включительно, а к западу — до предгорий Кордильер.
====== Глава 3. Влюблённые ======
Годом ранее.
Луна — яркая, огромная, словно начищенный до блеска поднос, — господствовала на небе в эту ночь. Тишину центральной улицы нарушил стук копыт. Из зарослей акации появился всадник, одетый в костюм гаучо [1]: белая рубашка, красное чирипас [2] до колен, из-под которого выглядывали вышитые белые штаны; чёрные сапоги со шпорами и на каблуках. В обмотанный вокруг талии красный кушак-фаха [3] был вставлен кинжал с рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями. Голову мужчины венчала шляпа; лицо скрывал шёлковый платок.
Свернув в аллею, гаучо поскакал галопом и остановился у заброшенного оружейного склада. Привязав лошадь к дереву, он замер, как часовой на посту. Ростом юноша был невысок и, очевидно, молод — даже многослойная одежда не скрывала его подростковую худощавость.
Гаучо стоял неподвижно, пока сбоку не раздался выстрел. Вероятно, то и был сигнал, которого он дожидался. Юноша пошёл на звук выстрела. Завернув за склад и немного углубившись в заросли, всадник упал в чьи-то объятия. Шляпа свалилась на землю — по плечам рассыпались светлые кудри. Это оказалась девушка.