Война орхидей

Биргер Алексей Борисович

Или Андрея насторожило то, что Беркутов в очередной раз подставил Кибирева - назвавшись владельцу дома, Вешнякову, его именем? То, что вокруг несчастного гинеколога сплетена такая крепкая сеть, что-то да значило. Впрочем, это могло значить лишь то, что Беркутов хотел таким изощренным способом провести через все круги ада ещё одного человека, принявшего участие в издевательствах над его сестрой. Врача, преступившего не только все нормы врачебной этики, но и вообще все законы божеские и человеческие...

То, что Беркутов бросил Курослепову открытый вызов, делало

почти невозможным благополучно вызволить Беркутова из всего этого дерьма. И все-таки Игорь постарается - сделает, что может...

Больше Игорю ничего в голову не пришло, и он сосредоточился на дороге, гоня в Баковку на предельной допустимой скорости.

Ему удалось добраться всего за сорок минут. Охрана у ворот поселка уже знала и его, и его автомобиль, и без лишних вопросов поспешила распахнуть ворота, чтобы он мог проехать без задержек.

Как выяснилось, он подоспел как раз вовремя, чтобы не допустить последней стадии допроса с устрашением, который Курослепов устроил Кибиреву, не внемля советам и просьбам Андрея не трогать пока что врача Курослепову надо было хоть к чему-нибудь приложить руки, чтобы не чувствовать себя совсем беспомощным перед лицом надвигающейся на него гибели.

– Как ты познакомился с Беркутовым?
– орал он.
– Не вздумай мне врать!

– Честное слово... Не знаю я никакого Беркутова!..
– повторял Кибирев, которого извлекли из бильярдной сразу после того, как Хованцев поведал Курослепову, кто его страшный и неуловимый враг и почему он испытывает к Курослепову такую ненависть. Под воздействием первого шока Курослепов и решил действовать круто и решительно.

– Этот гад внаглую пудрит мне мозги!
– бросил он Игорю, не успел Игорь войти в дверь.
– Но я вытрясу из него все об этой банде, которая меня преследует!

– Оставьте его пока что в покое, - сказал Игорь.
– У меня есть более важная информация, которую надо немедленно обсудить.

– Уберите его назад!
– велел Курослепов охранникам.
– Я займусь им потом... Пошли!
– и он провел компаньонов в свой обставленный безделушками кабинетик.
– Итак, что ещё стряслось? Кстати, почему вы мне до сих пор не говорили о Беркутове?

– Чтобы добраться до тех, кто стоит у него за спиной, - спокойно ответил Игорь.
– Ежику было понятно, что у Беркутова возможности не те, чтобы действовать в одиночку. Значит, его поддерживали какие-то ваши могущественные враги... А если бы вы узнали про Беркутова, вы бы кинулись в погоню за ним, наломали дров и упустили бы более крупную дичь, разве не так? То есть, от главной опасности не избавились бы, потому что эти люди нашли бы ещё сто Беркутовых, обиженных вами и умеющих профессионально убивать. Наша задача в том, чтобы выполоть зло с корнем - и в этом смысле, согласитесь, мы действовали предельно четко и как надо.

– Ну, не держите меня за безмозглого гориллу, - проворчал Курослепов. И резко, без паузы, спросил.
– Что это за люди?

– Скажите, вам ничего не говорит такая фамилия - Зараев?
– осведомился Игорь.

– Нет... Вроде, нет...
– Курослепов нахмурился,

напрягая память.
– Кто он такой?

– Глава одного из чеченских кланов. Нам ещё не до конца известно, чем этот клан промышляет. По виду, больше похоже на наркотики и на экономические преступления, чем на похищения людей и торговлю оружием. Хотя кто знает... Суть в том, что этот клан решил вас убрать.

– За что?
– Курослепов опустился в кресло, его пальцы впились в подлокотники так, что побелели. Он глядел набычась, исподлобья, его глаза налились кровью, словно он готов был сорваться, как пружиной подброшенный, и броситься на неведомого врага. Впрочем, возможно, он был так напряжен не от бешенства, а от измотанности бессонницей и жизнью под постоянным стрессом.

– Откуда мне знать?
– Игорь развел руками.
– Объяснения могут быть самые разные. От конфликта чисто деловых интересов до соперничества из-за редких орхидей.

– Орхидей?
– Курослепов подался вперед.
– Почему ты заговорил об этом?

Игорь безмятежно пропустил мимо ушей это очередное "тыканье".

– Вы когда-нибудь слышали о древнем арабском труде, в котором через алгебру и астрологию расшифрованы особые свойства орхидей?
– осведомился он.

Курослепов на несколько секунд замолк, будто у него перехватило дыхание. Он ещё больше покраснел, и Андрею, молча и внимательно наблюдавшему за всей сценой, показалось, будто он слышит легкий хрип... Андрею стало страшно: если Курослепова долбанет сейчас сердечный приступ, то вряд ли они с Игорем смогут оказать квалифицированную помощь... Но Курослепов быстро оправился.

– Эта книга...
– проговорил он.
– Эта книга - моя! Ты хочешь сказать, она у этого Зараева?

– Почему вы считаете её своей?
– задал Игорь встречный вопрос.

– Я оплатил её - прежнему владельцу, настоящему. Тому человеку, у которого она хранилась много лет. Не все, конечно, отдал, но один аванс составил огромную сумму... А потом владелец исчез, вместе с книгой. Теперь понятно, почему! А мне эта книга нужна позарез...

– Почему вы нам ничего не рассказали об этой книге?
– Игорь продолжал свой допрос "в лайковых перчатках".
– Ведь это очень существенно. Вполне понятно, что почти одновременное похищение книги - надо полагать, с устранением прежнего владельца - и ограбление ваших оранжерей могут быть как-то связаны. За всем этим чувствуется рука богатого и страстного любителя орхидей, готового на все, чтобы превзойти соперников...

– Да, я ничего не рассказывал, - согласился Курослепов.
– Просто мне не казалось, что это может быть связано... А этот древний труд - из тех вещей, о которых лучше никому не знать, что теперь они в твоей собственности, даже людям, которым ты доверяешь... Вы не представляете, какие битвы идут из-за таких раритетов...

– Почему же, представляем, - возразил Игорь.
– В общем, на данный момент нам надо плюнуть на Беркутова и подумать, как быть с Зараевым. Беркутов без Зараева - ноль без палочки. Но Зараева голыми руками не возьмешь.