Война хаоса
Шрифт:
— Это твой друг? — спрашивает Симона.
— Да,- отвечаю я.- Это Тодд, он…
Я умолкаю, потому что к нему подъезжает мэр. И они разговаривают как ни в чем не бывало.
— А это — разве не наш тиран? — уточняет Симона.
— Все сложно, — вздыхаю я.
— Да уж, — протягивает Брэдли. — У нас тоже сложилось такое впечатление.
— Нет, послушайте! — твердо говорю я. — Если вас когда-нибудь одолеют сомнения, если на этой планете вы не будете знать, кому доверять, доверяйте Тодду, ясно? Запомните
— Хорошо, — с улыбкой отвечает Брэдли. — Мы запомним.
— Но один вопрос остается, — говорит Симона. — Что нам делать теперь?
— Мы-то думали, что все поселения вымерли, а твои родители пытаются наладить новую жизнь. — говорит Брэдли. — Вместо этого мы напоролись на диктатора, мятежницу и воинствующих аборигенов.
— Надо посмотреть, насколько велика армия спэклов,- говорю я.- Можешь поднять зонд?
— Ненамного,- отвечает Брэдли, но жмет на дисплей, и зонд поднимается к вершине холма, взлетает чуть выше и…
— О господи…
Рядом потрясенно охает Симона
В свете двух лун, костров и факелов…
Целое население планеты раскинулось вдоль речного берега — спэклов гораздо, гораздо больше. чем людей, они могут разом захлестнуть и уничтожить весь Нью-Прентисстаун. Нам никогда их не победить.
Их тысячи. Десятки тысяч.
— Их много, — говорит Брэдли, — зато мы лучше вооружены. Идеальные условия для бесконечной резни.
— Госпожа Койл говорила, что давным-давно они заключили со спэклами мир. Может, удастся заключить его еще раз?
— А как же остальные враждующие армии? — спрашивает Симона.
— Скорее, враждующие генералы, — говорю я.- Если отнять у них власть, станет легче.
— Быть может, начнем со встречи с Тоддом?- предлагает Брэдли.
Он вновь жмет на дисплей пульта и возвращает картинку к Тодду и Ангаррад.
И вдруг Тодд поднимает глаза, глядя прямо в камеру зонда…
Прямо на меня.
Мэр, проследив за его взглядом, тоже поднимает голову.
— Они вспомнили про нас, — говорит Симона и начинает подниматься по ступенькам на корабль. — Сейчас мы подлечим твои лодыжки, Виола, а потом свяжемся с караваном. Правда, я понятия не имею, с чего начать рассказ…
Она скрывается на корабле. Брэдли подходит ближе и легонько стискивает мое плечо:
— Мне так жаль твоих родителей, Виола. Просто словами не передать.
Я смаргиваю выступившие на глазах слезы: плакать хочется не столько от страшных воспоминаний, сколько от бесконечной доброты Брэдли…
И вдруг я вспоминаю, что именно Брэдли сделал мне самый полезный подарок в моей жизни — коробочку для разжигания костров, коробочку, которая рассеивала тьму и грела нас с Тоддом ночами, а потом взорвала
целый мост и спасла нас от верной смерти.
— Оно мерцает, — говорю я.
— Что? — переспрашивает Брэдли, поднимая голову.
— Помнишь.
Брэдли улыбается, вспоминая тот разговор, и делает глубокий вдох.
— А как пахнет свежий воздух, сказка!- говорит он. Ну конечно, он ведь тоже всю жизнь провел на корабле и дышит им впервые. — Не ожидал, что он такой… крепкий.
— Да, здесь вообще много неожиданного. Он вновь стискивает мое плечо:
— Но мы добрались, Виола! Ты больше не одна.
Я сглатываю ком в горле и смотрю на проекцию:
— Я и не была одна…
Брэдли опять вздыхает и говорит: Значит, оно мерцает.
— Если хочешь, можем развести костер, и ты сам увидишь, — предлагаю я.
— Увижу что?
— Ну, как оно мерцает.
Он озадаченно смотрит на меня:
— А… ты все о том же…
— Ну да, ты же сейчас сказал…
О чем это она?– удивляется он.
Но не вслух.
У меня внутри все скручивается в тугой узел.
Нет.
О, нет!
— Ты тоже это слышала? — Он удивленно озирается по сторонам.- Как будто мой голос, но…
Но ведь я не говорил этого вслух, думает он и замирает.
И смотрит на меня.
Виола?– спрашивает он.
Спрашивает в Шуме.
В своем новеньком, только что приобретенном Шуме.
[Тодд]
Я прижимаю компресс к ране Ангаррад и жду, пока лекарство проникнет в кровоток. Она все еще молчит, но я продолжаю ее гладить и твердить ее имя.
Лошади не терпят одиночества, и она должна знать, что я рядом.
— Вернись ко мне, Ангаррад, — шепчу я ей на ухо, — ну, давай, милая!
Я оглядываюсь на мэра, который разговаривает со своими людьми, и гадаю, как же все могло так получиться.
Мы ведь его разбили. Схватили, связали и одержали победу.
А вышло вот что.
Он снова разгуливает на свободе и ведет себя, как хозяин положения, как властелин всего клятого мира. Бут то ему плевать, что я победил.
Ну да ничего. Один раз мне это удалось — удастся снова.
Я освободил чудовище, чтобы спасти Виолу.
И теперь должен каким-то образом не выпустить из рук поводок.
— Глаз до сих пор там, — замечает он, подходя ближе и указывая на светящуюся точку высоко в небе. Мэр уверен, что это какой-то зонд. Впервые мы заметили его около часа назад, когда мэр отдавал приказы капитанам: велел разбить лагерь у подножия холма, послать разведчиков наверх, чтобы определить масштаб будущего сражения, и на восток — узнать, что случилось с «Ответом».