Вовлеченные в грех
Шрифт:
Не выпуская изо рта его плоть, которая теперь стала еще тверже, Энн покачала головой.
— Энн, я так боялся, что с тобой что-то случилось. Что Мик Тейлор или твой кузен схватили тебя. Или что тебя бросили в тюрьму. Я чувствовал себя последним мерзавцем, ибо в тот момент, когда ты могла быть в опасности, я думал о том, как стану заниматься любовью с тобой самыми разными способами, когда ты будешь спасена. Я понял, что существует единственная возможность держать тебя под контролем. Мне нужно все время находиться рядом и заниматься с тобой любовью столько, сколько это возможно. — Девон
— Мой дом? — эхом повторила Энн.
— Я снял домик для тебя. Тебе же нужно где-то остановиться. Он находится на краю Мейфэра, — улыбнулся Девон. — На расстоянии короткой прогулки в экипаже от моего дома.
Он снял домик. Вот та жизнь, которую она могла бы иметь в качестве его любовницы.
— Я не могу остановиться в доме рядом с Мейфэром. Газеты полны заметок обо мне.
— Этот дом снят на имя миссис Осборн. Вдовы. Я уверен, мы можем легко изменить твою внешность.
Энн едва не вскрикнула от восторга в тот момент, когда увидела городской дом, который Девон снял для нее. Вдоль улицы выстроились симметричные белые фасады, окна сверкали, как бриллианты. Каждое небольшое владение окружала аккуратная черная ограда, к блестящим дверям вели ступеньки.
Красивая улица, однако здесь все буквально кричало о респектабельности.
— А если мои соседи узнают, что я куртизанка. Они будут шокированы.
— Ты боишься шокировать соседей? — Герцог, словно не веря своим ушам, покачал головой. — После того как мы выяснили твое настоящее имя, этот дом — твой. Не важно, что ты выберешь: остаться со мной или нет.
Что она выберет... Что она станет делать, если опасность минует? Прежде она думала только о побеге.
Девон вышел из экипажа, потом помог ей преодолеть несколько шагов до тротуара. Чуть раньше он второпях купил кружево для вуали, и они намотали на шляпку Энн. Сквозь кружевную защиту она почти ничего не видела. Свою шляпу Девон низко натянул на лоб. У входной двери он пропустил ее вперед, чтобы его широкая спина скрыла ее от любопытных взглядов с улицы, и передал ей ключ.
Энн открыла дверь и поспешила войти. Его истинное великодушие поразило ее, и она как вкопанная остановилась в холле, безуспешно пытаясь рассмотреть все и сразу. Пол, покрытый блестящей мраморной плиткой. Массивная люстра, покачивающаяся на легком сквозняке. Изящные скамейки в стиле королевы Анны. Стук сердца отдавался в горле у Энн, когда она переходила из комнаты в комнату, понимая, что каждая новая комната богаче и прекраснее предыдущей. В гостиной она обнаружила огромное фортепьяно. Она подбежала к нему, ахая от восхищения.
— Это для меня?
— Тебе нравится дом?
— Я... я поражена. Меня переполняют чувства. Дом прекрасный. Жаль... — Как она хотела бы привести сюда мать. Как безнадежно ей хотелось, чтобы из Лонгсуорда
Но как она могла обзавестись таким домом, не став куртизанкой, имеющей покровителя? Жаль, что она так долго вела себя благопристойно и соблюдала приличия. Однако мать настаивала, чтобы Энн не превращалась в женщину легкого поведения, даже ради выживания. Эту клятву Энн сдержать не смогла.
— Ты достойна этого, Энн. Скоро, я надеюсь, ты будешь жить здесь без всякого страха. Вчера вечером я ходил в бордель миссис Медоуз...
— Ты ходил туда?
— Искал ключ к разгадке.
Значит, Девон видел ту жизнь, какой она когда-то жила. Энн покраснела от смущения, хотя и не понимала, почему это казалось ей таким ужасным. Девон бывал в борделях. Как только она рассказала ему, что однажды попала в один из них, он должен был догадаться, чем она там занималась.
— Какой ключ? — вспомнила она вдруг его слова.
— Приметы настоящего убийцы твоей Мадам.
Надежда вспыхнула, но тут же погасла.
— Ты ничего не нашел, иначе ты бы мне сказал.
— Просто был немного занят, бегая за тобой по лондонским докам. Я действительно нашел свидетеля, одну из девушек, которая видела, как прибыл мужчина, очевидно, клиент, желавший тебя. — Девон рассказал ей, что это был лорд, лицо которого скрывала венецианская маска. Этот человек убил Мадам из ярости, поскольку он заплатил за Энн, а Мадам ее упустила.
— Ты знаешь, кто это, Энн?
— Нет. Кто хотел меня так...
— Может, твой кузен?
— Нет! Я не верю, что он убил бы кого-то из-за меня... Неужели? Как он мог пойти на такое ужасное преступление, чтобы заполучить меня? — задрожала от страха Энн.
— Я не знаю, любовь моя. Может, это был не Норбрук. Но я поговорю на Боу-стрит, и мы найдем правду. Самый лучший способ спасти тебя — это узнать, кто этот мужчина.
— А что с девушкой, с которой ты говорил? Ей грозит опасность!
— Ее зовут Сью. Я забрал их с матерью из борделя. Они хорошо спрятаны и защищены.
Сью. Та милая, простая девушка. Слава Богу, она теперь в безопасности. Как это любезно со стороны Девона.
— Если не установить, кто это был, судья не поверит в мою невиновность, — печально сказала Энн. — Он подумает, что ты подкупил Сью, чтобы она солгала в мою пользу...
— Я справлюсь с этими проблемами, если они возникнут. А пока ты должна осмотреться в доме. И прежде чем уйти, я бы хотел увидеть спальню.
— Спальню? — эхом повторила Энн. — О да, конечно. — Меньше часа назад она собиралась соблазнить Девона и добиться, чтобы он оставил ее одну. Сейчас, думая о том, что, возможно, Себастьян хотел убить ее, она дрожала от ужаса и хотела обнять Девона и никогда не отпускать его.
На этот раз он увидит восторг и исступление на ее прекрасном лице. От этой мысли желание Девона стало еще острее. Все будет так, как в самый первый раз, все сначала. Нет, не так, как в первый раз. Когда она только появилась в его охотничьем домике, он злился на весь свет и ничего не хотел. На этот раз ничто его не остановит, он насладится каждым дюймом ее тела. Вот только одежда...