Восторг
Шрифт:
И все же он был рад, что взял у Джима пистолет.
Во второй раз они ждали лифт дольше, чем в первый, и когда он прибыл, Мэлс шагнула вперед, как и другая пара.
Матиас коснулся ее руки и спины:
– Мы поедем на следующем.
– Клаустрофобия? – спросила она, оглянувшись на него, когда двери закрылись.
– Да. Именно.
На этот раз он позволил руке задержаться чуть дольше. Стоя позади нее, он был гораздо выше Мэлс, хотя невысокой ее не назовешь… и он гадал, каково будет прижать ее к себе.
Странная мысль
Но она вела к другой неоспоримой картинке в голове…
– Вот, еще один приехал, – сказала Мэлс, отходя от него. – И в этот раз мы будем одни.
Боже, когда дело касалось Мэлс Кармайкл, «остаться наедине» имело некий подтекст, в самом деле.
Поездка до номера обошлась без приключений… полагая, что он отошел от направления, которое приняли его мысли. Другая положительная новость состояла в том, что номер шестьсот сорок два находился недалеко от запасного выхода. Идеально. Внутри комнатушки двадцать на двадцать был стандартный набор из кровати, комода, стола и стула, хотя когда позади них закрылась дверь, он сосредоточился на огромном матраце.
Вот только Мэлс не искала связи с незнакомцем, и он в любом случае не смог бы исполнить свою роль.
Когда он подошел к окнам и задернул шторы, Мэлс включила свет в ванной и заглянула внутрь.
– У тебя хорошая ванная.
Матиас непреднамеренно обвел Мэлс взглядом, и да, ему действительно нравилось, как на ней сидели эти брюки.
Черт. Он хотел ее… сильно. Хотел, чтобы она обнаженной лежала под ним, широко разведя ноги, а ее лоно принимало его энергичные толчки.
– Я могу угостить тебя ужином? – прокашлявшись, хрипло сказал он. – Знаю, рановато, но я проголодался.
По ней. К черту еду.
Выпрямившись, она посмотрела на него, и Матиас обрадовался ее очкам. Из того, что, несомненно, отражалось в его глазах, ничего хорошего бы не вышло. Страсть была неуместна, ни при этих обстоятельствах…
Эй, надо же. Он, может, и обычный убийца, но, по крайней мере, у него есть хоть какое-то чувство приличия.
– Да, – ответила Мэлс, слегка улыбнувшись. – Конечно. Я бы съела чего-нибудь.
Подойдя к встроенному столу в поисках меню обслуживания номеров, Матиас сказал себе, что просто выполняет то, что предложил Джим Херон: находясь с ней, он знает, что Мэлс в порядке.
Матиас мог не помнить своего прошлого, но в одном он был уверен.
Он ценой своей жизни будет защищать эту умную, добрую женщину… и ее идеальную попку.
Глава 17
Мэлс наконец-то доела порцию картошки фри.
Заказанный гамбургер оказался идеальной средней прожарки, маринованных огурцов было достаточно, чтобы запах ударил в нос, а ледяная Кола была как в рекламе – покрытый инеем стакан и все такое.
В консоли из красного дерева телевизор транслировал «WCLD», местное отделение «NBC»[59], ведущий пятичасовых новостей только начал
– Должна сказать, – прошептала она, взяв в руку последнюю картошку и макнув ее в кетчуп, – картошка здесь гораздо лучше той, что подают в «Риверсайде».
Матиас лежал на кровати, заканчивая свой клаб-сэндвич[60], но она знала, что он смотрит на нее. Даже сквозь солнцезащитные очки.
Он часто это делал, его взгляд задерживался на ней, словно Матиасу нравилось, как она двигалась, хоть Мэлс и сидела на месте… и по какой-то причине это делало его еще сексуальнее… настолько, что она начинала задумываться, каково будет иметь его на себе без каких-либо барьеров.
В смысле, взгляд.
Без «Рэй Бэнов», имела она в виду…
Проклятье, она возбуждалась.
– Знаешь, ты можешь их снять, – мягко произнесла она. – Темные очки.
Он замер. Затем вновь начал жевать.
– С ними мне комфортнее, – сказал он, проглотив тот кусок.
– Ну ладно, как хочешь.
Матиас ничего не сказал о своих поисках Джима Херона или о том, как он узнал адрес, где они встретились. Он просто сел в машину Тони и позволил ей привезти его сюда.
Она не собиралась спорить с внутренними переменами.
– Тебя разве никто не ждет дома? – спросил он мимоходом.
– Нет, вообще-то. Боюсь, у меня практически нет личной жизни.
– Я знаю, каково это… – Он остановился. – Дерьмо, я на самом деле знаю… каково это.
Мэлс ждала, когда он закончит. Вместо этого он просто сидел там, глядя на полупустую тарелку, будто в телевизор.
– Расскажи мне, – сказала она.
Матиас пожал плечами.
– Ни жены. Ни детей. Никого постоянного. Вот почему меня никто не ищет… ну, в смысле никто из родственников.
– Мне жаль. А твои родители?
Матиас вздрогнул, а потом, казалось, спохватился.
– Нет? – подсказала она.
– Ничего о них не знаю.
В повисшей тишине она уделила особое внимание тому, чтобы взять поднос и выставить его в коридор. Вернувшись, Мэлс поняла, что самое время уходить.
Возможно, пора его отпустить.
Джим Херон мертв… по крайней мере, согласно не столь давним архивам ККЖ, если не тому чертову надгробию. Она выяснила его адрес через один из источников, комментировавших историю… но, разумеется, его там не было…
Головная боль сдавила виски, но она прекратилась, когда Мэлс снова подумала о Матиасе Холте. Здесь он был в безопасности, выздоравливал, а что касается его памяти, то лишь он один мог добраться до ее глубин. Мэлс сделала все, что могла, дабы дать ему какую-то основу, но не более… она могла заплатить, если он подаст на нее в суд, хотя не было похоже, что он рассматривал такой вариант.
Конечно, было нечто странное в доме, который должен принадлежать ему; определенные вещи не складывались, например, кто именно был в том гараже, но если она не станет писать об этом в газете, то детали на самом деле ее не касались.