Восторг блаженства
Шрифт:
– Думаю, да. Я рекомендовала ей постельный режим. – Солана сделала последнюю запись в карте Амары, подняла голову и улыбнулась. – И покой.
Тайнана душил гнев, но он дал себе клятву, что не будет изливать его на Амару. Попрощавшись с Соланой, Тайнан взял Амару за руку и вывел из лазарета.
– Нам надо поговорить, – сказал он, – и на этот раз ты не сможешь отказаться обсудить кое-что, касающееся твоего прежнего любовника.
Заметив его враждебность к Ориону, Амара поняла, что секретарь – тот самый человек, что унижал Тайнана в детстве. Она хотела возразить, но вдруг вспомнила,
– Хорошо, – согласилась она, чувствуя необъяснимый страх. Да, она любит Тайнана, но ее карьера зависит от Ориона. Если эти двое ненавидят друг друга, она скорее всего погибнет и потеряет все, что ей дорого.
Глава 13
Тайнан пропустил Амару в лифт, вошел за ней и нажал кнопку четвертой палубы. Он повернулся к ней, собираясь сразу начать разговор, но лифт остановился и двери открылись прежде, чем он успел открыть рот. Их тут же приветливо окликнул клерк в черно-белом костюме служащего Конфедерации.
– Мистер Торн, лейтенант Грир – вы последние делегаты, прибывшие на переговоры. Вот код ваших номеров.
Тайнан взял у него карточки и вместе с Амарой направился в отведенные им апартаменты. Когда он набрал на цифровой панели код, дверь скользнула в сторону. За маленькой прихожей оказалась гостиная, выдержанная в бежево-кремовой гамме. На одной из стен висел гобелен, на другой абстрактное панно мягких тонов. Здесь все было гармонично, хотя и не слишком уютно.
Левая дверь вела в номер Амары, так же прекрасно обставленный, но в нем преобладали аквамариновые тона, а настенные украшения напоминали гребни волн. Мельком взглянув на ее апартаменты, Тайнан прошел через свою гостиную и открыл дверь направо. За ней оказалась просторная спальня и ванная комната. Его сумка стояла возле кровати. Он вернулся к Амаре в гостиную.
– Я не ожидал такой роскоши, – заметил он. – Кто за все это платит?
– Пять корпораций, входящих в Конфедерацию, делают свои взносы, но поскольку Аладо крупнее и богаче всех, наш взнос – самый большой. После трудностей космических перелетов эта роскошь считается вполне заслуженной. Надеюсь, это тебя не задевает.
– О, я действительно задет, но не этим. – Тайнан усадил ее на кушетку. – Что сказал Орион, назначая тебя моим пилотом? Почему ты говорила, что он подшутил над тобой?
Сидя на мягкой кушетке, Амара очень хотела уйти от этого неприятного разговора.
– Он сделал вид, что это обычное поручение. Меня смущала нехватка времени, но он не выказывал никаких сомнений в том, что я с этим справлюсь. Орион не сказал о том, что вы встречались, и скрыл от меня, что когда-то жил у Хранителей. Ведь это он обижал тебя в детстве, да?
Тайнан кивнул:
– Конечно, он. Так в чем заключалась его шутка?
– Жаль, что я упомянула об этом.
– Расскажи, – потребовал Тайнан. Помедлив, Амара объяснила:
– Замкнутое пространство во время полета невольно сближает людей, и я сочла, что он поступает неправильно, отправляя за тобой меня. Ведь я знала, что у тебя нет опыта общения с
– Ты опасалась, что я начну просить тебя переспать со мной?
– Тайнан, пожалуйста!
– Не смущайся. Именно так и случилось, только Орион подшутил не над тобой. Он хотел, как прежде, поиздеваться надо мной – и ему это удалось. Ты совершенно околдовала меня.
– Согласна. Орион свел нас, чтобы помучить, но если это так, у него ничего не вышло. Ведь у нас было нечто большее, чем физическая близость. Во всяком случае, мне так казалось.
Амара очень неохотно говорила о своих чувствах к нему после столкновения с пиратами, и Тайнана удивило ее признание.
– И мне тоже.
– Так какое нам дело до побуждений Ориона? Вы не видели друг друга двадцать один год. Разве нельзя забыть о прежней вражде? Церемония открытия вот-вот начнется. Ты не можешь идти туда в таком раздраженном состоянии.
– Почему?
– Потому что это ниже твоего достоинства и ставит под угрозу дело, за которое ты отвечаешь.
Амара опустила голову и не прикасалась к Тайнану. Ее слова и поза тронули его, но даже это не избавило от ненависти к Ориону.
– Видишь ли, Орион Шоде – воплощение того, что мне ненавистно. Ему наплевать на всех, кроме собственных эгоистических желаний. Я не могу с ним работать. Мне дурно, когда я вижу его. Мне легче было бы подружиться с Маком Трамбо!
– Тайнан, ты видел его в последний раз, когда тебе было двенадцать лет. Допускаю, что он нещадно тебя мучил, но ведь теперь вы оба взрослые люди. Ты не считаешь, что он мог измениться?
– Нет! Он только научился еще лучше скрывать свои низкие побуждения под маской любезности. Все это сплошное притворство. Он беспринципен, подл и дьявольски изворотлив. Таким он был всегда, и иным быть не может.
– Ну, у тебя, конечно, есть основания для таких выводов, но…
– Выводы?! Это факт!
Амара видела Тайнана смутно и сейчас была даже рада, что не может разглядеть выражения его лица.
– Я уже не восхищаюсь им, – призналась она, – но в Аладо он сделал блестящую карьеру. Как глава дипломатического корпуса, он считается кандидатом на следующую вакансию в Совете директоров. Гнусный человек, каким ты его изображаешь, никогда не достиг бы такого положения и не добился бы всеобщего уважения. Успокойся, Тайнан. Ты должен прийти на церемонию с четким ощущением своей миссии и источать миролюбие и спокойствие. Сосредоточившись на обидах детства, ты просто сорвешь переговоры. Нам нельзя этого допустить.
Слова Амары внезапно открыли ему глаза, и Тайнан с необычайной ясностью понял цели Ориона. Тот уже пригрозил снять его с переговоров, что сильно повредило бы репутации Тайнана, известного сторонника мира. Но если он провалится как представитель Аладо, его заменят Орионом Шоде!
Такой гнусный ход мыслей был характерен для Ориона с детства. Тайнан не сказал о своих подозрениях Амаре, бывшей любовнице Ориона, но обратился к ней с просьбой:
– Поскольку мы не можем доказать, что Маку Трамбо кто-то поручил угнать Звездный крейсер, давай оставим эту гипотезу при себе. Когда Орион будет тебя расспрашивать, не говори ему подробно о словах Мака.