Восстание

Бегин Менахем

Наши повторные атаки не увенчались успехом. Мы теряли драгоценное время. Повсюду в окрестностях находились английские военные лагеря. Подкрепления, посланные ими, могли появиться каждую минуту. Все казалось потерянным.

Но Гидди был не тем человеком, который с легкостью отказывается от вагонов, доверху загруженных оружием. Переползая от одного солдата к другому, он обнаружил, что в плену у нас находится один британский солдат. Вероятно, во время взрыва мины он выпрыгнул из вагона и угодил прямо к нам в руки. И Гидди моментально озарила мысль, что этот ’’томми” мог бы помочь нам захватить весь

состав.

”Мы тебя освободим, — обратился к нему Гидди, — возвращайся к своему командиру и сообщи ему, что поезд со всех сторон окружен боевыми отрядами Иргуна, и что я даю ему пять минут, по истечении которых он должен сдать нам все оружие. В этом случае мы гарантируем вам неприкосновенность. В противном случае, состав со всеми находящимися в нем солдатами будет взорван. У нас имеются противотанковые орудия...”

Солдат, никогда не представлявший, что ему придется выполнять подобную миссию ”мира”, бросился обратно к поезду.

Медленно тянулись минуты. Время ультиматума истекало, а от англичан не было ответа. Самым печальным было то, что мы не могли привести в исполнение свои угрозы, не имея ни пушек, ни даже взрывчатки.

Не дожидаясь окончания пятиминутного срока, Гидди приблизился к поезду. Вдруг он растянулся во весь рост на земле, покрытой песком и камнями. Пуля, посланная англичанином, просвистела в миллиметре от его головы.

Сменив позу на более удобную, он прокричал что было мочи: ’’Слушайте меня. С вами говорит командир отряда Иргуна. Вы окружены моими людьми со всех сторон. Мы хотим конфисковать оружие, но не желаем причинять вам никакого вреда. Выходите из вагонов с поднятыми руками. Если вы сдадитесь, вы сможете вернуться в свои части. Если вы продолжите сопротивление, ни один из вас не останется в живых. Я прикажу взорвать поезд. Это мое последнее предупреждение”.

Психологическое оружие оказалось действенным. Офицеры и солдаты начали выскакивать из вагонов. Гидди смог облегченно вздохнуть.

Но три наших бойца остались лежать мертвыми на песке.

Вновь нам пришлось платить за железо собственной кровью. Среди убитых был Авталион, схваченный англичанами в 1944 году во время партизанской операции, подвергнутый ими страшным пыткам и через несколько лет освобожденный нами из тюрьмы.

Люди начали погрузку боеприпасов на машины, вызванные к сорок первому километру. Работа требовала много времени; начинало темнеть.

Наши бойцы, как и обычно в таких обстоятельствах, работали со сверхчеловеческой энергией, но все же не могли за короткий срок погрузить многие тонны ценных боеприпасов. Гидди решил призвать на помощь английский пленных. Он обратился к сержанту с приказом собрать всех солдат. Английский майор, командовавший поездом, заподозрил Гидди в недобрых намерениях.

— Вы собираетесь их уничтожить? — спросил он его.

— Не будьте идиотом, — вскипел Гидди. — Мы еврейские солдаты, а не варвары. Мы не убиваем пленных. Мы дали вам обещание не причинить вреда, а люди Иргуна всегда остаются верными своему слову. Ваши люди останутся невредимыми, они нужны нам только для работы.

Офицер успокоился. Он видел, что люди из медицинской службы ’’террористов” перевязали его раненых, и даже отправили в госпиталь одного из них, чье состояние внушало

серьезные опасения.

В течение четырех часов английские солдаты помогали грузить оружие на наши грузовики. Они работали бок о бок с солдатами Иргуна. Работа была тяжелая. Нужно было управиться с более чем 20 тоннами различного оружия. Каждый ч с Гидди устраивал пятиминутный перерыв, во время которого англичанам раздавали апельсины. Они работали добросовестно. Наконец, работа была закончена.

Нагруженные грузовики тронулись в путь. Снаряды нашли временное убежище в винных погребах Зихрон Яакова и в доме семьи Аронсон*. Мог ли себе представить добрый и благородный барон Ротшильд, что еврейские солдаты наполнят его излюбленные погреба снарядами вместо вин?

*Арон и Сарра Аронсон основали НИЛИ — еврейскую разведывательную организацию, действовавшую в дни Первой мировой войны. Эта группа поставляла бесценные сведения британским вооруженным силам в их планировании кампании против турок. Сарра Аронсон была схвачена турками и, находясь под пытками, покончила жизнь самоубийством.

Британских пленников отпустили на свободу. Вскоре вся округа была заполнена подразделениями британских бронетанковых частей, энергично прочесывавших окрестности. Поиски оказались безрезультатными. Жители Биньямины, Зихрон Яакова и Пардес Ханны немного волновались. Будет ли введен комендантский час? Применят ли коллективное наказание?

С этими вопросами обратились к офицеру, командовавшему соединениями преследователей. Ответ его был выдержан в лучших традициях британского духа: ’’Наказания не будет. Это был честный поединок”.

Лагерь № 80, товарный состав с боеприпасами и оружие нашего собственного производства позволили нам начать наступление на Яффо. План был окончательно разработан в апреле, были отобраны нужные подразделения и на Пасху, за три недели до образования государства Израиль, мы начали операцию по спасению Тель-Авива и не только его от угрозы разрушения.

По плану, мы должны были атаковать Яффо в том узком, похожем на бутылочное горлышко месте, где Яффо соединяется с кварталом Маншие, который на севере полуостровом вдается в еврейский Тель-Авив. Тактической целью наступления было — сломать это ’’бутылочное горлышко” и достичь моря, чтобы отрезать Маншие от Яффо. Стратегической целью было — покорить Яффо и, раз и навсегда, избавить Тель-Авив от наведенного на его сердце заряженного пистолета.

До того, как началось наше наступление, Тель-Авив тяжело страдал от нападений Яффо и, особенно, Маншие. В течение первых месяцев арабских беспорядков около тысячи еврейских мужчин, женщин и детей были убиты или ранены во время нападений, ведшихся из мечети Хассан Бек и Маншие. Арабские снайперы всегда имели возможность находить себе жертвы в самых людных районах Тель-Авива, и никакие заградительные посты и смелые вылазки не могли предотвратить ежедневные добавления к списку людей, убитых на центральных улицах города. Зарубежная пресса писала о боях на бульваре Ротшильда. Яффо бросил вызов Тель-Авиву. Тель-Авив же находился в обороне. Тысячи его сыновей были скованы неподвижным фронтом, защищая город.