Восстание

Бредвик Алекс

Когда стволы начали крутиться, а в гранатомёты стали подаваться боеприпасы, на думы время просто не оставалось, оно ушло. Взяв ноги в руки, как это говорят, я очень быстро побежал в сторону команды, схватил Алисию за руку и устремился в сторону лифта.

Я почему-то не сомневался, что те пулемёты окажутся ещё при всём этом установленными на подвижные устройства, которые смогут нас преследовать. Стоило это пресечь, убежать как можно дальше, чтобы точно не умереть под градом пуль и ливнем разрывных боеприпасов от неизвестного противника.

Мои мысли в итоге

подтвердились. Над головой пролетела россыпь пуль, которые тут же оставили свои следы в стене напротив нас. Повернув голову, я увидел три воздушные единицы, которые на странных гудящих и не оставляющих следов двигателях очень быстро приближались к нам. Как танки на гравитационных движках… только они же огромные…

Отпустив руку Алисии, я резко остановился возле камня размером с моё туловище, взял его в руки и резко кинул в сторону этих летающих машин. Дожидаться результата я не стал. Развернувшись на пятках, я быстро настиг остальную команду, которая уже успела удалиться от меня более чем на сто метров.

Когда до лифта оставалось всего ничего, за спиной послышался глухой хлопок. Словно что-то большое выскользнуло из трубы. Снова остановившись, я развернулся, ибо сразу было понятно, что это был выстрел из гранатомёта. Вот только эта граната оказалась не совсем обычной. Все привыкли к тому, что гранаты сразу детонируют, когда соприкасаются с поверхностью. Но не эти. Эти сразу начали отскакивать от камня, приближаясь к нам.

Дождавшись нужного мгновенья, мною был нанесён очень точный удар ногой по гранате. Это помогло, я даже невольно улыбнулся. Граната, подлетев в очередной раз, отправилась в очень быстрый обратный полёт, взорвавшись в непосредственной близости от летающих дронов.

Два из трёх сразу осели на пол, сначала загоревшись красным цветом, а потом полностью потухнув. Один даже потом громыхнул, ощетинившись россыпью летящих во все стороны пуль. Взорвался боекомплект.

Две штуки выбыли из строя, это был отличный результат. Вот только последней мне было противостоять нечем. Что-то мне подсказывало, что обшивку этой херни я точно не смогу пробить, как и оружие моих «союзников», жителей этого города, так что снова было предпринято простое решение — бежать.

Догнав группу, я начал их подгонять. По ним было видно, что они устали, но машина была быстрее них, так что им стоило поторопиться.

Но судьба решила иначе. Быстрая пулемётная очередь прошлась по ногам некоторых мужиков, скосив их, опрокинув на землю. Одному прострелили сразу обе голени, одному вырвало коленную чашечку, третьему вообще оторвало стопу. Но нужно им отдать должное, никто из них даже не пискнул, а один вообще показал полную самоотверженность.

— Не ждите нас! — кричал он сквозь боль, поворачиваясь на спину, одновременно с этим направляя свой ствол в сторону летящего механизма. — Бегите! Мы вас прикроем!

Мне только стоило услышать эти слова, как я сразу начал проталкивать остатки группы в сторону подъёма, до которого тем временем оставалось добежать всего с полкилометра. Но сил после короткой, но быстрой перебежки в неудобных костюмах

у команды почти не оставалось.

— В лифт! Бегом! — кричал я, чтобы ускорить их, но это слабо помогало.

Тем временем за спиной послышалась стрельба. Бойцы приняли свой последний бой, достойно проводя последние мгновения свей жизни. Кроме как уважения я больше ничего не испытывал к тем бойцам. Жалеть их будут потом, сейчас их нужно только уважать. Они умирают как герои, а не как твари позорные, которые бежали из «научного» комплекса.

После последнего поворота, наконец, показался лифт. Вся команда быстро в него залетела, а я остался ждать около поворота. Нужно было убедиться в том, что их жизни в безопасности. Стрельба уже прекратилась, а гул двигателя становился всё ближе. Было слышно, что он уже сбоил, что временами глох, но эта машина приближалась, неся угрозу смерти всей команде.

Прижавшись к стене спиной, я стал выжидать. Мужики вместе с Алисией уже начали подниматься на лифте, но его скорость была крайне маленькой. У меня будет всего один шанс расправиться с этим противником, после чего я точно должен буду восстанавливать свою целостность за счёт подконтрольного вещества. А этого ой как не хотелось, но надо. И если я не остановлю эту машину, то наша команда точно вся поляжет.

Выждав момент, я быстро выскочил из-за угла. Тут уже была разница в скорости обработки информации. Сразу было понятно, что этот летающий дрон работает на старых логических схемах, из-за чего скорость принятия решения у него оставляет желать лучше. То ли дело мозг, усиленный квантовым компьютером. Даже двумя.

Ударив со всей силы по пулемёту, который был нацелен ровно на мою голову, я отклонил его вниз, из-за чего веер пуль не убил меня, но хорошо прошёлся по моему корпусу, вызвав сильную вспышку боли и мгновенную потерю чувствительности ног.

Ранение оказалось достаточно серьёзным, для кого-то оно было бы даже смертельным. Но не для меня. Управляемый мною ксеноцит быстро восстановило все ранения, ничего на это не потратив, что меня удивило. Следующий удар уже пришёлся по корпусу дрона, уткнув его в землю. Ну а дальше, как в самых лучших фильмах, я наскочил на эту машину и стал лупить по нему кулаками со всей силы, проминая и ломая его обшивку. В один момент даже преобразил свою руку и пытался вскрыть обшивку… что в конечном итоге удалось.

Когда дрон потух, я слез с него и довольно улыбнулся. Дело было сделано, жизни спасены. Вот только всё равно что-то было не так. Какой-то подозрительный стук раздавался со стороны прохода, из которого мы сматывались. Развернув голову, я понял, что это были просто ищейки, которых удалось только что уничтожить. Настоящая проблема ползёт к нам на огромных механических лапах прямо сейчас.

— Беги! — раздался громкий и чёткий женский крик.

Повернув голову, я увидел, что Алисия сняла с себя верхнюю часть костюма и уже побледнела. Она скинула мне верёвку, которая была привязана за несколько прутьев лифта. У меня оставался последний шанс, чтобы спастись. И я не должен был его упускать.