Восстание Боло
Шрифт:
Очень быстро я переключаюсь на новую цель. На прицельных дисплеях появляется гигантская поверхность Деламар. Я отслеживаю присутствие на ближайшей луне сотен машин, кораблей и построек!*!*!. Теперь я веду такой быстрый огонь из "Хеллбора", что нейтронная броня, в которую закован ствол орудия, начинает светиться раскаленным кроваво-красным сиянием. В моем сознании вспыхивают предупреждения о расплавлении ствола, перегрузке молекулярных цепей, опасном перегреве. Система управления огня инициирует автоматическое отключение, в то время как реакторы угрожают немедленно взорваться. Я насильно отключаю все системы безопасности и системные ограничители и продолжаю стрелять. Первые термоядерные
Я задаю сенсорам более широкий радиус поиска, пытаясь определить цели, которые могут угрожать "Спартаку". Вражеские разведывательные зонды и спутники, еще одна крепость, два меньших корабля, покидающих боевую зону, несколько фрагментов уже уничтоженных кораблей… По очереди я отслеживаю их все и очищаю от них небо.
"Спартак" - все еще ускоряется, выходя в ионосферу Облака…
Шери выбежала на бетонное покрытие посадочного поля космодрома как раз вовремя, чтобы увидеть, как "Спартак" исчезает за облаками. На гребне холма к юго-западу, рядом с пылавшими руинами крепости, покоился Гектор. Его броня была пробита, порвана и изуродована, но его поза по-прежнему впечатляла, словно бы он был неким титаническим военным мемориалом. Через мгновение его главный калибр выстрелил, вспышка, подобно молнии, озарила облака, и гром оглушил Шери даже сквозь защитные пробки шлема.
– Гектор!
Он шагнула вперед и упала. С изумлением она посмотрела на свою ногу, на которой багровела десятисантиметровая открытая рана. Когда она ее получила? Поднявшись и опираясь на свое оружие, она побрела в сторону Боло по усеянному металлом и камнями посадочному полю.
Вражеские силы собираются вокруг, бросаясь на меня в самоубийственном безумии. Некоторые взрываются на моей уже искалеченной броне, другие пытаются найти способ проникнуть внутрь. С каждым залпом "Хеллбора" десятки и даже сотни флоатеров падают на землю: их электроника не выдерживает электромагнитных импульсов, генерируемых плазмой; другие разлетаются на куски под ударами лазеров ПВО и высокоскоростных противопехотных зарядов. Ходуны сотен различных форм и размеров, кружащие по полю, сметаются огнем моих противопехотных и противоракетных орудий.
Но все новые и новые занимают места уничтоженных, все больше и больше…
Становится очевидным, что "щелкунчики" пытаются сделать то, что не смогли совершить три гигантские сверхмощные машины, и стремятся одолеть меня своим численным превосходством. Ни одна машина!*!*! массой менее ста метрических тонн не может нанести моей броне или моим защитным системам более серьезных повреждений, чем нанес бы вооруженный ножом человек. Но когда десятки тысяч действующих сообща машин набрасываются на меня одновременно…
Неожиданно я замечаю снаружи одинокую фигуру, которая вовсе не является машиной. Увеличивая изображение бредущей, хромающей фигуры, я узнаю в ней командира отделения Шери Барстоу, бывшего техника Барстоу, с чьей помощью мне удалось вырваться из лап!*!*!, удерживавших мой разум.
Резко двигаясь с места, я направляюсь к ней. Повреждения моей подвески столь значительны, что я тоже хромаю, но через несколько секунд я встречаюсь с ней и привожу задний люк доступа в такое положение, которое позволило бы ей легко подняться на борт. Вокруг роятся, носятся и парят враждебные машины I*!*!. Трехметровый флоатер, пытающийся вслед за Шери Барстоу проникнуть внутрь, получает полный заряд из рэйлгана; как только она входит, я запираю люк и, набирая скорость, мчусь в сторону
– Спасибо, Гектор, - слышу я по боевому каналу.
– Я… я и не думала снова тебя увидеть.
– Сколько еще уцелело людей?
– Я не думаю… я не могу ни с кем связаться, Гектор. Мне кажется, что, кроме нас, никого не осталось!
– Мы выполнили основное задание. Она помолчала.
– Да. Пожалуй, это мы сделали.
– Я намерен уничтожить столько врагов, сколько смогу, - сообщаю я ей.
– С начала этого сражения машины!*!*! собирались здесь со всей планеты, что дает мне возможность нанести им теперь значительный урон. На Облаке все еще остается несколько миллионов человек. Уменьшив число машин!*!*!, мы можем облегчить им жизнь. По крайней мере на некоторое время.
– Сделай это, Гектор, - говорит она.
– Чего бы это ни стоило…
На борту "Спартака" Джейми вглядывался в большой монитор, на котором отображался вид с кормы. Горизонт Облака уже отчетливо загибался; темно-серые облака скрыли поверхность планеты; на западе два солнца стояли чуть выше горизонта, окрашенного золотом и огненным серебром недолгого, но великолепного двойного заката.
– Гектор…
Имя почти стоном слетело с его губ. Как много друзей принесли себя в жертву в последнем яростном сражении за космодром! Джейми чувствовал себя беспомощным.
Алита изучала показания приборов на собственном мониторе.
– Гектор… он выпускает ракеты. Кажется, он в одиночку пытается разделаться со всеми оставшимися машинами! Они расходятся в стороны… наводятся на цель. Идут назад! Он собирается бомбить космодром ядерным оружием!
Джейми мог только смотреть. Смотреть…
Крохотный участок серых облаков прямо позади "Спартака" внезапно зажегся светом, затмившим далекие заходящие солнца. Свет начал распространяться, на мгновение стал еще ярче и затем медленно угас. Облака выглядели деформированными, они вздувались и наконец выпустили наружу легко узнаваемую грибообразную форму, подсвеченную снизу безмолвными яростными пожарами.
А потом сияние огней исчезло, как и само Облако, которое стремительно быстро уменьшалось на экранах.
– Он сдержал свое слово, - сказала Алита.
– Коридор чист. На двадцать тысяч километров вокруг я не вижу ни единого корабля "щелкунчиков"!
– На перехват идут три цели, - доложил Моксли.
– Им никогда нас не поймать, - ответила Алита.
– Через пятнадцать секунд мы уходим в гипер.
–
Она посмотрела на Джейми: - Джейми? Ты в порядке?
– Да. Я просто задумался… эти данные, которые он передал. Это наш билет к гракам. Боевые планы. Схемы развертывания. Я успел посмотреть их только мельком, но готов поспорить, что именно этого гракам не хватает для того, чтобы раз и навсегда остановить "щелкунчиков".
– Он тихо засмеялся: - Они хотели, чтобы Гектор помог им в войне. Сдается мне, что эти данные стоят пары тысяч Боло.
– Может, и так, - сказала Алита.
– Но Гектор был только один.
– Да.
– Его глаза осматривали экран, на котором Облако уже превратилось в тонкий, быстро уменьшавшийся полумесяц, висевший рядом с двойной звездой.
– Хотелось бы мне знать, пережил ли Гектор свои собственные бомбы?
Алита секунду помедлила, как будто не могла заставить себя посмотреть на монитор.
– Это не очень-то вероятно, как ты сам думаешь?
– Да. Я думаю, что так.
– Он вздохнул.
– Но готов поспорить, что "щелкунчикам" крепко досталось. Это может помочь людям, которых мы покинули.