Воспевающие битву
Шрифт:
В сороковых годах (согласно Денигу) в деревне насчитывалось около 140 домов, в которых проживало в общей сложности шестьсот человек, две трети из которых составляли взрослые. Их население увеличивалось не слишком быстро, дети умирали чаще, чем в кочевых племенах, и связано это было прежде всего с ужасающим состоянием их бытия – в их тёмных жилищах всегда стоял ужасно спёртый воздух, из-за чего в период складирования зелёной кукурузы обычно возникала детская холера.
Дениг не скрывает своей антипатии к Арикарам: «Ри постоянно сидят дома, так как они знают, что не являются ни хорошими воинами, ни конокрадами. Верх проявления их самолюбия в военном деле– раз в годудобраться до устья Жёлтого Камня и убить
Томас Джефрис, хорошо знакомый Арикарам купец, как-то повстречал десять их воинов неподалёку от форта. Они побеседовали с ним, выкурили трубку, а затем застрелили в голову. Они рассказали об этом сородичам, естественно, называя себя героями, а позже история дошла и до белых людей. Только такими поступками Арикары и могли похвастать, других воинских подвигов они не совершали.
Некоторые Арикары присутствовали на подписании договора в форте Ларами в 1851 году. Там они увидели множество обозов с переселенцами и познакомились с военными подразделениями. Увиденное подсказало им, что день возмездия был близок, так что они решили вести себя благоразумнее. С тех пор они редко покидают свою деревню, если на то нет причин и если мясо можно раздобыть поблизости. Всю зиму они проводят в своих землянках, куря и развлекаясь азартными играми. Летом ловят рыбу.
В их деревне не увидишь парадов, не проходят там и торжественные пиршества воинских обществ, сопровождаемые плясками. Исключения составляют дни, когда Арикаров навещают Сю. Что касается женщин, то они много трудятся, может быть, значительно больше, чем женщины кочевых племён. Большая загруженность по хозяйству наряду с постоянными болезнями быстро подкашивает женщин Арикаров. Замужняя женщина тридцати лет не просто выглядит старой, она на самом деле старуха. Лошадей у Арикаров немного, собаки тоже водятся не в большом количестве, так что транспортными средствами эти индейцы особенно не могут похвастать. Зимой женщины переносят поклажи на спине, а летом груз возят по реке на каноэ.
О племенном управлении можно сказать мало. Арикары предпринимают попытки регулировать процесс общей охоты, но в основном каждый охотится самостоятельно. Имея большие запасы кукурузного зерна, Арикары не так сильно подвержены превратностям судьбы, как кочевые племена, хотя частенько им не хватает мясных продуктов. Оседлая жизнь научила их питаться экономно. Они не позволяют себе расточительства по отношению к мясу, свойственного кочевникам. Каждая семья обязательно выращивает зерно, а то мясо, что удаётся добыть в окрестностях поселения, индейцы хранят очень бережно.
Во главе этого народа нет мудрого вождя. Несколько человек примерно одного уровня, одной репутации пытаются управлять племенем. Но они не внедряют никаких обязательных правил для членов сообщества. Каждая семья в общем-то предоставлена сама себе. Они лишены боевого духа, и это накладывает свой отпечаток на их законы. Ни один мужчина не знает, как ему доказать, что он способен подняться выше своих соплеменников. Военные подвиги – единственная дорога, ведущая к положению вождя. Если таких заслуг нет, то дикарям совершенно непонятно, каким образом одному человеку возвыситься над другим. Поэтому они настолько деградировали. Индеец, чтобы быть полноценным индейцем, должен воевать. В противном случае юноши не знают, чем себя занять, у них нет устремлений, они лишены амбиций. Пользуясь репутацией храбреца, юноша и к девушкам подходит по-особенному, он завоёвывает их. Однако Арикары, не будучи доблестными вояками, ищут славы в обычном распутстве. У них нет выбора. Этот дух передаётся им от старшего поколения. Имея много времени, они посвящают его совращению чужих жён. Поскольку это является единственным развлечением мужчин, они настолько опускаются, что начинают драться и убивать свою родню. Добродетель
Если бы Арикары дали выход своим амбициям в военном деле, их развлечения потекли бы по совершенно другому руслу. Появились бы различия в положении. Большинство неприглядных сторон, о которых мы говорили здесь с осуждением, сменились бы похвальным духом соревнования» (Denig «Five Indian Tribes of the Upper Missouri»).
И всё же думаю, что Дениг чересчур категоричен в своей отрицательной оценке Арикаров как воинов. Тот факт, что это племя всего лишь один раз сражалось лицом к лицу против регулярной американской армии, не говорит о слабохарактерности этих туземцев. Племя Абсароков, например, вообще ни разу не вступило в открытый бой с Синими Мундирами, но никто никогда не называл их плохими бойцами.
Арикары, как и все племена верхнего Миссури, имели систему воинских обществ, и если бы уверение Денига в том, что это племя не умело драться, было бы верным, то само наличие воинских «клубов» было бы нелепостью. Тем не менее Арикары имели тринадцать таких воинских организаций. Правда, большинство из тринадцати обществ получили известность из-за своей религиозной практики, а не из-за военных действий, и лишь три из этих тринадцати организаций имели прямое военное предназначение.
В соответствии с традицией, верховным вождём Арикаров мог стать только человек из Покинутой Общины. Каждая из остальных девяти Общин имела одного главного вождя и трёх младших вождей. Все вместе они составляли большой племенной совет. Решение совета доводилось до сведения племени членами общества Чёрный Рот, подразделения (как сегодня принято говорить, филиалы) которого имелись в каждой Общине.
Согласно Кёртису, мужские общества Арикаров были следующие: Голенастые Вороны (общество подростков – название произошло, по всей видимости, от пляски этого общества, для которой молодые люди украшали свои голени перьями ворона), Глупые Собаки, Чёрные Рты, Быки, Прямые Головы, Молодые Псы, Чиппевы, Полумесяц, Вороны, Топотуны (название – от своеобразной манеры топать ногами во время танца), Пятнистые или Крапчатые (члены этого общества раскрашивали себя мелкими точками разных цветов), Разведённые Ноги (плясали с очень широко расставленными ногами), Перерезающие Горло.
Роберт Лоуи добавляет к этому списку ещё несколько названий: Танцоры Травы, Лисицы, Безумные Кони, Глупые Люди, Зазыватели Бизонов. Лоуи также указывает на наличие двух женских обществ: Речные Змеи и Гусиные Женщины. Из всех перечисленных организаций лишь Чёрные Рты, Полумесяцы и Чиппевы были настоящими военными обществами.
Чёрные Рты были сторожами деревни, то есть Акичитами (согласно терминологии Лакотов). Зимой бизоны легко убегали прочь, пугаясь не только людей, но даже далеко разносившегося треска ломающихся деревьев, поэтому индейцам следовало проявлять особую осторожность, дабы не спугнуть дичь. Чёрные Рты следили за тем, чтобы деревья рубились только в определённое время. Когда кто-то своевольничал после того, как оглашался запрет, Чёрные Рты колотили ослушника, и если тот терпеливо сносил наказание, то Чёрные Рты награждали его подарками, иногда даже дарили лошадей. Эта организация имела двух вожаков, которые были хранителями двух священных копий. Древко такого копья оборачивалось шкурой выдры и венчалось чучелом вороны. Среди прочих священных предметов Чёрных Ртов были две трубки и две погремушки, за каждую вещь отвечал конкретный человек.
Члены общества Полумесяцев выстригали с обеих сторон головы волосы в форме полумесяца, а оставшаяся копна зачёсывалась посреди головы стоймя и длинными косичками спускалась на спину. Причёска обязательно дополнялась перьями совы и орла, причём орлиные стояли посередине. Члены общества носили нагрудные украшения из ракушек, густо нанизанных на несколько рядов шнурков. Священным оружием считались два копья, обёрнутые красной тканью вдоль древка и увешенные перьями лебедя, совы и вороны. Если хранитель такого копья во время боя втыкал это оружие в землю, то он не мог отступить ни на шаг до тех пор, покуда кто-либо из членов Полумесяца не вытащит копьё из земли и не позовёт хранителя за собой. В противном случае хранитель священного копья обязан погибнуть на месте.