Восьмой
Шрифт:
Как-то утром, когда все, сонные и зевающие, собрались на кухне, Аркадий обвел всех собравшихся взглядом и довольно заявил:
— Ну вот, весь Клан в сборе. Крот, что у нас на завтрак?
Вот так, случайно у их компании появилось название Клан. Просто клан, без лишних названий. Быстро прижилось.
Алла проснулась, поняв, что опять уснула. Хотела было смутиться, увидев зашедшую Кристину, но та лишь махнула рукой.
— Ну как, не шумели наши негодяйчики? — Она с улыбкой посмотрела на своих малышей, потом на дочку Марии.
— Спят как ангелочки, — потянулась
Она посмотрела в окно, Аркадий как раз пытался разбить очередное полено, но выходило из рук вон плохо, топор попросту застрял в нем. Зато на то, с каким азартом он пытался разбить это самое полено, можно было смотреть не отрываясь.
— Расскажешь ему? — Спросила Кристина, выводя её из созерцательного настроения.
— Даже не знаю, немного страшновато, как отнесется? — Снова погладила живот, прося малыша унять тревогу.
— Да нормально отнесется, хороший он у тебя парень.
— Надо всё-таки отважиться, — вздохнула Алла, поднимаясь. — Я пройдусь немного?
— Я присмотрю за нашими негодяйчиками, — весело сказала Кристина, усаживаясь в кресло, — не бойся, отдыхай.
Алла ещё раз глянула в окно, её мужчина проигрывал в этом состязании. Но она знала один способ его утешить. И это не тот способ, от которого внутри сладко екнуло, губа сама собой закусилась, и от которого внутри неё уже несколько месяцев развивалась новая жизнь. Нет, это было кое-что другое.
Она прошла в большой гараж дома Игоря, посмотрела на вместительный внедорожник. Игорь взял на себя роль личного водителя сразу троих — своего секретаря, начальницы одного из отделов, то есть Аллы, и Аркадия, начальника отдела филиала НайдОфф, каждое утро подвозил их на работу. Благо, все в одном здании и работали. Многие сотрудники удивлялись этому, но за прошедшее время уже привыкли.
В самом дальней краю гаража было то, что Алла хотела подарить своему мужу (эх, как звучит, своему мужу!), но и боялась сделать это, вдруг станет напоминанием о её ошибке, что может перечеркнуть многое.
— Алла! Ты где тут?
Голос мужа вывел из задумчивого оцепенения. Алла вздрогнула, поняв, что Аркадий здесь.
Он вошел в гараж, подсвечивая себе телефоном. Сразу найти выключатель в этом гараже не удавалось никому, даже самому Игорю, он сам порой с полминуты обычно искал его, хоть и пользовался уже который месяц.
— Я тут! Что случилось?
— Я там благополучно проиграл, думаю, даже бронзу не дадут. Рассчитывал на приз зрительских симпатий, а мой самый главный зритель пропал куда-то, — её муж улыбался, протягивая к ней руки. — Даже не так, мои самые главные зрители.
Подойдя к нему, обняла, насколько позволил живот. Поцеловала, ощущая морозную свежесть и легкую щетину мужа.
— А что ты тут делала? — Аркадий чуть нахмурился, явно в чем-то заподозрил.
— Ничего, я тут ничего не делала! — Выпалила уж слишком поспешно. Попыталась увести его отсюда. — Я просто зашла… Бензином подышать! — Нашла что придумать, таких заскоков у неё и
— И почему я тебе не верю, Алла? Темнишь ты что-то, — в его взгляде сомнения было, хоть ложкой черпай. А ещё эту фразу он, похоже, унаследовал от матери. — Рассказывай уже, что натворила. Или напомнить, к чему может привести недосказанность?
Она вздохнула, положила ему голову на плечо. Снова захотелось быть ниже ростом своего мужа. Сейчас бы смотрела ему в глаза снизу вверх, либо уткнулась в грудь.
— Аркадий, — прошептала она, — я хотела, чтобы это был тебе подарок на Новый Год…
— Аллочка, любимая моя, — он погладил её по волосам, слегка потрепал. — Как ты не понимаешь, что мой самый главный подарок во всей жизни — это ты. И наш малыш. Что там такое? Не бойся, если надо будет изобразить удивление перед боем курантов, я сделаю всё возможное, чтобы изобразить это самое удивление.
— Пойдем, — она взяла его за руку и пошла к углу гаража. Там всё было заставлено коробками так, чтобы казалось, что здесь просто нагромождение хлама. Отчасти так и было, но она отодвинула одну коробку и откинула край брезента. И нервно сглотнула.
— Это… это, — Аркадий не мог понять, подсвечивая телефоном красный бок машины.
— Твоя машина, Аркадий, — Алла опустила голову. — Тебе пришлось её тогда продать, чтобы расплатиться со мной, а ведь я тогда…
Почувствовала, что лезут глупые слезы, а всё из-за той её глупости. И как такое могло прийти в голову ей, считавшей себя взрослой женщиной? Заставить его заплатить ей за билеты на остров и обратно, когда они были оплачены владельцем отеля на том острове?
— И ты из-за этого сейчас рыдать собираешься? — Муж ласково её обнял, вытер пальцем уже проступившие слезы. — Эх, ну глаза у тебя просто на мокром месте.
— Ты не сердишься? — Робко спросила она, поднимая голову.
И ответ был во взгляде этих серо-карих глаз, теплота которого согревала, словно окутывая собой. И в этой улыбке, что расползлась на его губах.
— Ну как на тебя сердиться? Мы все совершаем ошибки. Я ведь тоже совершил тогда ошибку, не рассказав ничего сразу. Главное, что сейчас мы вместе. И никуда не свернем с нашей тропы. И меня больше всего интересует, как вы всё это провернули?
Ей пришлось рассказать. Что как-то поделилась в разговоре с Марией, женой Кристофера, о том, что было у них с Аркадием после острова, как тому пришлось продать машину. Через неделю Кристофер позвонил и сообщил, что не так давно видел эту самую машину. И что она продается. И что он уже её, собственно, выкупил. А на счет денег за машину, ответил лишь, что это будет им свадебным подарком, задним числом.
Осталось только решить, как преподнести это Аркадию и доставить машину. С этим снова помог Кристофер, просто вызвал на неделю Аркадия в главный офис из Вокарска, аргументировав рабочей необходимостью. За это время красная Тойота Камри была доставлена в Вокарск, и надежно спрятана в гараже Игоря. Всё равно Аркадий нечасто бывал в этом гараже, работы хватало, да и гараж был основательно захламлен из-за ремонта дома.