Восьмая горизонталь
Шрифт:
на пол. Мы, обхватив хрупкие тельца детей, ждём, когда дверь закончит свой путь.
Наконец она застывает в неподвижности.
– Бегом!- жрица устремляется вперёд.
Мы, прогибаясь под тугой струёй воздуха, с великим трудом вползаем за дверь, а
она словно ждала когда мы, покинем ангар, вздрагивает, и с тяжёлым гулом закрывается.
Мы оказались в невероятном мире. Находимся на верхней площадке, мягкий
рассеянный свет заливает пространство, а внизу
поросшие длинной пурпурной травой всех оттенков, от светлых тонов до ярко
насыщенных красок и всё находится в постоянном движении, под порывами сильного
ветра колышутся как лёгкие водоросли на морском дне.
На границе холмов покоится море, его воды, прозрачные как стекло, обволакивают
прибрежные камни и гладкую гальку, а где-то сбоку, шумит водопад струящийся, из
нагромождения остроконечных скал и питает небольшую речушку, которая змеится среди
зарослей и теряется в пурпурной траве. У подножья холмов виднеются множество уютных
опушек, они словно укрыты лебяжьим пухом.
– Вот бы здесь шашлыки пожарить, отдохнуть, рыбу половить, просто расслабиться,-
мечтает Семён.
– Всё это будет ... для тебя,- загадочно улыбается жрица.
Вниз ведёт тропа из искусно подогнанных плит. На крутых местах,
предусмотрительно изготовлены перила, они из дерева, по-видимому, изготовлены
недавно. Игорь ринулся первым, но Светочка хватает его за воротник:- Куда бежишь? Там
людоеды!
– Здесь их нет, эта территория нейтральная, но лететь впереди всех не следует, это место
не вполне изучено, что скрывается под мягкой травой не известно, по крайней мере, Другие сюда, никогда не заглядывали, а это о многом говорит,- жрица взъерошила
мальчику волосы.
– Животных много?- меня заинтересовал именно такой вопрос.
– Рыба в море есть, звери сюда не заходят, насекомых вроде тоже нет. А ведь интересно, почему?- неожиданно жрице самой стал интересен, сей момент,- но с нами никогда не
было проблем при прохождении этого участка,- Грайя явно в замешательстве.
– По-крайней мере, для вас опасности нет,- делаю я вывод,- а для нас, не знаю.
Женщина насупилась, в глазах тревога.
– В любом случае обратной дороги нет, так что, вперёд,- командую я.
Мы спускаемся по крутым, потемневшим от времени, ступеням. Пурпурный мир
приближается и становится всё великолепнее. Шелковистая трава колышется под ветром, красные искорки срываются с кончиков стеблей и фантастическим роем разносятся по
округе. Волнующий аромат приятно щекочет ноздри и ... музыка, я её ощущаю телом.
Смотрю, у Семёна глаза поголубели. Он улыбается, старается идти быстрее. Детвора -
пищат от восторга. Одна лишь Грайя сохраняет тревожное молчание, автомат сняла с
предохранителя и держит впереди.
– Никита, ты слышишь, трава поёт?- Семён счастливо улыбается.
– Музыку слышу. Она во мне.
– Да, да, и она во мне. Просто невероятно.
– Трава поёт?- жрица с недоверием смотрит на нас. Вертикальные огненные зрачки
расширяются и вспыхивают.
– Неужели не слышишь?- удивляется Семён.
Женщина поджимает губы, весь вид выражает скепсис.
– Привыкли, наверное, к этой музыке, вот и не слышите,- предполагаю я.
– Глупости,- излишне резко выпалила она, но я знаю, ей обидно,- вы там не
расслабляйтесь. Вдруг вам этот мир готовит ловушку?- чуть ли не с вызовом добавляет
она.
– Нет,- я уверен и спокоен,- он принял нас.
Словно в подтверждении мыслей, вихрь искрящейся пурпурной пыльцы
взметнулся с кончиков травинок, и осыпает меня с головы до ног.
– И я хочу!- вопит Светочка. Пурпурная пыльца окружает детей и запорашивает им плечи
и Семёну досталось, словно смеясь над ним, пурпурная смесь залепила ему нос - ну, совсем дед Мороз.
– Надо же!- фыркает жрица. Она закидывает через плечо автомат и, помрачневшая от
обиды сбегает с лестницы. Трава расступается перед ногами, обнажая тёмные плиты
древней дороги.
– Впервые такое. Нам указывают путь!- Грайя с восхищением оборачивается ко мне.- Это
всё ты, Великий!
– А, брось,- мне становится неловко от такого внимания. Внезапно меня осеняет, это
разумная форма жизни. Эти холмы, трава - разум. Разум необычный, но и он ждёт
помощи. Вновь груз ответственности, как исполинская гора, опускается на плечи. Как мы
все, взаимосвязаны друг с другом, мы дети Земли, разные, но все вскормленные её
"молоком".
Идём мимо остроконечных холмов, словно покрытых велюровым покрывалом,
нежная трава ласкает ноги, вездесущая, пурпурная пыльца, приятно щекочет ноздри - всё
вокруг наполнено ароматом и звучит музыка. Неожиданно Грайя в удивлении крутит
головой и заулыбалась:- Я её тоже слышу музыку!
У водопада, нежно журчащего с мохнатых скал, останавливаемся на привал.
Умываемся в прохладных струях, испили воды, при этом чувствуем, словно всплеск,
прилив энергии. Шелестит трава, непонятно как, перед нами оказываются спелые плоды, аппетитные и ароматные. Отведав их, все потёртости, ранки, мигом зажили, а у Семёна, на месте вырванного зуба, появляется набухающий бугорок. Он в восторге! Пурпурный