Восьмая горизонталь

Стригин Андрей Николаевич

обмываемся, прыгая за борт, держась руками за крепкие лианы. Отдраили ребятню, даже

волчонка, вздумавшего кусаться, выстирали как мочалку.

В центре плота поддерживаем огонь, развесили на рогатинах одежду, сушим её и

сами пытаемся согреться.

Река ссужается, течение становится заметно стремительнее, но глубина реки

большая, нет порогов над скрытыми подводными скалами, бурунов от водоворотов.

Отдыхаем,

наслаждаемся покоем и тишиной, лишь вода журчит, убаюкивает. Ребятня

умаялась, уснули на постилке из мягкого мха, там же, повизгивает во сне, волчонок, мамку, наверное, вспоминает.

Ощущение такое, что болото с монстрами, нам привиделось, вокруг чистота и

свежесть. Удивляюсь, как в мире может ужиться такие разные состояния мрака и света: болотная гниль, мёртвые деревья и кристально чистая река, шумящий на берегу здоровый

лес. Почти как у людей, одни убивают, другие созидают. А нужно ли это природе? Нет, не

нужно! Всех кто не созидает, не развивается, уродует свои и чужие мысли, подменяет

духовное сознание на извращённые понятия, всех, на хрен - в Пекельные миры! Там им

будут рады. Вспоминаю "мальчика" на членистых лапах и россыпью изумрудных глаз на

морде тираннозавра, передёрнулся, а ведь он бомба с часовым механизмом. Сейчас он

ходит по подземным мирам, в надежде встретить биологически совместимую для себя

подругу, вряд ли найдёт, но, а вдруг? Эти твари размножатся и станут осквернять нашу

Землю. Неизвестно кто хуже, пришельцы из тьмы или он. Вообще, "хрен редьки не

слаще", в любом случае проблемы с ними необходимо решать, опасная штучка попала ко

мне, непроизвольно погладил алмазную россыпь на медальоне, они мигом отзываются на

ласку, теплеют, вспыхивают над головой чужие звёздные системы. Улыбаюсь, отдёргиваю

руки, хватит экспериментов, но ... как хочется заглянуть в невероятные миры,

разбросанные по всей Вселенной! Что за натура у человека? Любопытство, так и гложет!

Наверное, это и есть прогресс: заглянуть, пощупать, узнать - двигатель эволюции, не

изменение простейших форм организмов в более сложные, а изменения сознания, души.

Пусть Дарвин не врёт, живые существа не видоизменяются, а приспосабливаются к среде

обитания, эволюционирует лишь душа, вот почему за неё борются и Тёмные и Светлые

миры. Даже в сказках черти, что хотят купить? Не тело - душу. Тело, тьфу, оболочка, а вот

Душа - субстанция в вечном развитии. Любое низшее существо желает, даже не

осознанно, прыгнуть в душевном развитии, на ступень, а то и две выше, чем находится,

"любой мелкий бес мечтает стать Архангелом".

Постепенно

плот сносит к берегу, крутые склоны нависают над рекой, обрывы

виднеются на всём протяжении - река входит в ущелье гор, наш плот удаляется от

намеченного курса. Нам на север, а это уже начинаются южные части Крыма, вскоре

придётся приставать к берегу и двигаться пешком, а кругом непроходимые леса, в

которых хозяйничают звери ... люди.

– Правь к берегу,- я толкаю в плечо задумавшегося Семёна, уткнувшегося в шест.

– Что, уже приплыли?- он фыркает, в недоумении водит глазами, а ведь задремал,

оказывается, совсем из сил выбился.

– Угу, дальше ножками,- я посмеиваюсь, надо же, за такой короткий срок лицо у него

опухло от то сна, а по центру щеки багровеет след от ребристой поверхности шеста, даже

сучёк, в виде кренделя, отпечатался, индеец, типичный сын прерий, пера не хватает на

затылке.

Семён тоже улыбается, быстро восстанавливается, мышцы под кожей, ходят как

волны в шторм, он резко толкает тяжёлый плот к усыпанному каменистыми обломками

берегу.

Уткнулись в мель, я выпрыгиваю, он достаёт верёвку, бросает мне. Привязываю за

торчащий из склона голый, в бугристых наростах, корень и с нежностью смотрю на детей.

Малыши спят как щеночки, а между ними сопит волчонок, повизгивая во сне, сучит

лапками, пытается влезть в самую гущу детских тел.

– Пускай спят на плоту, это безопаснее, утром будем искать выход отсюда,- я ещё одним

концом верёвки подтягиваю плот к берегу, чтоб сильно не качало.

Наверху застыл в неподвижности, дремучий лес. На склонах, цепляясь за

трухлявые стены из глины и камней, висят ползучие растения, кое-где торчат острые

стебли травянистых кустарников, оголённые корни деревьев, образуют наверху

сплетения, словно щупальца осьминогов, а гигантские светляки, засевшие между

обрубков изжёванных постоянными осыпями корнями, вносят и без того в мрачный

пейзаж, дополнительную загадочность.

Первым делом осмотрелись, даже обнюхали воздух, затем собираем хворост для

костра.

Чувство опасности, вспыхивает у нас одновременно, Семён выхватывает

чудовищный топор, мой меч сверкает огненной дугой - тяжёлое хлопанье крыльев бьёт по

перепонкам, дети проснулись, бросились к нам под защиту, волчонок забивается в щель

между камнями, а над нами, закрывая звёзды, взмахивает крыльями дракон, с хорошую