Восходящее солнце
Шрифт:
Too much love drives a man insane.
You broke my will, but what a thrill…
Из грузового люка вышел носильщик, держа на вешалке голубой мужской костюм. Коннор задал вопрос и носильщик, прежде чем ответить, взглянул на часы. Потом Коннор согнулся и на близком расстоянии уставился на нижние края пиджака. Он расстегнул на вешалке жилет и изучил брюки. Носильщик унес первый костюм и вынес на грузовую платформу второй – голубой в полосочку. Коннор повторил инспекцию. Казалось,
Я спросил: «Проверяем сенатора Роу?»
«Проверяем сразу несколько вещей», сказал он, «и да, сенатора Роу тоже…»
«У помощника Роу вчера в кармане были белые трусики, однако Черил носила черные.»
«Это верно», сказал Коннор. «Но мне кажется, у нас прогресс.»
«Что вы заполучили в пакет?»
Он вынул маленький прозрачный пакет и поднес к свету. Сквозь пластик я увидел темные нити. «Я думаю, это ковровые волокна. Темные, как у ковра в конференц-зале Накамото. Надо для верности отнести в лабораторию. Кроме того, нам надо решить еще одну проблему. Заводи машину.» «Куда поедем?»
«В Дарли-Хиггинс, компанию, которая владеет МайкроКон.»
В вестибюле рядом с местом секретаря рабочий монтировал на стене громадные золотые буквы: «ДАРЛИ-ХИГГИНС Инк». Под ними шла надпись помельче:
«Лучшие в менеджменте». Другие рабочие укладывали ковер в коридоре. Мы показали значки и спросили, как найти главу Дарли-Хиггинс, Артура Греймана.
У секретаря был южный акцент и вздернутый нос. «Мистер Грейман весь день проводит на совещаниях. Он вас ожидает?» «Мы здесь по поводу продажи МайкроКон.»
«Тогда вам нужен мистер Эндерс, наш вице-президент по связям с общественностью. По поводу МайкроКон именно он разговаривает с людьми.» «Олл райт», ответил Коннор.
Мы присели на диван. Напротив на другом диване сидела красивая женщина в тесной юбке. Под мышкой она держала рулон чертежей. Рабочие продолжали стучать молотками. Я сказал: «Мне казалось, что у компании финансовые затруднения. Почему они тратятся на смену отделки?» Коннор пожал плечами.
Секретарь отвечал на телефонные звонки, переключая звонивших:
«Дарли-Хиггинс, одну секунду, пожалуйста. Дарли-Хиггинс… О, пожалуйста, не отключайтесь, сенатор… Дарли-Хиггинс, да, благодарю вас…» Я взял брошюру с кофейного столика. Это был годовой отчет Дарли-Хиггинс Менеджмент Груп, с офисами в Атланте, Далласе, Сиэтле, Сан-Франциско и Лос-Анджелесе. Я нашел снимок Артура Греймана. Он выглядел счастливым и самодовольным. Отчет включал подписанное им эссе, озаглавленное:
«Обязательство на Совершенство.»
Секретарь сказал нам: «Мистер Эндерс сейчас примет вас.»
«Благодарю», сказал Коннор.
Через секунду в холл вышли два человека
Коннор тоже встал и секретарь немедленно отреагировал, сказав: «Мистер Грейман, эти люди…»
«Минуточку», сказал Грейман. Он повернулся к другому человеку, помоложе, чуть за тридцать: «Просто убедитесь, что с Роджером все пройдет, как по маслу», сказал Грейман.
Молодой покачал головой: «Ему это не понравится.» «Знаю, что не понравится. Но в любом случае, поговорите с ним. Шесть миллионов точка четыре прямой компенсации для боссов – это минимум.» «Но, Артур…»
«Просто скажи ему…»
«Скажу, Артур», согласился молодой, ослабляя галстук. Он понизил голос:
«Но совет директоров может заартачиться на сумму больше шести, когда доходы компании так упали…»
«Мы не говорим о доходах», сказал Грейман. «Мы говорим о компенсации, а это к доходам отношения не имеет. Совету следует сравнить с текущим уровнем компенсаций для директоров компаний. Если Роджер не сможет подравнять совет по этому вопросу, то соберу встречу в марте и потребую его замены. Передай ему и это тоже.»
«Ладно, Артур, я скажу, но только…»
«Просто сделай, как я говорю, а вечером мне позвонишь.»
«Хорошо, Артур.»
Они обменялись быстрым рукопожатием. Молодой ушел с несчастным видом.
Секретарь сказал: «Мистер Грейман, эти джентльмены…» Грейман повернулся к нам. Коннор сказал: «Мистер Грейман, мы бы хотели поговорить с вами минуту о МайкроКон.» Он повернулся немного боком и показал свой значок.
Грейман взорвался в ярости. «О, ради бога, не надо все сначала. Это уже просто изматывание.»
«Изматывание?»
«А как это еще назвать? Здесь у меня были помощники сенаторов, здесь у меня были ФБРовцы. Теперь у меня полиция ЛА? Мы – не преступники. Мы – владельцы компании и имеем полное право продать ее. Где Луис?» Секретарь сказал: «Мистер Эндерс уже идет.»
Коннор спокойно сказал: «Мистер Грейман, извините, что беспокою вас. У нас всего один вопрос. Это отнимет лишь минуту.» Грейман сердито уставился на него: «И каков ваш вопрос?»
«Сколько заявок имеется на МайкроКон?»
«Это не ваше дело», сказал он. «В любом случае, наше соглашение с Акаи обязывает нас ни в коем разе не обсуждать продажу публично.» Коннор спросил: «Заявок больше одной?»
«Слушайте, если у вас есть вопросы, вам надо говорить с Эндерсом. Я занят.» Он повернулся к женщине с чертежами: «Беверли, что у вас для меня?» «Я принесла пересмотренное оформление зала совета, мистер Грейман, и образцы кафеля для ванной. Серый очень красив и, думаю, вам понравится.» «Хорошо, хорошо.» Он повел ее по коридору.