Восход Хепри
Шрифт:
— Я знал, что ты придёшь, моя прекрасная жрица. Потому и не отошёл в сладкое странствие земель Межмирья, — Ипи сидел к ней в пол оборота, но Нефру-Маат поняла, что он улыбнулся.
— Но как ты увидел… Нет услышал меня? — девушка была удивлена.
— Почувствовал, Нефру-Маат, — Ипи повернулся к ней, пересыпав песком папирус и отложив своё письмо, — почувствовал, как бьётся сердце влюблённой, — Верховный Хранитель прикрыл глаза, приглашая Жрицу присесть рядом с ним, — я так и знал, что тебе не хватит бассейна в моих покоях и ты придёшь снова!
— Но ведь, Ипи! Звезда моя, Ипи, ты уплываешь завтра! — наречённая
— Скоро низкий локон погаснет, моя возлюбленная Сестра, но мы вернёмся раньше, чем лик Хонсу воссияет во всём своём блеске, я обещаю! — Хранитель уронил голову на подушку, прошептав, — милая моя звезда, подобная Хранительнице Влюблённых… Пойми же, чем больше ты подаришь мне своей любви и ласки сегодня ночью, тем больше я буду тосковать у заводей Бехдета, вспоминая, как мы купались с тобою и моей маленькой Мерит-Ра в прозрачной воде, среди тростниковых берегов…
— Ты не знаешь Таинств Хатор, мой мудрый Ипи, — женщина прильнула к нему, — мой Ка будет рядом, поверь мне, ты сам узнаешь, что это такое. Засыпая и просыпаясь ты будешь чувствовать тепло моего тела, нежность моей кожи, биение моего Абу, а я… Я возлягу на ложе, на закате и на рассвете, буду медленно останавливать своё дыханье, пока не погружусь в беспамятство, продолжая осознавать себя, и отпущу свой Ка, и любовь приведёт его к тебе, и силы его будет довольно, чтобы дух едва ли не воплотился, только… Не открывай глаза, возлюбленный Брат, иначе ты разрушишь Незримую Любовь, — одно из самых сокровенных таинств Посвящённых Жриц Хатор-Хранительницы.
— Я слышал об этом, но… — Нефру-Маат не дала Ипи договорить.
— Когда ты даровал мне таинство первой любви, я соединила наши Ка… Тебе трудно поверить, но в Бехдете, а может, раньше, ты убедишься в моей Силе, наречённый, — а пока, — женщина принялась целовать его руку, устраиваясь на ложе и прижимаясь к Ипи, позволь мне снова подарить тебе ласки!
— Ты думала, что я отвечу отказом? — Верховный Хранитель нежно, едва-едва прикоснулся губами к шее возлюбленной, — сейчас, Нефру-Маат, я лишь погашу лампады.
— И ещё, я даю обещание как Наречённая, что став твоею Возлюбленной Сестрой, никогда не оскорблю ревностью вашей Священной, осенённой крылами Нетеру, любви с Мерит-Ра!
— Звезда моя! — Ипи бросил свитки и прижался к Нефру-Маат, покрывая лицо поцелуями, — ты не можешь представить, как я благодарен тебе! — Хранительница Крови почувствовала, что голос всесильного Верховного Хранителя задрожал, и увлажнившиеся ресницы затрепетали на мгновенье, — как же ты сильна… Как же ты любишь меня, — Ипи чувствовал, что может не сдержаться пред наречённой, стыдясь слёз, хотя — не высокородному сыну Та-Кем, Избраннику Нетеру стыдиться нежности и хрупкости своего Ка, при силе Ка, держащей в страхе нечестивых правителей от Элама до Иллиясы, даже самих Хат-Шебсут и Пер-Амена.
— Не нужно, милый мой Ипи, мне нравится их огонь, мне нравится их неровный свет, так похожий на то, что чувствую я! — Нефру-Маат приблизилась и принялась целовать глаза Ипи. Думая о том, как же ей выразить свою благодарность царственной сестре Верховного Хранителя за эту подсказку, от которой Ка грозного Ипи-Ра-Нефера исторг слёзы счастья из его очей.
— Пусть будут лампады! — Ипи-Ра-Нефер обнял наречённую за плечи, и, осторожно,
Фараон Тути-Мосе наблюдал за сладким сном своей Правительницы. Женщина дышала ровно, её ресницы вздрагивали, а улыбка на устах Мерит-Ра-Нефер говорила о том, что ночное странствие Священной Супруги хранят Извечные, приведя её из земель Межмирья в Великую Те-Мери, или же… Ей снится его любовь, утомившая Соправительницу и подарившая скорый и сладкий сон…
…Край Великого Диска, подобно молодому лику Хонсу, замер на горизонте Аменет. Закатная Корона Атума превратила воды Великого Хапи в жидкое золото. Мерит-Ра-Нефер прошла сквозь заросли тростника, вспыхнувшие звёздами цветов ириса, и приблизилась к воде. Сделала первый, осторожный шаг, коснувшись воды ногой, чтобы попробовать — не холодны ли великие воды, — Хапи был прохладен и ласков, Мерит-Ра вспомнила заводи Бехдета и узнала эти края, столь любимые ею и братом Ипи, шагнула в прохладную воду, не сбросив лёгкой накидки, но… Её ножка едва по щиколотку погрузилась в воду, воды Реки были подобны пуховому ложу, мягко проминавшемуся под её шагами… Правительница пошла по воде, навстречу диску Атума, и ласковое жидкое золото лениво расходилось кругами от её шагов. Вскоре, она ступила на западный берег, и пошла дальше, сквозь заросли тростника. Но за ними — не было крестьянских полей, что меж протоками Дельты, в Бехдете, не было дикого островка, где они уединялись с Нефру-Маат, или били птицу и рыбу с братом. Зелёные травы, цветы лотоса и ириса встретили Правительницу, встретили на Берегу Те-Мери…
«Да, ты узнала этот мир, дочь и сестра Моя! Тень Моя и Отраженье Моё…» — нежные руки обняли Мерит-Ра за плечи, сзади… И Правительница узнала этот голос… — «Смотри, смотри в сторону Короны Атума, Избранница!»
Мерит увидела брата. Ипи-Ра-Нефер протянул вперёд правую ладонь и… Изначальная, стоя у Мерит-Ра-Нефер за спиною, и обнимая девушку, возникла пред её братом, коснувшись его руки. Вот что значит «Отраженье моё, Избранница моя!» — лик Маат Нефер-Неферу был не отличим от лица юной Мерит-Ра…
Правительница услышала Её голос, обращённый к Ипи: «Долго я ждала этой встречи. Я дарую тебе Две Истины, Хранитель Врат. И ещё… Тебе будет больно, но я утешу тебя, — прими же, Хранитель Храма, дар от Хранителя Вечности!» Ипи обернулся, и перед ним возник тот, в ком Мерит-Ра сразу узнала двойника Ипи, но Шлем в виде головы сокола и Меч — Коса Сокрушающего тварей Апопа — это был Ири-Херу. Прекраснейшая раскинула руки, с которых сошёл синий свет, а когда он погас, крылья белой совы продолжили руки Изначальной, которые Она возложила на плечи Ипи.
«Прими мой дар, ибо, ты — моё Отраженье, прими Брат великий дар Хранителя Херу!»
В руках Извечного сверкнуло синее лезвие, обрушившееся на грудь Ипи. Он вздрогнул, но устоял, Изначальная опустила голову на плечо Ипи-Ра-Нефера. В тот же миг, в руках Ири-Херу появилось Абу синего золота, но трепещущее и живое: «Мой дар Избраннику — сердце Извечных, оно разбудит частицу моего Ка, дремавшую в тебе ране! И ты станешь собою, Хранитель!» — с этими словами, Отверзающий Врата Те-Мери вонзил свой Дар в распоротую грудь Ипи, брат Мерит-Ра вскрикнул и упал на землю, пытаясь подняться.