Восход Хепри
Шрифт:
— Но… — глава Стражи Храма хотел было спросить что-то, когда ещё одна стрела, сбила вторую нечистую птицу. По знаку Главы Стражи ему тут же принесли ворона.
— Белые перья, Хети-Мер. Дурной знак! На месте Фараона Маат-Ка-Ра я не стал бы выходить на террасу, встречать первые лучи Хепри, — Жрец покачал головой, и прикрикнул на стражников, ударив скипетром каменные плиты, — и сбейте остальных, или ваши пальцы больше привыкли рвать хлеб и мясо, поднимая чаши с вином и пивом, отвыкнув от тетивы!? А ты, — Пер-Амен обратился к Главе Стражи Храма в полголоса, — сохрани эти наконечники.
Пальмы
Кортеж Хранителя Трона остановился у дома отца Нефру-Маат. Девушка, верно, уже ждала Ипи, и выбежала ему навстречу, или сердце Жрицы Хатор почувствовало приближение возлюбленного, или сам Ипи-Ра-Нефер постарался, чтобы его приезд был заметен как можно раньше, гнав свои колесницы так, как приличествует битве, а не городу, но, так или иначе, Нефру-Маат уже ждала его, нарядившись и надев все украшения.
«Живи вечно, Ипи-Ра-Нефер Верховный Хранитель Трона!» — то ли Нефру-Маат подразнивала его, толи не желала показывать свои чувства на людях, приветствовав церемониалом, но Ипи ответил на её вызов, не сказав ни слова, а просто поцеловав её в губы. Держа её дыхание так долго и страстно, как будто собирался выпить Ка своей возлюбленной.
— Тише, Ипи, возлюбленный Брат мой, на нас смотрят люди, мы ещё не соединены, и потом… Потом в доме мог быть мой отец, — Нефру-Маат немного смутилась, от чего её бледное для жителей Та-Кем лицо покрылось краской. Они вошли в дом. За Ипи проследовали два лучника.
— Никто не станет распространять сплетни о Верховном Хранителе, тем более, никто не станет говорить того, что очевидно, — ответ Ипи был одновременно меток и игрив, — к тому же, сейчас твой отец в Храме на службе, — Ипи улыбнулся.
— Но почему твои Хранители ходят как тени всюду? Неужели, когда мы соединимся с тобою, они будут стоять и у ложа нашей любви! — Нефру-Маат выпалила в лицо Ипи тихо, но возмущённо.
— Пойми, моя возлюбленная Сестра! — Ипи-Ра-Нефер заметно помрачнел, — тебе придётся привыкать к этому. Ты сегодня же переедешь во дворец Тути-Мосе, и не будешь покидать его, отныне, даже на службу тебя будут сопровождать колесницы охраны молодого Фараона, а в самом Храме, ты будешь служить, при твоём оружии и в сопровождении десяти вооружённых Хранителей Трона.
— Что-то случилось, не молчи, Ипи? Я же знаю… — Нефру-Маат посмотрела на него таким взглядом, который мог сокрушить самый твёрдый Ка, да, наверное и крепостные стены, а уж Абу влюблённого… — Разве когда ты рядом со мною, мне может угрожать что-то? — но Ипи отвёл этот удар, как опытный воин, наклоняя и подворачивая щит, принимает пику или копьё:
— Завтра мы с Наследником отплываем в Бехдет, Нефру-Маат. А тебя требует Маат-Ка-Ра, к каждой вечерней службе в Храме Хатор, и ты не сможешь отправиться с нами, — Ипи-Ра-Нефер сказал своей наречённой
— Опять? Опять, возлюбленный Брат мой? — Нефру-Маат опустила глаза, — но ведь я итак вижу тебя совсем нечасто… Когда же ты примешь Посвящение, чтобы…
— Посвящение будет раньше, чем я задумывал, звезда моя, — Ипи приложил ладонь к устам Нефру-Маат, не дав ей договорить, — мы отплываем в Бехдет завтра.
— Но это будет завтра, Ипи… Ты ведь не зарекался себе и не клялся отцу Тайными Именами? — Нефру-Маат с хитринкой спросила его.
— Я не клялся Тайными Именами, ибо сие не пристало Жрецу и Хранителю! — Ипи улыбнулся в ответ, — но, Нефру-Маат, я не хочу, чтобы наше дитя родилось раньше срока, тогда ты не избежишь сплетен.
— Ты думаешь, что Посвящённая Жрица Хатор не знает дней, когда она может зачать, а когда нет, когда это нехитрое таинство известно даже крестьянкам? Я не смыслю в ядах, как ты с Мерит-Ра, но, зато могу приготовить нужный отвар, дабы принять пред любовью, это нехитрое таинство высокородных дочерей Та-Кем! — Нефру-Маат, не обращая внимания на охранников, повисла на шее Ипи-Ра-Нефера, принявшись целовать его лицо, я не хочу, чтобы ты опять уехал, не освободив меня из плена девства. Моё сердце горит желанием… — Она знала, что Ипи не выдержит такой осады, и чувствовала, что сегодня Хранитель Та-Кем готов сдать без боя твердыню своей гордости, чтобы овладеть её телом.
— Тогда, Нефру-Маат, сегодня, я нарушу клятву, данную самому себе и твоему отцу.
— Неужели даже Жрец Маат, перед тем как получит Печать Крылатой Маат может нарушить клятву? — Нефру-Маат пыталось подшутить над Ипи, продолжая играть, как кошка с мышью, уже оглушённой, и не способной убежать, но слишком плохо для этого, скрывала своё нежданное счастье.
— Ты ведь сама знаешь, что я никогда, даже самому себе не зарекаюсь Тайными Именами! — Ипи хитро улыбнулся, заключив девушку в объятия.
— Хвала Прекрасной Хатор, Хранительнице влюблённых! — Нефру-Маат выдохнула полушёпотом, в то время, как Ипи приказал своим охранникам покинуть дом, прихватив с собой всю прислугу, и охранять их покой снаружи, — Жрица отстранила Ипи, продолжая играть с ним.
— Почему ты играешь со мной, Нефру-Маат? Ты ведь уже победила! Да и я всегда был готов сдаться без боя?
— Потому что, Хранитель Трона, мужчине нужно дать понять, что он одержал победу над врагом, или подстрелил редкую дичь на охоте, — Ипи не дал Нефру-Маат выболтать все женские хитрости:
— Но ведь ты сама завлекаешь меня в ловушку, зачем играть?
— Я чувствовала, что ты приедешь, Ипи. И велела слугам подготовить ловушку так, чтобы моя добыча не смогла вырваться, велела убрать своё ложе лучшим льном и редким шёлком, возжечь благовония, и… — Нефру-Маат провела наречённого в свою спальную комнату, — в каких украшениях мне быть, когда ты будешь любить меня, Ипи? Ты дарил мне много прекрасных украшений от ювелиров Та-Кем и из дальних стран, и я приготовила…
— Ни в каких! — Ипи-Ра-Нефер опустил руки на талию девушки, медленно развязывая её пояс, — даже священное золото недостойно украшать твоей кожи и твоего тела, когда я впервые буду с тобой, ибо ты самое совершенное создание Задумавшей этот мир! На тебе не должно быть ничего!