Восхитительный

Блэк Шайла

Может быть, Тайлер был прав, ничего не случилось бы с ней, если бы он не появился в ее жизни. Видит Бог, он не видел дальше ее внешности, не понимал ее, пока не стало слишком поздно.

– Здесь есть члены семьи?
– деловым тоном спросил доктор, оглядываясь по сторонам.

– Нет,- ответил Тайлер.

– У нее нет семьи. Я привез ее —

– Мы привезли ее сюда, - перебил Люк и подошел к врачу.

Тайлер бросил на него тяжелый взгляд, а потом кивнул.

– Мы привезли ее сюда.

Сэйди, Джек, и

Дик тоже подошли. Доктор едва взглянул на короткое шелковое платьице стриптизерши и яркий макияж.

– У госпожи Деверо легкое сотрясение мозга, множественные ушибы, переломы двух ребер и перелом запястья.

С каждым словом врача Люку хотелось побить Питера снова и снова. Как получилось, что богатый мальчишка мог думать, что он имеет право сделать больно Алиссе?

Все же Люк спрашивал себя, а чем он отличается от Питера. Он не причинил ей физической боли, но он смотрел на нее так, как будто человек ее профессии не может иметь сердца, никаких чувств. Он растоптал ее чувства. Как Питер ее тело. Он чувствовал себя чертовски мерзко.

– Она была в шоке в машине скорой помощи, - продолжал врач.

– Но ее состояние стабилизировалось. Жизни ничего не угрожает. Она полностью восстановится со временем. Она сейчас спит. Мы хотим подержать ее под наблюдением эту ночь. Ей будет нужен постельный режим, на несколько дней, - после он заколебался.

– Она отказалась от освидетельствования на изнасилование.

– Что?

Они не смогут посадить Питера за решетку, если факт изнасилования не подтвердится.

– Она не может этого сделать, - вставил Тайлер.

Врач бросил взгляд в его сторону.

– Я пытался уговорить ее. В вагинальной области имеются характерные признаки проникновения и беглый осмотр обнаружил следы спермы.

Вот дерьмо! Люк прочистил горло.

– Мы занимались с ней сексом.

– У вас был незащищенный секс с жертвой?

Люк не смотрел на Тайлера, он знал, вышибала был готов ударить его.

Вместо этого он просто кивнул.

– Около десяти утра и снова около 23:30 сегодня вечером, как раз перед нападением.

– Это все усложняет. Если она не начнет говорить, я не могу сказать, было ли изнасилование.

Врач провел рукой по взъерошенным каштановым волосам.

– Если она изменит свое решение относительно освидетельствования, я полагаю, что полицейские захотят, чтобы вы оставили образец спермы, чтобы мы могли исключить вашу ДНК и найти следы подозреваемого.

Люк не колебался.

– Если она это сделает, я сделаю все возможное, чтобы помочь прижать этого ублюдка.

– Ну, у него есть свои травмы, в том числе перелом носа. Некоторое время он не сможет навредить кому-либо.

Люк не чувствовал радости. Сломанный нос? Это не остановит Питера и он снова приедет к Алиссе.. Только заключение за решеткой, на долгое время помогло бы. Все те записки, которые ублюдок оставил ей

ранее, перед нападением, надо надеяться, помогут упрятать его в тюрьму лет на десять - двадцать.

– Я могу ее увидеть? спросил Люк.

Врач послал ему извиняющийся взгляд.

– Мы дали ей успокоительное, и она спит. Она пока отказалась принимать посетителей.

Конечно. Она предпочитала страдать молча. И почему она не хочет его видеть?

Подавив боль, он повернулся к Тайлеру и Сэди.

– Пока она поправляется, вы можете присмотреть за клубом? Она будет переживать, если не будет знать, что все в порядке.

– Конечно, - сказала хорошенькая брюнетка.

Тайлер кивнул.

– Это часть моей работы.

– Я буду присматривать за “Bonheur” до среды. Она, вероятно, к этому времени поправится.

Он повернулся к Джеку.

– Ты можешь позаботиться о ее безопасности?

Кажун нахмурился.

– Ты так говоришь, как будто уходишь.

– Я оставляю ее в покое.

– Черта с два! Сейчас она нуждается в тебе.

Люк горько рассмеялся.

– Нет, я последнее, что ей нужно.

Он увидел брата Кимбер, идущего к ним с подносом, заполненным кофе.

– Спросите у него. Он скажет вам.

Похлопав кузена по спине, Люк повернулся и увидел как медсестра, оставила свой пост, чтобы помочь роженице. Он успел дойти до двери, прежде чем она захлопнулась и оказался в коридоре. Палаты первичного осмотра располагались вокруг стола дежурной сестры. На доске в центре комнаты были указаны номера палат и фамилии, находящихся в них пациентов. Найти палату Алиссы было очень легко. Он вошел туда.

Тонкая занавеска была задернута. Он видел ее силуэт, но не более того. Она не хочет его видеть, и он уважал ее желание, поэтому не стал отодвигать занавеску, как хотел. Чертовски тяжело. Люк хотел сам убедиться, что с ней все в порядке, она цела и невредима, но она ясна высказала свое желание.

Сейчас это его единственный шанс попрощаться.

Он слышал, как за занавеской работает насос, подающий кислород в легкие, сигналы мониторов. Капельница стояла у стены. Он сглотнул, желая увидеть ее, взять за руку…

Она не хотела иметь с ним ничего, и это причиняло чертовски сильную боль.

Желая, чтобы она не спала и услышала его, он вздохнул, от его дыхания зашевелились синие занавески.

– Я так чертовски сильно сожалею о многих вещах. Рядом с тобой я превращаюсь в кого-то, кого я не знаю. Как себя вести и ты была права, что прогнала меня.

Он схватил занавеску, заставляя себя держать ее на месте, не побежать к ее кровати и разбудить ее, взять ее на руки.

– Я сожалею, что мое поведение заставило тебя убежать от меня, прямо в лапы Питера. Очень жаль. Ты не знаешь, насколько я близок к тому, чтобы влюбиться в тебя. Очевидно, что для нас обоих будет лучше, если я уйду.