Восхитительный
Шрифт:
В этот как раз, как и в предыдущий, Люк использовал этот как стимул, продолжать дарить ей окончательное удовольствие.
Утреннее солнце проникало сквозь прозрачные шторы на паркетный пол.
Задыхаясь от хриплого дыхания, Люк снова скользнул вверх в горячую киски Алиссы, когда она двигалась на нем сверху. Она застонала и прижалась к нему, ее ногти царапали его грудь. Находясь над ним, она была похожа на чувственную нимфу, созревшую, поразительную, созданную для удовольствия. Она давно разрушила его сдержанность и благие намерения. Опять же он потерял всякий контроль, и когда
Ее взъерошенные светлые волосы качались возле нее, некоторые кончики цеплялись за талию. Волосы покороче, что возле лица, флиртовали с ее напряженными сосками, которыми он все еще не мог достаточно насладиться. Даже сейчас они будто подавали знак.
Обвив вокруг нее руки, он прижал ее к себе, затем притянул ладонью затылок. Другая рука удерживала ее поясницу, заставляя прогнуться. Да… Вот так. Он снова взял языком манящий маленький сосок, его зубы сдавили его ровно настолько, чтобы ужалить. Она зашипела, затем сжала его член.
– Кончи снова.
Он требовал ее удовольствия всю ночь, и она отдавала его с полной энергией. И все равно этого было не достаточно. Теперь он снова должен был увидеть ее, разомкнутые от вожделения губы, когда заставит ее хныкать. Он жаждал почувствовать, как она сжимается на нем и услышать ее, кричащую его имя.
Она охрипла еще час назад, ее плоть набухла до такой степени, что каждый толчок давался с трудом. Люк довел ее до оргазма так много раз, что сбился со счета. Он падал с обрыва в огненную яму удовольствия три раза, каждый раз насыщая ее, упиваясь примитивным желанием пометить ее, что он оставлял без ответа. Необычное облегчение охватывало его каждый раз, когда он изливался внутри нее. Нет, он не мог сделать ее беременной, но будь он проклят, если он не будет насыщать ее в любом случае.
– Люк,- Алисса прорыдала его имя.
Триумф пронзил его, проследовав за безумным желанием отметить ее. Он снова лизнул один из ее сосков, затем другой. Ее киска менялась, стремительно нагреваясь. Тот факт, что она снова была почти готова, заставил его продолжить.
Он приблизил свой рот к ее губам, вынуждая их широко раскрыться под ним, и затонул в них, на сколько это возможно. Такты его поцелуя соответствовали ритмам его толчков, двигая их к разрядке настолько сильной, что, скорее всего, она опустошит их обоих.
Он продолжил это с отчаянной энергией. Его тело готово было сдаться, и он был в ярости. Он провёл часы, проникая в нее, но не вкусил ее крема своим языком, пока бы она не вскрикнула от капитуляции. Он также не разработал дорожку в эту узкую, идеальную попку. Завтра. Нет, позже сегодня. Он сделает то и другое. Но сегодня вечером, погрузившись в ее мокрую киску, он целеустремлённо трахал ее, наблюдая, как она кончает в руках.
– Кончи еще раз, сладкая. Для меня.
Он накрыл ее бедра, пока они полностью не прижались к нему, затем потер ее вверх и вниз своим членом, движениями стимулируя клитор. Алисса изгибалась вместе с ним, ее стоны превращались в хныканье, становились мольбой, затем…
– Лююююююк!
Она кричала его имя, как будто это было слово с двадцатью слогами,
Люк обнял ее крепче, схватившись за волосы, обвив рукой ее талию. О, черт возьми. Это поставит его на колени. Уничтожит его. Это росло и создавалось и приближалось, большое, как гора, мощный, как землетрясение.
– Алисса, - выдохнул он.
– О, Боже. Дерьмо. Я не могу … О-о, мой - слиться с ней всеми возможными способами; это стало его основным инстинктом.
Он бросился к ее губам, и целуя ее, нырнул в сладкое тепло. Его сокрушил оргазм. Пока всё в нём разбивалось вокруг его сердца, он сжал ее крепче, зарываясь лицом в ее шею, в то время как шторм бушевал у него внутри.
– Да! Лисс, да. .
Его сердцебиение гремело в ушах, и он чувствовал только ослепляющий экстаз. И Алиссу.
Несколько долгих минуты спустя, истощение накрыло его. Пришло осознание горькой действительности. Она все еще была стриптизершей, вероятно, у нее был и другой возлюбленный. Он все еще должен был найти подходящую жену. И он хотел ее больше, чем когда-либо хотел какую-либо женщину в своей жизни.
Он медленно поднял голову. Алисса гладила его волосы, пытаясь отдышаться.
– Посмотри на меня, - потребовал он.
Она закусила губу и посмотрела на него. Ее лицо покраснело от удовольствия. Его внутренности сжались, наркотические призывы уснуть прошли сквозь его вены.
– Что мы сделали?
Ее рот напрягся. Взгляд стал осторожным.
– Просто трахались.
Были ли они? В самом деле? Поскольку в течение долгих минут-часов-он забыл обо всех остальных женщинах этого мира. Он хотел схватить этот момент и никогда не отпускать.
Сигналы тревоги покинули его голову. Люк знал, что должен что-то сказать.
Прежде чем он смог, сделать хоть что-то еще, истощение накрыло его.
Глава 7
– Ты собираешься рассказать мне, что, черт возьми, произошло? рявкнул Тайлер.
Я влюбилась в кое-кого, кто не может полюбить меня в ответ.
Алисса вздрогнула при этой мысли. Задерживаясь на акте отодвигания жалюзи в Bonheur, чтобы впустить солнце полудня, она пыталась решить, что сказать.
Наконец, она повернулась к нему.
– Ничего.
Это была огромная ложь. Самая восхитительная приятная ночь в ее жизни, приниженная одним банальным словом. И если она еще не успела попасть в ад, ложь отправила бы ее туда.
Он приподнял свои рыжие брови.
– У теней под твоими глазами настолько большие сумки, что в них можно было бы упаковать вещи для поездки в Европу. Как только мы добрались до Сексуальных Сирен этим утром, ты закрылась в своей спальне. Я, черт, слышал, как ты плакала. Мне не нужно быть гением, чтобы понять, что, ты провела прошлую ночь, с этим подвыпившим неудачником, и возможно занималась с ним оральным сексом.