Вошь на гребешке
Шрифт:
– Не кричи.
– Не прячься!
Милена резко выдохнула, с сожалением тратя остатки добытого утром серебра на саму Маришку, на выправление её изрядно пошатнувшегося здоровья. Пребывание в больнице позволяло усвоить, как назывались бы болезни и как плох был бы по ним прогноз. Шипя от внезапного прилива злости, Милена развернулась и выскочила на улицу, подхватив на руки мальчика.
– Тебе не холодно?
– уточнила Маришка, догоняя и пристраиваясь рядом.
– Это тебе холодно. Зуб на зуб не попадает. Пройдет, всего лишь отдача от резкой выправки второго слоя тела, третий завтра пойдет в изменение,
– У вас это называется депрессия. Истерик тоже не исключаю. Поняла? Вот помни и старательно не порть себе настроение, оно у тебя хрупкое. Временно.
В знакомом холле главного здания было тихо и светло, плотно прикрытые двери ресторана и отсутствие вкусных запахов исключали сомнения: обеда тут не получить. Маришка смущенно подала свое пальто вышколенному портье и указала на широкую лестницу, шепотом уточнила про библиотеку и бар, названия Милена не разобрала. Она и не пыталась, вслушиваясь в иное и с подозрением поглядывала на дверь в глубине холла.
– Иди, я скоро, - велела она Маришке.
– Что-то случилось?
– Сейчас случится.
Конечно, Маришка никуда не пошла, но Мишку подтолкнула к первой ступеньке, и он восторженно засопел, хватаясь за узорные перила и норовя взобраться повыше. Портье унес пальто в недра своих владений и вернулся, очень по-человечески улыбнулся и протянул мальчику руку, предлагая помощь. Мишка замер ненадолго, потрясенный тем, что сегодня с ним играют все взрослые, даже такие важные. Руку малыш принял и целеустремленно изучил далекий, как вершина Эвереста, пол второго этажа - цель своего восхождения...
Без скрипа открылась опасная дверь, за которой воображение Маришки, вероятно, разместило дюжину кэччи с удостоверениями полиции в лапах. Первым кабинет покинул администратор, следом, с неподражаемым безразличием к гольф-клубу и всем его служащим, явилась Рита.
– ... и не обязана помнить номер, это вы должны были сразу уточнить, я все внятно пояснила, - говорила она, взглядом уничтожая управляющего.
– Можно подумать, в этой провинциальной дыре - аншлаг.
– Наши посетители вправе решать, кого им принимать, я пока не могу сообщить вам, готовы ли гостьи...
Рита собралась резко возразить, но заметила самих 'гостий' у лестницы и усмехнулась, отворачиваясь от собеседника. Следом за ней из кабинета вышел еще один человек, неловко поклонился - словно клюнул себя же подбородком по груди. Человек был худ, несколько всклокочен и до смешного несуразен. Протискиваясь в широкую дверь, он умудрился уронить ключи, которые крутил на пальце. Резко за ними нагнувшись, потерял сумку с плеча - она хлопнула по полу и заскользила в угол, прощально махнув недотепе длинным ремнем.
– Вы Милена, - Рита с ходу принялась за дело.
– Хорошо, что не пришлось искать. Хочу сразу исключить недоразумения: моя подруга, она врач, всегда говорила, что 'после того - не значит вследствие того'. Мы провели комплексную терапию, вложили в дело связи и огромные средства, мы неизбежно получили бы результат, раньше или позже. Нелепое совпадение не повод к опрометчивым выводам... Но я решила дать вам шанс. Моему старому приятелю, возможно, будет полезна ваша консультация, пусть и исполненная в деревенски-фольклерном стиле. Антураж не важен, а результат он опл...
– Миленочка, - шепотом испугалась Маришка.
– Ты, - зашипела Милена, отмахнувшись от подруги. Все же серебро свое дело сделало. Она замерла на полушаге, в немыслимой и неустойчивой позе. Тихонько вздохнула и пристроила на губах улыбку.
– Ладно, без жертв и унижений. Ты везучая сука, вот ты кто: Маришке вредно переживать. Но запомни, еще раз увижу - так поправлю личико, что самый толстый конверт и комплексная терапия не соберут из ошметков ничего, кроме морды. Ни после того, ни вследствие того.
– Миленочка, - снова вмешалась Маришка, для надежности обнимая подругу за руку и почти повисая на её плече.
– Меня правда знобит. Пойдем. Она хотела, как лучше, понимаешь? Отблагодарить, только она иначе не умеет. Её уже обманывали, а для детей можно простить и десять обманов, а она прощала всем, а ты вот... не обманула. Ну, пожалуйста, идем.
– Не придумывай за неё, ты умеешь принимать чужие ошибки, но не умеешь видеть настоящую вину, - вполне спокойно улыбнулась Милена, отворачиваясь и позволяя тащить себя к лестнице. Там, облокотившись на перила, она красиво поправила волосы и, искоса глянув на портье, заговорила опять, смягчая тон до мурлыканья.
– Все не так. Рита умная девочка, слишком умная. Она пришла, чтобы рассчитаться со мной чужими средствами. Чтобы заодно оказать ничего ей не стоящую услугу полезному человеку, даже, наверное, другу семьи. Рядом с ней есть еще люди, с которыми можно дружить. Но теперь я понимаю, почему Саша остановил машину ночью. К этой спешить? Да она же льдышка, во всех смыслах. Использует тех, кому сама же должна. А платит кто? Мальчики. Муж. Да кто угодно...
Рита двигалась вдоль стены, не пытаясь скрыть ужас и даже зажмурившись. Она помнила взгляд, болотно-зеленый и бездонный, как сама трясина. Она ощущала презрение. Материальное, жуткое, ледяной жижей льющееся в горло, готовое удушить по-настоящему. И Рита задыхалась от страха, порожденного тихим тоном, вроде бы ничуть не опасным.
– Ты обещала никого не бить, - напомнила Маришка.
– Пальцем не трогаю, - прошелестела Милена еще ласковее.
Рита юркнула в парадную дверь и зацокала каблуками все быстрее, не сдерживая всхлипы. Смешной худой человек изловил свою сумку, победно поддел за ремень и прижал к боку, словно та умела и желала брыкаться.
– Простите, я что-то пропустил, - близоруко щурясь, предположил он.
– И... и здесь есть сеть?
Милена указала портье на Маришку и жестом предложила проводить её, куда та попросит.
– Не ждите скоро, это может быть занятно.
Подойдя к долговязому ловцу сумок, Милена уставилась на него в упор, почти касаясь носом - кончика носа. Несчастная сумка снова сбежала...
– Не в уме(85), - проворковала Милена.
– Ну, еще бы, завис между духом и знанием, тут у вас плоскость, дотянуться мудрено. Чего же тебе надо?