Вошь на гребешке

Демченко Оксана Б.

Цель - настоящая. Цель не шаас. Тут засела тварь куда хуже.

Настоящий хозяин шааса и всей прочей свиты сидел в тепле маленького полуподвала и пил настойку на горных травах. Когда Черна, пригибаясь, сбежала по крутой лестнице в зал, он повел красиво очерченной бровью и тем ограничил демонстрацию удивления.

– Я дал тебе шааса. Неужели ангам теперь мало столь занятной игрушки? Как ты могла отказаться от красивого боя? И ради чего... Я не по зубам тебе, наглая девчонка. Сила должна ломать силу, большего ей, то есть тебе, не дано. Ваш Астэр был милейшим существом, мне сложно восполнить столь досадную утрату.

Но как только я закончу с тобой и получу силу, я приберу к рукам Тэру. С людьми работать просто. Всегда надо стравливать зверье и ставить на победителя. Тэра неподражаема.

– Болтаешь, - буркнула Черна, настороженно наблюдая врага.

Он выглядел человеком, потому что исподье в своем крайнем проявлении не сомневается: сила принадлежит не броне и когтям, а только мудрости и душе. Или - рассудку и бездушию...

– Но мне скучно, - поморщился враг.
– Стоило немалого труда втиснуться в их мирок, осваивая плоскость. Еще тяжелее было натянуть нить до вашего. Угасить зенитный луч. Выискать слабину и нащупать способ устранить тех из вас, кто прежде был нам наиболее опасен. Впереди глобальная работа: взрастить иерархию и распространить наши ценности в мироздании.

– Бахвалишься. Ты кому-то хозяин, а кому-то раб. Лишь часть дела, а не все дело. Слова и привычки плоскости. Врос?

– Я привык убеждать их, сейчас они - мои любимые оловянные солдатики, - враг улыбнулся и позволил глазам вспыхнуть рыжиной. В дополнение эффекта он чуть исказил облик намеком на клыки.

– Только не летай под потолком в смокинге, непрактично, - Черне припомнились слова Йена.

Враг рассмеялся, голос его сделался бархатист и вкрадчив. Черна поморщилась. На неё влияли. С ней уже во всю работали, предпочитая этот метод открытому бою.

– Бедняжка Тэра мерзнет, врастает в стык бытия и небыли, делается еще одним корнем Нитля. Это больно, глупо и бесполезно, - посетовал враг.
– Каюсь, я не того хотел. Но ты здесь. При должных инструкциях ты вернешься к себе и вырвешь её из беды. Разве не таков долг анга перед хозяйкой замка? Клятва требует действовать. Я дам средство. И живи, как жила. Тэра достойный враг. Ты - достойная её свита. Каждому свое место в иерархии. А уж свет ли, тьма ли - не суть.

– Болтаешь. Страшно? Ха... вууд у меня тот еще, долго продержит твоих, - пообещала Черна.
– Столько трепа не наплести.

– Вууд, - поморщился враг.
– Это дурно. Крупный?

– Вполне.

– С тобой его нет. Славно, - глаза блеснули красным.
– Знаешь, что дает победу подобным мне? Опыт и привычка к миру. Этот хорошо изучен. А вот тебе он - новый. Тебе здесь неловко. Ты слаба и неуклюжа.

Голос шуршал, оплетал паутиной сплошного яда. Двигаться в липкой паутине слов- проклятий делалось едва посильно. Черна рычала и ворочалась, сберегая остатки свободы. Враг сидел и гладил рюмку с настойкой по прозрачному скругленному боку. Он ничуть не устал, сплетая ловчую сеть. Он с каждым словом верил в успех все полнее и обоснованнее. Он навязал ангу беседу - то, что непосильно людям боя.

Промурлыкав еще несколько фраз, враг допил настойку, просмаковав каждый глоток. Он шевельнул ноздрями, обоняя аромат - финальное удовольствие, даруемое хорошим напитком.

Черна смотрела и ждала. Вперые ей довелось видеть исподника столь высокого ранга. Одного из тех, кому непосильно даже зимой

прорваться в Нитль - их сжигает закон зенитного света. Но здесь враг чувствует себя не просто уютно. Он тут в силе. А сегодня он вдобавок - победитель.

С виду - среднего роста человек с внешностью европейца, может быть немца, а может и англичанина, подправить от одного к другому не сложно. Ни клыков, ни брони. Из вещей - трость, портфель и шляпа. Никакого оружия.

Враг медленно, настороженно, шаг за шагом подобрался к Черне, заходя сбоку и стараясь не рисковать.

– Мне важна твоя хозяйка, мне скучно, и значит, я хотел бы заполучить достойного противника, - звучно и убедительно молвил он.
– Спаси её жизнь. Спаси её честь. Я научу. Ты готова?

– Да...

– Умная девочка, - свободнее улыбнулся враг.
– Смотри мне в глаза. Глубже. Глубже.

Палка в ладони Черны сделалсь горяча, даже пояудился запах думка. Палка с хрустом прорубила ребра врага и вышла из спины!

– Не надо советов. Я решаю сама, - едва слышно выдохнула Черна. Она сникла на колени, сложилась на полу так, что лоб пребольно стукнулся о доски.
– Чер... То есть чера. Мамы мои, вроде бы две, мы же чуть не вляпались. О чем вы думали? Неужто не могли...

Черна перестала бормотать, сглотнула тошноту и, цепляясь за стул, заставила непослушное тело двигаться. Важно вернуть себе пусть шаткое, но относительно устойчивое положение с опорой на две ноги и обе руки, упертые в стол. Важно осмотреться и собраться с мыслями.

Враг лежит на боку, неловко шевелится и медленно, по сантиметру, выдирает из себя палку. Корни жадно впиваются в плоть и сохнут, впиваются и сохнут - это ведь не шаас какой-нибудь. Надолго его не удержать ничем.

Черна примерилась, пнула тело и вогнала вторую палку в солнечное сплетение. Враг зашипел, дергаясь активнее: его ярость вскипела, ускоряя восстановление.

– Не по силам, - хрипло булькал окровавленный рот.
– Не по силам...

– Твой кэччи сказал: это ваш город, - усмехнулась Черна, нагибаясь над врагом.
– Ваил, гнилейший из гнилых, кто есть в исподье, я знаю: мне не по силам уничтожить тебя. Тело изрезать могу, это всего лишь тело. Но толку будет мало, знаю. Я не могу и меньшего, мне не выйти из боя и не позвать помощь. Ты отравил бессознание и я, может статься, уже втайне готова слушать тебя, но - позже, много позже. Пока я следую своему выбору, - Черна сглотнула тошноту и прикусила губу. Важно было не молчать и своими словами хоть немного разбавлять влияние чар ваила.
– Я думала, как быть, проведя учет свиты и оценив плотность складок. Я искала тебя, я не совсем наивна. Исходно знала: не смогу убить. Такова данность. Даже интересно. Решила: сделаю посильное. Ты влез в плоскость? Мир твой? Но и ты - его.

Широко и безумно улыбнувшись, Черна выдрала палку со свежими корнями из солнечного сплетения ваила и погрузила ладонь в его холодную темную кровь. Красивое лицо врага исказилось, ваил завизжал, вернув себе контроль над легкими. Он понял и сказанное, и то, что осталось в умолчании. Он испугался всерьез и потому стал быстр. Неуловимо стремительным движением выдрал из тела и вторую палку.

В горле ваила клокотала ярость, он рванулся, прорезавшиеся когти полоснули Черну по шее! Ваил дотянулся, уже почти убил... но когти прошли шею воительницы - насквозь!