Восемь ворот
Шрифт:
– Он так сказал? – спросила Лиза и, чтобы не показать подступивших к глазам слез, принялась сосредоточенно разглядывать ближайший рисунок. – Вы настоящий художник! Но откуда вы так много знаете о нашем мире?
– Я в нем родился, впрочем, как и многие другие, кто попадает сюда. Рисую, чтобы не забыть.
– Вы тоже… бежали за радугой?
– Не совсем. Мне было не до этого.
Лиза еще раз внимательно вгляделась в рисунки Петра. Один из пейзажей с маленькой, увенчанной куполом церковью ее особенно заинтересовал.
– Это
– Ты тоже оттуда?! – видимо, от большого волнения перейдя на «ты», воскликнул Петр. В его глазах вспыхнули и тут же погасли серебряные искры.
– Ну конечно! Из Подмосковья, а вы… то есть ты?
– Из Новгородской губернии…
– Ты, наверно, очень скучаешь, Петр. Почему же ты здесь? Почему не пытаешься вернуться?
– Долго объяснять, да и незачем.
Мальчик немного помолчал.
– Если хотите догнать вашего братца, нужно поторопиться. Думаю, он уже довольно далеко. Пойдемте, я вас немного провожу.
Опять «вы»… Странно, почему Петр к ней так обращается? В школе мальчишки его возраста обычно вообще не замечают девчонок из младших классов, но уж если обращаются, то чаще всего «эй, ты!». «Наверно, говорить «вы» было принято в то время, из которого он сюда попал», – догадалась девочка.
– Ваша семья, вероятно, увлекается верховой ездой? – поинтересовался Петр, когда они вышли из дома и направились в сторону, где апельсиново-оранжевый горизонт был едва заметного лимонного оттенка.
Лиза недоуменно подняла брови.
– Извините, – смутился Петр. – Просто вы одеты как мальчик… У вас с Антоном похожие форменные штаны, вот я и подумал…
– Ах это, – Лиза улыбнулась. – В наше время все носят джинсы, и мальчики, и девочки. Взрослые тоже. Это удобно…
– Да, пожалуй…
– Не пойму, как же Антошка успел так далеко убежать? И почему он меня не дождался? – с досадой спросила Лиза.
– Честно говоря, я сомневался в том, что вы отправились вслед за ним. Кроме того, маленьким детям в Оранжевом мире оставаться надолго нельзя. Да и вам я бы не советовал. Возможно, вы уже поняли, что здесь происходит что-то вроде раздвоения или даже «растроения» личности. В буквальном смысле! – Петр кивнул в сторону рыжих мальчишек, все еще махавших им издали руками.
– Ты тоже так умеешь?
– Поверьте, это случается здесь с каждым. Главное – уметь это контролировать. Маленькому ребенку такое не под силу. Мне и то пришлось долго учиться.
– Расскажи, пожалуйста, – попросила Лиза.
– Оранжевый мир – место, опасное именно этим, в остальном здесь тишь и благодать. Каждый, кто попадает сюда, рано или поздно начинает «делиться», стоит только разволноваться или начать в чем-то сомневаться, что, конечно же, случается с каждым. Поначалу это даже весело. С «двойниками» можно играть, беседовать и даже спорить. Они не всегда с тобой соглашаются. Главное, не ссориться и не расходиться. Если убежишь сам от себя дальше, чем на тридцать клеток, есть
– Что значит «не соберешься»?
– Незаметно для себя люди начинают терять память, перестают понимать, кто они и откуда, не помнят своего имени и прошлого. Именно это и случилось с рыжим мальчишкой.
– Это ужасно! – испуганно глядя на Петра, произнесла Лиза. – Как же тебе удалось остаться самим собой?
– Ну, в пятнадцать лет, к счастью, понимаешь гораздо больше, чем в шесть. Именно поэтому я взял вашего Антона за руку и привел прямо к Желтым воротам.
– Спасибо! Может быть, все-таки стоит попытаться вернуться? Неужели тебе нравится этот странный мир? – Лиза с надеждой посмотрела на Петра. В подростке чувствовалась сила, а Лизе так нужна была поддержка. «Он красивый», – вдруг подумала она и опустила глаза.
– Я уже привык. По крайней мере, здесь спокойно и никто никого не убивает.
Было похоже, что Петр чего-то недоговаривает.
«Кругом одни загадки», – с грустью подумала Лиза.
– Но ведь здесь так пустынно и, кажется, совершенно не с кем общаться.
– Это не совсем так. Дорога от ворот до ворот действительно безлюдна, местным жителям по ней ходить незачем. Но этот мир вполне обитаем. Есть у меня тут и хорошие знакомые… близких друзей, правда, нет.
Петр помолчал, а затем показал рукой вдаль.
– Вон, глядите… Видите те постройки? Это дома, примерно такие же, как у меня.
И правда, с левой стороны, вдали от дороги из апельсинового марева, едва заметно проступали очертания домишек. Оранжевые краски, как цвета заката, делали этот незамысловатый пейзаж по-вечернему сонным и умиротворенным.
– Ой, а что же будет с Антошкой, когда тут наступит ночь?
– Ночь? Здесь не бывает ни дня, ни ночи. В этом мире нет солнца, разве вы не заметили?
– И правда. Откуда же этот свет?
– Тут много светил местного значения, если можно так сказать. Что-то вроде подвешенных в небе фонарей. Сейчас они почти незаметны, но иногда хорошо видны и напоминают привычную нам луну.
– Все-таки я не понимаю, что в этой радужной стране происходит со временем! Ведь я бежала вслед за Антоном, как же я могла так отстать? Ты говоришь, что с тех пор, как ты отвел его к Желтым воротам, прошло много времени. Как много?
– Точно не знаю. Примерно день или даже два по земному времени.
– Не может быть! Какой ужас! – Лиза чуть не заплакала. – За это время с ним могло случиться все что угодно!
Они прибавили шаг.
– Ну вот, дальше можно не провожать, – сказал Петр. – Теперь, если будете идти все время прямо, никуда не сворачивая с этой линии плит, попадете прямо к воротам.
– Пожалуйста, обращайся ко мне на «ты», – попросила Лиза. – Хотя какая теперь разница, ведь мы больше не увидимся…
Впервые Петр улыбнулся.
– Хорошо, Лиза. Будь осторожна. Желаю тебе найти Антона и вернуться домой.