Ворожея против чародея

Чёрная Мстислава

В реальности, когда я вынырнула из мира грёз, капитан опускалась на одно колено. Женщина без колебаний обнажила ритуальный нож с коротким чуть изогнутым лезвием и полоснула себя по ладони. Порез получился глубоким, кровь потекла ручьём, и капитан заговорила безрадостно, но чётко:

— Я, Крадущаяся в Ночи, Лаина Завьял, клянусь, что отдаю полную власть над собой Крадущемуся в Ночи Райдету Царешу, — коротко и неотвратимо.

Кровь на её ладони вспенилась, почернела и впиталась в рану, порез затянулся, и напоминанием о случившемся

остался лишь багровый рубец, протянувшийся от основания большого пальца к мизинцу. Уверена, очень скоро рубец поблёкнет и пропадёт.

— Я принимаю тебя, Крадущаяся в Ночи Лаина Завьял.

Капитан прижала руку к сердцу, склонила голову ещё ниже, замерла на несколько долгих мгновений, а затем резко выдохнула и начала с трудом подниматься. Ну да, мало того, что во время обороны форта выложилась, так ещё и стакан крови потеряла. Почему-то ни мальчишка, ни Рай женщине не помогли, а я не рискнула вмешиваться. Вдруг помешаю клятве закрепиться или ещё что-нибудь в том же духе? Капитан отступила, прижалась спиной к стене. Выглядела она неважно, но никто, кроме меня, уже не обращал на неё внимания. Рай переключился на мальчишку и с нотками исследовательского интереса спросил:

— Мейс?

— Н-нет, я не могу.

Как я и думала. Бездна!

Капитан услало посмотрела на своего подопечного

— Адъютант, исполнять.

— Но…

Лично мне мальчишку было жаль. Наивный, светлый, несмотря на принадлежность к магам смерти.

— Мейс Добрыш, прежде, чем окончательно отказываться, подумайте о своей семье.

Мальчишка вспыхнул и открыл было рот, но Рай опередил:

— Нет, я не угрожаю ни вашей матери, ни сестре. Девочка на три года младше вас, если не ошибаюсь? Вспомните, зачем вы пошли на службу?

— Чтобы защитить их, — мальчишка сник, потух.

— Защитить от кого? — продолжал давить Рай.

— От Идущих за Солнцем, — голос адъютанта звучал всё тише.

— То есть от официальной власти?

Добрыш вдруг прищурился:

— Халс Цареш, вы даёте слово защищать мою семью, если я поклянусь вам в верности?

— Даю слово.

Мальчишка опустился на одно колено, вытащил обоюдоострый стилет. Распарывать им кожу он не стал, вместо этого сжал лезвие в кулаке. Потекла кровь. Мальчишка разжал руку и заговорил, чётко проговаривая каждое слово:

— Я, Крадущийся в Ночи, Бенс Добрыш, клянусь, что отдаю полную власть над собой Крадущемуся в Ночи Райдету Царешу.

Всё пошло по знакомому сценарию. Кровь вспенилась, стала чёрной и ушла под кожу, рана закрылась, и после неё остался рубец.

— Я принимаю тебя, Крадущийся в Ночи Бенс Добрыш.

Мальчишка повторил действия капитана: прижал руку к сердцу, постоял, уперевшись подбородком в грудь, поднялся.

— Что же, одной проблемой меньше. Капитан, мне нужна сводка по всем фортам. И да, тот факт, что вы принесли мне клятву верности должен оставаться тайной. Это приказ,

и вас, мейс, он тоже касается.

— Слушаюсь! — ответила капитан. — Добрыш, за мной.

Мальчишка застопорился, покосился на Рая, и муж раздражённо кивнул, подтверждая, что можно следовать за капитаном.

Я дождалась, когда мы с Раем останемся одни.

— Халси?

Хоть я и старалась себя не выдать, Рай почувствовал, что со мной что-то не так.

— Вы бы их убили, если бы они отказались?! — не хочу в такое верить, Рай не такой. Но ведь я своими глазами видела возможное будущее…

— Нет, разумеется. Халси, я некромант, а не бандит.

— Но я сама видела зелёный дым.

— Такой?

Густые тёмно-зелёные пары потекли от Рая ко мне.

Допрыгалась птичка.

Глава 18

Я задержала дыхание, но выгадала лишь несколько секунд. Густой запах щекотал ноздри. Я чихнула. Пары попали в лёгкие. Я непроизвольно вдохнула второй раз, а в следующий миг поняла, что лежу на твёрдой поверхности. Под рукой ткань, сверху тоже ткань. Кто-то заботливо укрыл меня плащом. Хотя почему кто-то? Кроме Рая некому. Я открыла глаза, попыталась встать.

— Куда, торопыга? — проворчал муж, удерживая меня за плечо.

Я вместо того, чтобы послушаться, подскочила. Откуда только силы взялись? И бросилась мужу на шею. Стиснула в объятиях, поцеловала. Я не особо разбиралась, куда. Получилось и в щёку, и в скулу, и в глаз. Он не убивал, не собирался! Оказывается, если бы капитан или её адъютант отказались принести клятву верности, Рай бы просто их усыпил! Что бы муж делал дальше, не знаю, но это и не важно. Важно, что он замечательный, самый лучший на свете, мой любимый, моя мечта.

— Пэфинс, сумасшедшая!

Рай попытался отстраниться, но я вцепилась намертво.

— Пэфинс…

Чуть успокоившись, я вдруг поняла, что мне больно. Рай вздохнул, помог мне сесть. Оказалось, мы были в комнате аскета, иначе и не назвать. Узкая деревянная койка, с которой я соскочила, тумбочка у изголовья, шкаф, табурет. Иной мебели не было. Судя по серым каменным стенам, мы всё ещё в форте. Казарма?

— Дай-ка, — Рай стянул с меня плащ, в который сам же закутывал.

Сразу стало прохладно. Я передёрнула плечами и с запозданием поняла, что под плащом на мне ничего, кроме белья, нет.

Эм, а где одежда? Почему под плащом у меня только нижнее бельё? И откуда на коже вспухшие ярко-красные полосы? Будто кнут прошёлся. Нет, не кнут. Били лопавшиеся при гибели големов нити. Рука распухла. Кажется, будут синяки. Пока я оценивала ущерб, Рай вытащил из тумбочки банку, свинтил крышку и зачерпнул желтоватую мазь.

— Сейчас ещё раз вотру, и станет лучше. Отёк точно снимет. Пэфинс, вот скажи мне, ты зачем отдачу ловила? Если погасить не получалось, то хоть бы в пол отразила!