Воронья стража
Шрифт:
Колоритные спутники моего друга, с длинным клоком волос, свисающим от макушки до уха, обряженные в странного вида рубахи и штаны столь широкие, что их можно было бы использовать в качестве паруса на рыбацком баркасе, в свою очередь поедали взглядами расфранченное общество, прикидывая в уме, сколько ж всего полезного можно накупить, продав, скажем, один только затканный переливчатыми каменьями жупан, одетый на Лисовском собеседнике. Насколько я мог видеть Рейли глазами напарника, свадебное возбуждение не добавило ему на щеки румянца. Да и плотно сжатые то ли в надменной усмешке, то ли в гримасе подавленного негодования губы весьма недвусмысленно давали понять, что сейчас творится на душе недавнего сорвиголовы.
– Так я не понял! – не слишком смущенный молчанием лорда-протектора, продолжал
– Грэнвилл! – резко повернулся назад Рейли, нарушая молчание. – Шевалье укажет вам, куда ехать. Ступайте привезите сюда маркизу Дорсет!
– Как это “ступайте”! – Лис возмущенно протянул блюдо Ближайшему из казаков, чтобы иметь возможность активно помогать себе в изъяснении мысли руками. – Это шо тут, частная благотворительность? Я ее пер, надрывался! Головоломная комбинация, полет ума над бездной суеверий! Парней вон напряг, а он – “приведи”. А награда, значится, тому, кто доставит?! Слышь, Грэнвилл, не суетись! – через плечо Рейли прикрикнул Лис. – Никто никуда не едет!
– Вы забываете, где находитесь, шевалье! – тоном, полным королевского величия, проговорил лже-Габсбург.
– Да ну?! – искренне всплеснул руками Рейнар. – Я шо, ошибся адресом? Это не Темза, это не Лондон? Ой, извините! А, простите, вы не подскажете, как тут в Англию пройти? Мне там один лорд-протектор сделку предлагал: королеву на ее содержание в золотом эквиваленте. У меня и бумажка о том имеется! – Сергей жестом фокусника выхватил из-за пазухи сложенный пополам листок, не так давно оставленный капитаном “Вепря Уэльса” в его покоях. – Смотрите все! Здесь все четко указано – и стоимость королевы, и просьба доставить ее пред грозные очи. Только, чиф, дурных нэма! Тебе нужна королева, мне нужно золото! Я понимаю, у тебя тут свадьба, накладные расходы, но потом же тебя не дозовешься, не допросишься! Мне ваши “Зайдите на недельке!” нужны, шо осьминогу маникюр! Королева здесь, неподалеку. Это без дураков! С ней мои люди. И заметь, я им еще монет в мошну не наметал, они ждут-ждут, но могут и разобидеться, драку на свадьбе устроить. Тебе это надо? Так шо примитивный натуральный обмен: я получаю золото, ты – Бэт Тюдор.
– Ты ставишь мне условия? – На мужественном лице Рейли в эту секунду не было ни малейшей доли тщательно натренированной царственной надменности. Перед Лисом стоял безжалостный корсар, готовый до последнего драться за вожделенную добычу. – Стража!
Грохот падающего блюда походил на звук гонга, объявляющего начало боксерской схватки. Обжаристые до корочки съедобные кораблики рушились на брусчатку, разлетаясь в куски и превращаясь в месиво под каблуками высоких казацких сапог.
“Стража!” наряду с “Взять их!” и еще несколькими словечками из того же лексикона были накрепко заучены сечевиками и, с легкой руки Лиса, вызывали у них единственную, но весьма четкую реакцию. Стволы абордажных пистолетов, до времени упрятанных за широкими кушаками, неприветливо уставились во все стороны, грозя выплюнуть смертельный заряд в ближайшего недруга.
– Чиф, забыл предупредить. У моих друзей так плохо с английским, как у вас будет плохо со здоровьем, ежели вы не бросите эти глупости! Милорд! Шо вы кочевряжитесь, как угорь на сковородке! Я же не прошу ничего сверх того, шо вы мне обещали! Я только хочу получить свой гонорар и унести ноги подобру-поздорову. Можете на меня обижаться и не есть того, шо я приготовил с такой любовью, – д’Орбиньяк, качая головой, поглядел на остатки “разгромленной армады”, – но продажа воздуха с открытых платформ по безналичному расчету меня не интересует! Золото в обмен на королеву! Все честно! Посылайте Грэнвилла за казначеем. Ежели не хватает монетами, так и быть, по старой дружбе возьму изделиями по весу – и едем за их величеством!
– Где она? – мрачно отрезал Рейли.
– Да тут по карте буквально рукой подать! – не смущаясь грозного самозванца, брякнул Лис. – Хозяин ласковый, у меня шо, с произношением проблемы? Я вижу деньги, и мы, ежели хочешь, со всей твоей королевской конницей и, опять же, королевской ратью отправляемся за робкою Дианой. Другие
Гул не то одобрения, не то возмущения, а всего вернее и того, и другого вместе, катился над папертью величественного собора, точно мраморный шар, ускользнувший из-под лапы оскалившегося каменного льва у дворцовых ворот. На горе церемониймейстеров, ночами не смыкавших глаз, чтобы сделать сегодняшнее венчание зрелищем незабываемо величественным, ритуал был окончательно и безнадежно скомкан. Охочая до зрелищ толпа, намеревавшаяся еще с утра тешить рассказами о королевской свадьбе всех тех, кто не смог узреть ее воочию, искренне радовалась неожиданной импровизации. Сотни оголтелых зевак, сбившихся в плотную людскую массу, лезли друг другу на плечи, желая увидеть и услышать побольше, самозабвенно ругались с городскими стражниками, обряженными в честь праздника в блестящие кирасы и надраенные каски кабасеты с плюмажами из петушиных перьев. Десятки карманников, пользуясь редкостным случаем, спешили пополнить личный бюджет, также добавляя ажиотажа в бурно участвующее во всех перипетиях разыгрывающейся драмы многолюдство.
Слух, быстрый, как ночной пожар, и такой же неудержимый, из дома в дом, из двора во двор, мчал по городу, выдергивая из-за закрытых дверей всех тех, кто по какой-либо причине не пожелал изъявлять верноподданническую радость по случаю благословенной женитьбы.
“Королева в Лондоне!” – передавалось из уст в уста, где шепотом, с печальным вздохом, а где и с радостью в полный голос.
“Рейли покупает Елизавету Тюдор у турок за все сокровища казны!” – толковали на окраинах. “Рейли продает Англию туркам! – округлив глаза, твердили в пригородах, хватаясь за дедовские копья и палаши. – Султан прислал ему Великую Армаду, груженную золотом!”
Боюсь и подумать, в каком виде этот слух докатился бы до предгорий Шотландии, но здесь и сейчас весь Лондон и вся его округа, все Лондонское графство от мала до велика вывалило на улицы в тщетной попытке уразуметь, что же все-таки происходит. Ах, как дорого дали бы все эти десятки тысяч горожан, чтобы своими глазами увидеть происходящее! Но где там! Поди рассмотри из “Дупла сороки” то, что толком не разберешь и с колокольни Святого Павла! И все же, покинув дома и лавки, народ стекался к собору, тараща глаза в тщетной попытке что-либо рассмотреть, не обращая внимания на мелкие неудобства вроде исчезновения кошелька или же помятые ребра.
– Проклятье! Чертов хвост! – невольно теряя обычное самообладание под взглядами толпы, слившимися в единый сверлящий немигающий взгляд, процедил Рейли. – Ладно! Золото будет здесь через сорок минут, от силы – час. Все, как я и обещал. Сложите оружие и ждите.
– Уолтер, какой ты хитрый, это что-то! – Лис почесал затылок вытащенным из-за голенища перначом. – Утри слезу, все будет по-другому. Мы будем стоять здесь, и ты будешь стоять здесь, пока не доставят бабло, в смысле, деньги.
Миссис Рейли, к вам я никаких претензий не имею. Вы можете вернуться в собор, послушать орган и попросить доброго Боженьку, шоб он надоумил вашего ненаглядного супруга и нашего старого приятеля Уолтера не выкидывать очередных фортелей. Иначе, мадам, вы скоропостижно переживете и этого мужа! Теперь, милорд, можете командовать Грэнвил-лу, шоб он брал стражу и поторопился с доставкой золота. – Лис сделал несколько шагов к Рейли, во время разговора неспешно отступавшего к воротам храма. – Уолли, я, конечно, понимаю, шо за колонной можно укрыться от пуль, но, поверь, я уже все просчитал, ты до нее не добежишь!
Глаза отчаянных храбрецов встретились, как пара запущенных с размаху клинков. Поднеси сейчас кто-либо электрическую лампочку – она бы загорелась ярким светом и лопнула от перенапряжения.
– И еще! – Рейнар неспешно поднял пернач на уровень груди лорда-протектора. – Зря ты картохи не попробовал… Я корячился, думал порадовать!
Хохот, которым разразился выряженный в шелка и бархат самозваный повелитель Британии, можно было принять за сумасшествие. Казалось, напряжение последних месяцев, точно перебродивший эль, вышибло дно бочки, ломая несгибаемого Уолтера Рейли пополам в неостановимом, неудержимом приступе истерического смеха.