Воронье

Нолль Ингрид

– А вы знаете, как зовут его друзей? – спросил Поль.

– Боже мой, они всегда приходили по вечерам, играли в карты. Симон среди них был точно, его я знаю с детства. И я почти уверена, что девушек с ними не было.

– Мы вам очень обязаны, – произнес Поль со всей теплотой, на которую только был способен, открывая перед ней дверь.

Поль вообще-то мог возвращаться в Мангейм, потому что толком не знал, куда теперь ехать. Судмедэксперт вряд ли работал по выходным, разве только в крайнем случае, так что едва ли можно надеяться,

что заключение будет готово до вторника. Может быть, следует поговорить с их домашним врачом? Но и у него сегодня выходной.

Не долго думая он решил поехать к доктору Хубачу домой. Ему открыла раздраженная женщина.

– Неужели в нашем доме никогда не будет покоя? Приходите в понедельник в клинику, у мужа была трудная неделя, и сейчас он дремлет перед телевизором.

Из глубины дома мужской голос спросил, кто это.

Поль представился, ведь доктор последний раз видел его лет двадцать назад, и его пригласили войти.

– Мне очень жаль вашего отца, – сказал врач. – Вчера я получил отчет из клиники, где он лежал. Как вы знаете, он был непростым пациентом, но мы, хоть и ссорились, всегда находили общий язык и старели вместе.

– Умерла моя мать, – сообщил Поль, решив не вдаваться в особенности характера отца.

Доктор Хубач был поражен.

Рассказав ему об обстоятельствах смерти, Пол ь спросил, не страдала ли его мать какими-нибудь наследственными заболеваниями.

– Знаете, – ответил доктор Хубач, – ваш отец давным-давно убедил себя, что вот-вот умрет, поэтому нам с вашей матушкой часто приходилось общаться. Приходила она ко мне и когда нужны были медицинские справки для вашего брата. Но такие услуги не входят в обязанности домашнего врача, и однажды я ей отказал. Может быть, она на меня обиделась.

Поль кивнул, смутно что-то припоминая.

– Видимо, из-за того, что в семье было двое таких проблемных пациентов, вашей матери, вероятно, даже мысль в голову не приходила обследоваться самой. По крайней мере моей пациенткой она не была, хотя я и давал ей направление к гинекологу и выписывал ей как-то рецепт на мазь. Насколько я помню, это была какая-то ерунда, а не серьезное лекарство.

– У матери мог случиться инфаркт? – задал вопрос Поль.

Врач ответил, что он не может сказать ничего определенного, потому что она никогда не жаловалась на сердце и не делала ЭКГ. Может быть, она обращалась к другому врачу?

Поль поблагодарил и попрощался.

Снова сев в машину, Поль почувствовал, что проголодался. Он за весь день съел сегодня всего один сухарь. Что теперь делать? Ехать домой или к Ольге? Второй вариант в свете сложившихся обстоятельств ему показался недостойным, и он решил, что в доме родителей найдется чем перекусить.

Поль часто злился, когда смотрел по телевизору детективы. Ему казалось, например, неправдоподобным, если подозреваемый, у которого не было алиби, уверял, что якобы бесцельно ездил по городу. «Ну кто так делает?» – думал он всегда. Сейчас он именно этим и занимался. Когда у него перед глазами мелькнула яркая вывеска «Дикий гусь», ему показалось, что это знак, поданный

ему его родителями. Папе так нравилась здешняя кухня, а мама скорее всего здесь познакомилась со своим любовником, и, возможно, именно тут Ахим будет встречать его однажды в качестве шеф-повара. Но разве брат не говорил ему, что «Дикий гусь» закрыт?

Поскольку ресторан был наполовину пуст, Поль сел за столик в небольшом эркере, где обычно бывало занято. Он долго изучал меню и никак не мог ни на что решиться. Хорошо ли он сделал, что пришел перекусить именно сюда? Мучимый совестью, он все же заказал самое дешевое блюдо. Хотя оно выглядело очень аппетитно, вкусовые рецепторы ему отказали, и ему казалось, что он глотает сено пополам с соломой.

– Вам понравилось? – спросила официантка, убирая тарелку.

– Нет, – ответил Поль без всякого желания пожаловаться или спровоцировать объяснения.

К сожалению, девушка сразу же позвала старшего метрдотеля.

– Вам у нас не понравилось? Что-то было не так? – спросил он. – Джина, принеси мне меню! Вы не хотели бы выбрать десерт за счет заведения?

Поль развернулся:

– Простите, это вовсе не ваша вина! Скорее мне помогла бы рюмка чего-нибудь крепкого.

Когда официантка принесла ему коньяк, Поль спросил, знает ли она Ахима Вильгельмса.

Девушка кивнула.

– Он часто бывает здесь? – продолжил Поль допрос.

– Разумеется, – недовольно ответила она, – и в отличие от вас он никогда не ворчит и не жалуется на еду. А вы из полиции?

В ноздре у нее был пирсинг, что Полю не понравилось, но в остальном он нашел девицу очень привлекательной. Он объяснил, что Ахим – его брат, что он рассказывал о ней и говорил, что она родом из Тессина.

Джина недоверчиво покачала головой. Это какая-то ошибка – она никогда не бывала в Швейцарии, и, кроме того, господин Вильгельмс ни разу не упоминал о том, что у него есть брат, да и Поль на него ничуть не похож.

По пути из ресторана Поль напряженно размышлял. Если Ахим действительно часто бывает в «Диком гусе», то должен был хорошо знать Хайко Зоммера. Но когда они в тот раз на кухне у матери застали его почти голым, Ахим был в таком же замешательстве, что и Поль, да и Хайко Зоммер ничем не выдал, что знаком с Ахимом. Что же касалось Джины – имя довольно редкое для Германии, – то могло ли быть чистым совпадением то, что ее зовут точно так же, как и подружку его брата? Слишком много вопросов, ответов на которые Поль не знал.

Поль посмотрел на часы, только оказавшись уже в доме родителей. Звонить Аннетте было еще не поздно. Он был благодарен жене за то, что в общем она вела себя корректно и не стала закатывать скандал.

– Привет, я сегодня не вернусь домой, но ты, наверное, это уже и так поняла. Есть ли известия от моего брата?

– Нет, – ответила Аннетта, – если бы он появился, я его тут же отправила бы в Майнц.

– Как там? Все плохо? – спросила, в свою очередь, Аннетта и в ту же секунду поняла, что выбрала не совсем подходящие к случаю слова.