Воронье
Шрифт:
Вернувшись в гараж, он нашел Трева.
— Слышь, — сказал он. — Спасибо, но я не могу занимать кровать мальчишки.
— Вот уж не проблема. Он может устроиться на диване.
— Говоря по правде, я прямо с ума схожу от этого пения. Но передай Шону, пусть он мне позвонит, хорошо?
Он спустился по дорожке, пока собравшиеся затянули «Эль-Шаддай», влез в свою машину и сунул в плеер диск «Гони быстро и закрой глаза», после чего начал очередной неторопливый круг по городу.
На Робби-Лейн жила Хейзел Мотс, ассистент директора в магазине «Фредерика Оптикал», где работала Пэтси. Шон чувствовал, что Пэтси
Эноху Эмери принадлежало заведение «Эмери Хелс» на Коммерс-Драйв. Он был «интересным местом», потому что его бизнес несколько раз упоминался на веб-сайте Митча. Для Ромео эта связь казалась неубедительной — но в любом случае офис был закрыт. Ну, естественно. И он на вечеринке.
Неоновые знаки вдоль 341-й трассы, ртутный свет уличных фонарей на бульваре, хриплые птичьи трели, когда он остановился на красный свет у Джи-стрит; все они как сговорились, чтобы Ромео чувствовал себя чертовски одиноким. Двигаясь по 17-й улице, он увидел ряд красных хвостовых огней, которые ждали поворота в проезд, который вел к острову Сент-Симон. Субботний вечер. Все едут на остров. Все, кроме Ромео. Он заправился у Эль-Чипо и двинулся дальше. Ему хотелось плакать. Хотелось разнести ударом кулака ветровое стекло. Гоняя по кругу, он пытался представить, как ты сможешь убить всех этих людей. «В чем ключ, откуда в человеке появляется это сумасшествие? Откуда у меня такое вдохновение?»
ШОН, высоко подпрыгивая, лихо танцевал со старой Нелл, и они вдвоем в голос орали «Роки Топ», и все могли видеть, что они влюблены друг в друга.
Затем Шон взял еще порцию скотча со льдом. И снова пошел танцевать с Нелл.
Тару он не приглашал танцевать, с ней было бы непросто. Все глазели бы на них.
Он взял еще порцию выпивки.
Тут появилась какая-то новая девушка. Как раз у костра. Высокая, крепко сложенная, и ее печальные глаза смотрели на него с большим интересом. У нее было странное украшение: по щеке спиралью вилась змейка. Он знал, кто это такая, потому что видел ее фотографию в «Моем мире». Клио. Лучшая подруга Тары.
Он протолкнулся к ней и поздоровался. Она искоса взглянула на него:
— Тот парень с ТВ?
— Ага. Ну и как я выглядел?
— Хочешь правду?
— Да.
— Ты был жутко попсовый.
— Вот как. И ты не видела света Божьей благодати, исходившего от меня?
— Я видела дешевого, как задница, позера, который был под наркотой.
— Какого рода наркотой?
— Не знаю, — сказала она. — А что у тебя было?
— А что ты любишь?
— Зависит от настроения, — сказала она. — Амитал? Тетрахлор? Демерол, если у меня серьезная депрессия. Вот как сегодня.
— Почему ты сегодня в депрессии?
Клио набрала воздуха в грудь и выдохнула.
— Моя лучшая подруга бросила меня.
— Почему она так поступила?
— Решила, что слишком хороша для меня.
— Нет, она так не думала, Клио.
— Откуда ты-то знаешь?
Он улыбнулся:
— Согни ладошку.
Он это сделала, и он положил ей на ладонь маленькую круглую пилюлю.
— Что это?
— Немного старого доброго декси. Станет чуть легче.
Он принес ей своего
ТАРА видела, как Клио флиртовала с Шоном, и у нее перехватило дыхание.
«Что бы я ни делала для ее спасения, становится только хуже. Потому что сейчас она думает, что я бросила ее. И теперь дико зла на меня. Она и так могла бы трахнуть Шона, но теперь обязательно это сделает — назло мне».
Она наблюдала за ними с другого конца помещения. Она видела, как Клио рассмеялась, и, хотя ее голос заглушался шумом в баре, она знала, как он звучит. Резкий, но веселый. В арсенале Тары тоже был такой. Если ты умно крутишь голову парню, то пускаешь в ход такой смех, чтобы сбить его с толку, — но смягчаешь ситуацию хихиканьем в конце. Она видела, как это работает у Клио. И по выражению лица Шона понимала — он смущен, но в то же время доволен. Он попался.
Именно в эту минуту к Таре подошла тетя Мириам и стала чирикать:
— О, дитя мое! Наконец-то пришли хорошие новости! Мы гордимся вами. Я убеждена, Бог в самом деле имел в виду вашу семью. Я думаю, что, когда Он так щедро одарил вашу семью, Он это сделал специально, не так ли? Такие вещи не падают с неба без причины… — И так далее и тому подобное, но Тара не слушала ее; все ее внимание было устремлено на Клио и Шона. Он бросил в ее сторону легкую плутовскую улыбку. Клио стояла на цыпочках и что-то говорила ему на ухо, что выглядело очень интимно. Он коснулся змейки у нее на щеке, дерзко проведя кончиками пальцев по ее кольцам.
Тара почувствовала, как у нее в груди что-то оборвалось.
Тонкий укол ревности.
«Это мойдемон из ада; оставь его в покое».
Эта мысль мелькнула и исчезла. Но Тара чувствовала, что яд продолжает отравлять ее, а тем временем тетя Мириам продолжала щебетать:
— Я хочу сказать, не думаешь ли ты, что этот парень Шон — ну просто чистый алмаз? Он в самом деле искренне предан тебе. Эта партия совершенно реальна. Я думаю, что он сущий подарок от Бога, и если ты хочешь знать, что я думаю…
РОМЕО понимал, что в трейлере его не встретят с распростертыми объятиями. Если остановиться рядом с ним, Винетта выйдет к нему с кухонным ножом в руках. Но он не собирался останавливаться. Он хотел, просто проехав мимо, заглянуть в окно, чтобы убедиться — Клод продолжает смотреть телешоу.
Но, подъехав, он увидел, что фургона Винетты нет на месте. Так что он подрулил, поднялся к дверям и постучал.
Постучал еще раз.
После чего толчком открыл дверь. Клод лежал на кровати. Одеяла на нем не было. Хотя Ромео ничего не спрашивал, тот проскрипел:
— Я чувствовал… великолепно. — Но глаза его смотрели куда-то в сторону, и в них было печальное выражение брошенной собаки; простыня, прикрывающая зад, была в пятнах темно-коричневого цвета, в воздухе стоял гнилостный запах.
— Где Винетта? — спросил Ромео.
Клод попытался пожать плечами.
Ромео подошел к бельевому комоду и нашел простыни, потертые, но чистые. В рукомойнике он смочил губку и наполнил эмалированный горшок теплой водой. После чего приступил к делу.