Воронье

Грин Джордж Доус

Но не сейчас. До Флориды оставалось меньше часа. «С жарой я как-то справлюсь, — подумал он. — Помогут воспоминания о мерзкой холодной весне в Огайо. По моим расчетам, до Флориды пятьдесят шесть минут. Если я переживу жару и скуку и мы будем держать восемьдесят одну милю в час, прикидываю, что будем во Флориде через пятьдесят пять минут и двадцать секунд».

Затем он заметил, что машину повело. Рулевая баранка слегка подрагивала, и машину тянуло вправо. Он понял, в чем дело. Правое переднее колесо немного спускало. Ромео еще раньше, прежде чем они снялись

с места, обратил на это внимание, но, скорее всего, потом просто забыл. Шон развернулся к следующему съезду. Там стояли четыре заправки, но ему нужно было подкачать воздух, так что он подъехал к одной из них и припарковался у воздушного шланга, висевшего на боковой стенке.

Когда он выключил двигатель, ему показалось, что окружающий мир продолжает нестись мимо него.

Клапан давления на шланге был неисправен, и он знал, что у Ромео его нет. Он зашел в магазинчик. Тот назывался «Магазин для любителей», но на самом деле представлял собой обыкновенную бакалейную лавку. Чипсы и сальса, банки с леденцами, подсвеченные бутылки с содовой у стены. Тут хотя бы было прохладно. И у девушки за стойкой под безрукавкой вырисовывались высокие красивые груди.

— Привет, — сказал он.

Она тоже сказала: «Привет». У нее был южный акцент, и она зажевывала концы слов. Он и раньше встречал девушек с Юга, но это была первая, которую он встретил наЮге. Беджик на груди сообщал, что ее зовут Черилл. Он провел языком по зубам, чтобы очистить их. Ему захотелось сказать что-то умное, но ничего не приходило в голову.

— У вас есть манометр? — спросил он. — Я должен проверить давление в шинах.

Она положила на прилавок изношенный манометр.

— Только не уезжайте с ним.

— Ни в коем случае.

Она одарила его теплой улыбкой.

Он вышел к своему «соколу» и присел на корточки у переднего колеса. Манометр показал, что давление составляло 28 фунтов на квадратный дюйм и было не таким уж низким. Он подкачал воздуха и перебрался к задним колесам, где давление составляло ровно 30 фунтов.

Дверца со стороны Ромео распахнулась, и он крикнул:

— В чем дело?

— Вроде водит.

— Где мы?

— В Джорджии.

— Гадство, как они только живут при такой жаре?

Отчего-то все же водило машину? Если дело было не в шинах, то, скорее всего, в центровке. Или, может быть, разболтались колеса. «Им бы лучше быть в порядке, — подумал Шон. — Я согласен разделить расходы на эту поездку, но не собираюсь выкладывать половину за долбаные новые колеса машины Ромео. Может, нам удастся проскочить и так. Только бы добраться до Ки-Уэста и там продать машину». (План был таков: нанять рыбацкую лодку, доплыть до Тринидада и никогда больше не возвращаться к этой тупой работе в «Техномире Дайтона». Тем не менее этот план не имел под собой надежного основания.)

Добравшись до четвертого колеса, он снова подумал о той продавщице: «По крайней мере, у нас есть повод пообщаться. Можно вернуться и сказать: „Шины были в порядке. И я думаю, что машина сама привезла меня сюда“.

Стоит ли начинать с этого? Нет, надо тонко и загадочно… Может, стоит объяснить, как землю опутывают силовые линии, и, когда они пересекаются, возникают воронки, которые действуют как огромные магниты? Значит, так. Но это может показаться ей слишком странным. Может, сказать: „Моя машина любит блондинок“? Господи. Да. Если я смогу произнести это, получится просто классно. А почему же не смогу? Я за тысячу миль от Пикуа, Огайо, и тут нет никого из старого мира, кто мог бы осудить меня, кроме Ромео, но его мнение можно не учитывать. Так почему же не накинуть рыцарский плащ и понести все, что мне придет в голову?»

Когда он возвращался в магазин, к нему подрулил автобус, один из тех, что обслуживают спутниковую телевизионную связь. Из Саванны. Он подъехал не за заправкой. Он медленно остановился сбоку, и Шон увидел, как из кабины выскочил водитель, а потом появился элегантный щеголь — наверно, он был репортером — и еще несколько человек. Они о чем-то посовещались. Шон подумал, что глупо стоять и глазеть на них. Он вошел внутрь.

Черилл больше не было за стойкой. Теперь за ней стояла какая-то азиатская девушка. Она оживленно болтала по мобильнику по-китайски или корейски. Шон протянул манометр, она взяла его, даже не посмотрев на Шона, и снова зачирикала по мобильнику.

Затем Шон увидел, что Черилл стоит у большой витрины, глядя на машину с телевидения. Она стояла спиной к нему. Он подошел к ней, думая, что вот сейчас-то и выскажется о блондинках. Но тут он увидел, что она тоже говорит по телефону и у нее очень возбужденный вид.

— Он вроде дружит с моим братом? — сказала она. — Они оба на третьем уровне? И он хвастается, что это егосемья выиграла.

Небольшая пауза. Затем она сказала:

— Да, но, Эшли, никто не знал, что это было в магазине! Об этом еще не сообщалось! И они все время покупали тут билеты.

Еще одна пауза.

— Нет, — сказала она. — У него копировальное заведение. Они вроде… они ходят в мою церковь. О, дерьмо. Ладно, завтра ты обо всем услышишь! — Черилл засмеялась. И тут она заметила присутствие Шона. — Подожди, — сказала она подруге. И, обратившись к Шону: — Вам помочь?

— Я вернул манометр, — сказал он.

— Что?

— Я хочу сказать, что дело было не в шинах. Оно было… ну, понимаете, в регулировке.

— Регулировке?

— Поэтому моя машина и притащила меня сюда.

— Вот как…

Она не имела представления, о чем он говорит, да это ее и не интересовало. Продолжая болтать по телефону, она повернулась, когда другая машина с телевидения въезжала на стоянку.

— О господи, тут еще одна! Из Джекса! Эшли, я должна идти. Мистер Ху! — позвала она. — Тут еще одна машина с ТВ.

— Позвони Кортни, — сказал ей восточный мужчина, — и скажи, чтобы она приходила! А тебе лучше найти Сару! Ты сможешь найти Сару?

Черилл отвернулась от витрины и удивилась, увидев, что Шон продолжает стоять здесь.