Ворон
Шрифт:
— Это не безопасно, — предупредил меня Станк.
— А безопасно провести два дня в седле и ни разу при этом не помыться?
Не обращая внимание на что-то ворчащих шаманов я стал раздеваться. Не безопасно, я с наслаждением зашел в озеро. Для кого-то может быть, но не для меня. Местные хищники чувствуют во мне какую-то неправильность вот и не нападают. А водичка здесь хорошая, я погрузился с головой. Точно хорошая, прозрачная как слеза. Даже скользящие вокруг меня силуэты местных рыб видны хорошо. Эх, сейчас бы сюда ружье для подводной охоты, то какую бы уху можно было бы сделать.
— Барб, пора, выходи, — крикнул мне мой
Так быстро? Я даже всласть поплавать не успел! Хрен с вами, я направился к берегу. Пляжный сезон закончен. Скоро наступит зима, а рядом с Гронлином таких озер нет. Дьявол, вытереться нечем, ничего, можно все одеть на мокрое тело. Чувствую, что серьезно заболеть я все равно не успею. Моя история подходит к концу. Я не я, если вот этот меч и есть моя миссия. Сейчас я его достану, потом появится Арагорн, похлопает меня по плечу и отправит обратно на Землю. Меня здесь почти ничего не держит. Егор, то есть Лабин, найдет себе новую игрушку из Снежных Крыс. А Олана… Что ж я ее честно предупредил, что могу исчезнуть в любой момент надолго или навсегда.
— Встань в центр звезды, — скомандовал Дир.
Встал, а теперь понаблюдаем за происходящим. Смешно немного. Дир что-то бормоча себе под нос, двигается вокруг звезды по часовой стрелке, а Станк сидит на земле с закрытыми глазами и явно подсматривает в своем духовном плане за действием своего злейшего конкурента. Мне что ли посмотреть? Я закрыл глаз и попытался выйти из тела. Не получается, меня явно что-то держит. А вот не очень-то и хотелось, я открыл глаза. Дир уже перестал устраивать забег по кругу и начал сосредоточенно посыпать углы, линии и знаки звезды разноцветными порошками. Сколько он на все это богатство травы перевел! О-го, а травки начала гореть и дым от них очень на запах приятный. Он что наркомана из меня хочет сделать, так не получится. Я себя могу излечить почти от всего на свете. Что-то долго Дир бегает, ну почему он как и я предпочитает вызывать духов и договариваться с ними? Брал бы пример со Станка. В костяном жезле шамана Снежных Крыс находятся как минимум полтора десятка плененных душ готовых в любой момент к работе. А вообще смешно бегает и бормочет мой любимый дядя, ему бы еще в бубен в руки и будет полное фольклорное соответствие.
— Все, Барб, можешь забирать меч судьбы.
Наконец-то, я покинул звезду и начал взбираться по дереву как дикий бибизьян. Вот знакомое дупло, я сунул в него руку. А вот и знакомая железка.
— Вот он, — я показал немногочисленным зрителям железку.
— Спускайся и положи его в центр звезды, — последовала очередная команда Дира.
Вот за что я так люблю своего дядю, я спрыгнул на место, так в том числе и за это. Положить меч, вроде правильно, я вышел из звезды. Сколько раз он мне капал на мозги, сколько раз он плешь мне проедал, как именно должен проводиться ритуал. Да я с первого раза все запомнил, гадский дядя всю дорогу говорить мог только об одном! Так ладно бы с другими, но не со мной же постоянно! Опять Дир стал окуривать меч своими благовониями. Сейчас точно кто-то пожарных вызовет, весь лесочек уже наверняка провонял.
— Барб, возьми меч и дай его мне. Не перепутай: правая рука держит за эфес, а левая за лезвие.
Вот и я о чем, я нагнулся и поднял железяку. Он меня наверняка дауном считает.
— Я бы так не спешил, Барб.
Явление божка народу.
— Что-то ты рано по моим расчетам появился, Арагорн, терпения
— Барб, это он? — напряженно спросил Дир.
А кто же еще? Я скользнул взглядом по аничам. Дир и Станк стоят впереди, их фланги и тыл закрывают мои двоюродные братья. Все напряжены и это еще мягко сказано. Достаточно даже треска под подошвой маленькой веточки, как все горцы бросятся в боя. А я что рыжий, меч провернулся в моей руке.
— Он, дядя, — сказал я закрытым глазам Дира.
— А почему не спешить, Арагорнчик? Что тебе не нравится?
— Все не нравится. Твое поведение в первую очередь. А во вторую ты должен отдать этот меч мне.
— Я никому ничего не должен, божек.
— Смелый стал? В прошлую нашу встречу, ты был ниже травы и тише воды, Барб.
— Умным стал, Арагорн, было у меня время пораскинуть мозгами. Ты закинул меня сюда не спрашивая моего разрешения. А вот когда я тебе понадобился в мире тумана, то ты пошел на хитрость, украл меня как кавказскую пленницу, а не просто выдернул за шкирку как котенка. О чем это может говорить? Кстати, по моей информации всякие божки тут не смеют резвиться, особенно в Полуденных горах. Мать это не очень любит.
— Так где ты и где она. Хватит разговоров, отдай мне меч, и я выполню свою часть нашего договора.
— Арагорн, я не буду спрашивать, зачем тебе эта железяка. Мне это безразлично. А вот то, что ты называешь договором между мной и тобой наводит на определенные мысли. Никакой это не договор, больше подходит слово ультиматум.
— Хватит с меня, отдай меч или умри. Мать тебя не защитит.
— Ты так думаешь? — на поляне возникло слабое свечение.
— Вот даже как? — физиономия Арагорна скривилась.
— Так, я не могу оставить без внимания зов о помощи одного из моих детей.
— И ты всегда вмешиваешься? — язвительно поинтересовался божок.
— Нет, только когда сущности наподобие тебя пытаются им угрожать.
— Хорошо, я не буду принуждать к чему-либо Барба. Он сам сделает свой выбор. Я просто с ним поговорю, ты согласна?
— Да, — ответила Мать и исчезла.
— Ты смог призвать Мать?! — Станк ошеломленно смотрел на Дира. — Ты вот так просто сделал это?
— Не просто, а очень тяжело, — буркнул Дир. — Ты посчитай расстояние от этой точки до подножия Матери.
— Я посчитал и поэтому тебя спросил!
— Что орешь, завидно? Так нужно не по всему Ерсаулу мотаться ради заказов, а делом заниматься.
— Ах ты старый падальщик, клан Снежных Крыс один из самых богатых!
— А клан Воронов, крыса ты помойная, самый сильный!
— Что б тебе всю жизнь трупами питаться, и молчал о своих способностях и силе?!
— А зачем мне говорить об этом, любитель помета, чтобы всякие жалкие неудачники вроде тебя завидовали и вставляли воронам палки в колеса?
— Что, да я…
— Вам не мешает мое присутствие? — спросил Арагорн у выясняющих между собой отношения двух почти разумных людей. — Если мешает, я продолжу свой разговор с Барбом, а вы можете предаться ругани после моего ухода. Барб, — Арагорн повернулся ко мне, — если ты не отдашь мне меч, то прольется много крови. Я могу это остановить.
— Не интересует, этот меч забытого бога нужен аничам.
— И они будут использовать его колки орехов. Пойми эти жалкие шаманы не смогут понять даже десятой части того, на что способен этот клинок.