Ворон. Осколки нас
Шрифт:
— Оплати себе лучше психиатра-нарколога, — сухо парировал собеседник.
Заскрежетал зубами. Думал, эмаль сотрется, с такой силой стиснул челюсти, однако нашел в себе силы подняться, заканчивая этот тупой базар.
Я остановился около стены, наблюдая за жалкими кривляньями недостриптизера Павлуши. Тупая псина. Провокатор херов. Явно нарывался. Весь вечер чувствовал на себе его ублюдский насмешливый взгляд. К слову, наша «тихоня» Лебедева уже вовсю потешалась над клоуном с голым задом, размахивающим своим хером. Сучка.
— Добивать-то
Промолчал, глядя на то, как Левицкий, натянув на задницу полные трусы бабла, схватился за причинное место, вновь направляясь к нашей небезызвестной «тихоне». Алина приветствовала его смущенной лыбой. Что-то мне подсказывало — и эта крепость скоро падет…
Тьфу. Бл*. Меня аж затрясло.
— И долго ты будешь оставаться сторонним наблюдателем? — никак не мог угомониться Артем.
Ему-то что?
Закусив внутреннюю сторону щеки, я отделался лишь демонстрацией среднего пальца. К сожалению или к счастью, мы не были настолько близки, чтобы обсуждать друг с другом неудачный любовный опыт.
Сомневаюсь, что у Артема вообще таковой имеется. Пожелал ему сгореть в подобном аду заживо. Заплатил бы любые деньги, лишь бы увидеть, как нежные женские ручки скручивают этот кусок гранита в бараний рог.
— А может мне забрать девчонку себе? М?
Ну, вот и финиш.
Три… два… Отчет пошел.
Очнулся, когда, схватив брата за рубашку, хорошенько приложил того спиной об стену… Однако моя «кондиция» не располагала к молниеносному чемпионскому нокауту. Не сегодня.
У Темыча не только тяжелый характер, но и рука. Увы, в том состоянии, в котором я находился, справиться с ним было непросто. На короткий миг посетила мысль вырубить его стулом, но, к счастью, она также быстро вылетела из моей дурной головы, как и залетела туда.
К этой минуте накрыло уже знатно. Поэтому Артем все-таки перехватил инициативу, «помогая» мне покинуть банкетный зал. И в общем-то я на него не в обиде… Это один из тех случаев, когда, чтобы понять, что ты не прав, надо получить по морде.
Ну, а дальше словно падала глухая завеса.
Мои воспоминания после определенного момента вчерашнего вечера практически стерлись. Как пустые места на пленке. Только отдельные кадры. До кабинета своего я так и не дошел… Кажется, по пути зарулил в ту самую подсобку.
И вот тут вообще интересно…
Какие-то рваные обрывки… фразы… слова… ощущения… запахи… еще и песня Носкова на репите играла в башке… И Лебедева. Кругом одна Лебедева. Алина. Мое сокровище. МОЁ ВСЁ. Ха-ха.
Похоже, эффект от колес все-таки был… И не малый. Раз меня так коротнуло… Бойтесь своих желаний. Я бы перефразировал… Бойтесь своих темных фантазий, ведь однажды вы можете оказаться в одной из них…
Оживив сдохший яблочный гаджет, я уставился на десятки нон-стопом вплывающих уведомлений. Батя звонил один раз. У него сейчас совсем рано — перезвоню попозже. Артем — три раза. Каро — шесть. Лиза — двенадцать.
Двенадцать
Снова выключил мобильник. Не хотелось никого слышать. Не сейчас.
Включив зажигание, я, наконец, собрался решить свою логистическую проблему, и, вырулив с парковки, поехал домой. Хотя съемную квартиру в элитном комплексе, где жил последние два года, с большой натяжкой можно было назвать моим домом. И возвращаться туда особо не тянуло.
Открыв дверь своим ключом, я остановился на пороге, сталкиваясь с внимательным обиженным взглядом из-под подрагивающих ресниц.
Лиза. В чересчур откровенном для домашней одежды платье. С безупречным макияжем. Даже волосы уложила как-то по-новому. Явно готовилась, чтобы встретить меня при полном параде.
— Кирюш, тебе не кажется, что нам пора поговорить? — нервно заламывая руки.
Я ухмыльнулся.
Елизавета, наконец, сподобилась на разговор… Реально забавно, особенно, если учесть, что я несколько дней не ночевал дома. А она продолжала терпеливо хавать это дерьмо.
И вот тут не проканают сказки про великую силу терпения и любви.
Не случилось у нас с ней любви, как бы она не старалась мне угодить. Но любовь — это ведь не про старания? Верно? Любовь чувство собственническое… Когда любишь, то порвать готов за любимого человека. Даже если он этого и не стоит.
— Ну, давай, поговорим…
Глава 16
И снова эта театральная пауза. Как же задолбало.
Разумеется, Елизавета, начитавшись умных книжек, упорно молчала, боясь ляпнуть лишнего. Наверняка, она рассчитывала, что я начну каяться, просить прощения или что-нибудь в этом роде.
А у меня как отрезало. За*бался.
Не то. Все не то. Суррогат. Галимый суррогат… Окончательно осознал, уж лучше одному, чем постоянно контролировать свою речь в койке…
— Ничего не хочешь мне сказать? — обиженно дула губы.
— Ничего, кроме очевидного, — подавил зевок.
Мудак конченый. Но ни черта не мог с собой поделать: все ждал, когда в ней проснется хоть капля самоуважения.
И вроде привлекательная девка: фигура, лицо — все при ней. До определенного момента мне даже казалось — с мозгами. По крайней мере, младшим дизайнером в одно из подразделений нашей компании она устроилась сама, без блата.
Попытался вспомнить момент нашей первой встречи, да так и не смог.
Это не было чем-то крышесносным. Напротив, я долго к ней приглядывался, хоть и считывал явные невербальные сигналы, направленные в мою сторону. Мы часто пересекались в офисе, иногда продолжали обсуждение рабочих моментов за обедом, время от времени засиживались по вечерам…
Определенно, Лиза не походила на девиц, с которыми я коротал досуг, поэтому какое-то время и тормозил, понимая, что она не та, с кем можно снять напряжение, а потом отправить на такси восвояси. Тем более, совместная работа не хило так всё усложняла.