Вор
Шрифт:
Мы пытались завести ребенка, но у Оливии дважды был выкидыш. Когда ей исполнилось тридцать пять, у неё диагностировали рак яичников, и их пришлось удалить. Целый год она не могла прийти в себя. Ради неё я стараюсь быть сильным. Но в тот момент я боялся отдать её не Ною, не Тернеру, не ей самой, а раку. Рак был врагом, и мне не хотелось так просто сдаваться. Чаще всего я просто молил Бога, чтобы он оставил её в живых и исцелил. Вот о чем я просил его — забрать рак, как будто мне было пять лет, а в моем шкафу прятался бугимен (Прим.:
Я так хотел дать ей ребенка. Иногда, когда она допоздна засиживается в офисе, я сижу в комнате, которая должна была стать детской, и думаю о прошлом. Это бессмысленная пытка, но полагаю, такова моя расплата за то, что я глупый, избалованный парень. Оливии не нравится, когда я так думаю. Она говорит, что мои мысли слишком глубокие, и они её огорчают. Вероятно, она права. Мне ненавистна мысль, что она может заметить то, что вижу я: если бы мы поступали правильно, если бы я боролся изо всех сил, а она не сопротивлялась так упорно, мы были бы вместе гораздо раньше. И успели бы завести детей прежде, чем стало слишком поздно. Но мы этого не сделали, и нас обоих это немного сломило.
Я пришел к выводу, что в нашей жизни нет никаких установленных правил. Ты делаешь то, что должен, чтобы выжить. Если это означает убежать от любви всей своей жизни, чтобы сохранить своё психическое здоровье, ты делаешь это. Если это означает разбить чужое сердце, чтобы сохранить в целости собственное, ты делаешь это. Жизнь сложная штука, слишком сложная, чтобы существовали какие-то абсолютные истины. Все мы в какой-то мере сломлены. Подними человека, потряси его и услышишь, как звенит множество мелких разбитых кусочков. Осколков, которые образовались из-за наших отцов, матерей, друзей, незнакомцев, любви. В Оливии теперь они звенят не так громко. По её словам, любовь — это инструмент, данный Богом. Она
Лия ещё раз вышла замуж и родила ребенка. К счастью, это мальчик. Когда Эстелле исполнилось девять, она переехала к нам. Несмотря на статус «мачеха», Эстелла любит Оливию. У них похожее чувство юмора, и я частенько становлюсь объектом их шуток. Иногда, возвращаясь вечером домой, я застаю их сидящими рядом на диване, закинув ноги на кофейный столик и открыв ноутбуки, они следят за парнями. Оливия говорит, что хотела бы иметь страницу на Фэйсбуке, когда мы были молодыми. Она напоминает об этом каждый день. Не уверен, кто больше удивлен их близкими отношениями: я или Лия.
Лия всё ещё ненавидит Оливию. Оливия благодарна, что Лия отдала нам Эстеллу. К счастью, Эстелла похожа на мать только рыжими волосами. В нашей семье даже есть шутка, что у всех волосы разного цвета. Цвет воронова крыла, рыжий и светлый. Мы странно выглядим на публике.
Мы растим по-настоящему прекрасную маленькую душу. Она хочет стать писателем и однажды рассказать нашу историю. С нами всё будет нормально. Вот что происходит с людьми, предназначенными друг для друга. Вы просто работаете над этим, пока всё не становится нормальным.
Мы занимаемся любовью каждый день, несмотря ни на что. Она — единственная женщина, которая с каждым годом становится ещё прекраснее. И я смотрю только на неё.
КОНЕЦ КНИГИ
ВНИМАНИЕ!
Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!