Вор
Шрифт:
— Смотри, здесь записка, — говорит Джул, вытягивая клочок бумаги между
подушкой и ободком.
Она разворачивает ее, и мы впиваемся взглядами в извилистый почерк.
Беатрикс,
Я починил его, как видишь. Ты сказала, что я смогу, и я сделал это. Я дарю тебе
это творение, и считаю мой долг оплаченным. Конструкция улучшена. Теперь это зеркало
полезно
обнаружить кого-угодно, где бы он ни был.
После всего, что ты узнала, вероятно, ты не захочешь меня видеть.
Но если что…
Сорен.
— Хорошо, — говорю я. — Мне кажется, или этот парень действительно запал на
твою бабушку?
Я смотрю на Джул, ожидая, что она смутиться, но она ужасно побледнела,
продолжая смотреть на листок.
— В смысле, это гадко, или наподобие того
В дверном проеме мелькает тень, я оглядываюсь, ожидая увидеть Дестина.
— Чувак, где ты…
Но это не мой лучший друг. Это Мередит, так называемая Эндер.
Высокая татуированная женщина лениво склоняется к дверному косяку, в ее руке
зажата бутылка. Она моргает, словно не уверена, что мы здесь, и делает последний глоток
из бутылки. Видимо, удостоверившись, что мы реальны, она подозрительно нас
осматривает.
В этот раз я действительно хорошо ее рассмотрел. Красные татуировки в виде огня
охватывают ее горло и спускаются вниз по руке. У нее широкое лицо, серые глаза,
которые кажутся огромными. Она одного роста с Джул, но не настолько стройна. На ней
рубашка без рукавов и коричневые кожаные штаны.
Указывая на нас пальцем, она говорит:
— Вы не должны быть здесь.
Она бросает бутылку в стену, об которую та разбивается, и начинает надвигаться на
нас. Мы оба делаем шаг назад, слыша, как громко скрипит пол. Древесина под нами
изгибается и проваливается. Что-то в моем желудке обрывается, когда мы начинаем
падать. Затем я чувствую сильный рывок, рука почти выходит из сустава. Женщина крепко
держит за руку меня и Джул, которая в шоке смотрит на нее. Поджигательница спасла нас?
— Именно поэтому вас не должно быть здесь, — говорит она, посмеиваясь. — Вы
ведь знаете, что эта крысиная яма под запретом, ведь так?
Я чувствую, как мое запястье начинает жечь.
— Ой, ой, ой, — повизгиваю я, почти желая, чтобы она меня отпустила, хотя я и не
могу видеть, что в темноте подо
— Незначительные ожоги или быстрая смерть, твой выбор. Не веди себя как
женщина, и помоги себе, — невнятно произносит Мередит. — У меня ведь нет суперсилы,
чтобы держать вас.
Вздрагивая, я подтягиваюсь свободной рукой и хватаюсь за пол. Я поднимаюсь,
чтобы помочь Джул, но Мередит уже вытащила ее.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, когда она поднимается на ноги. Но Джул
продолжает ошеломленно смотреть на ожог в форме ладоней на моем запястье. Ее руки
чисты.
Мередит этим заинтересована, она пытливо вглядывается в Джул.
— Что-то новенькое, — говорит она, проводя пальцем по подбородку Джул.
Я беру Джул за руку и оттаскиваю ее подальше. Ее пальцы дрожат всё сильнее. Мы
отходим до стены.
Мередит рассматривает, кажется, каждую черту Джул.
— Ты мне кажешься знакомой. Это ты? Несколько оттенков слишком красивы для
волка, как по мне. Но что я знаю?
Она смеется шутке, понятной лишь ей. Она хватает Джул за руку, всё еще широко
улыбаясь.
Я слышу вопль, и в следующее мгновение хвостатая тень скользит со стропил и
запутывается в волосах Мередит. Бесенок оставляет длинные царапины на ее лице. Она
крутится и размахивает руками, пытаясь освободиться от него, при этом из ее уст льется
длинная насыщенная ненормативная речь, некоторые слова из которой на языках, которые
я никогда не слышал. Она спотыкается, теряя равновесие, и падает в пропасть. Бес же
отрывается от нее и приземляется на края воронки.
Он мигает своими большими желтыми глаза, выглядя весьма самодовольным. Всё
еще не отойдя от шока, я осторожно придвигаюсь к краю пропасти, чтобы заглянуть в
неё. Слабое освещение исходит из пропасти, которая кажется размером в два этажа.
Своего рода пещера под этим местом? Не удивительно, что лесопилка под запретом.
В желтоватом свечении я могу разобрать очертания тела Мередит, насаженного на
сталагмит, известковый булыжник проходит сквозь ее грудь. Она стонет, приподняв голову,
осматривая свои раны.
— Сукин сын, — ругается она раздраженным голосом.
В этом момент я замечаю, что свечение исходит от ее ран. Магма сочится из ран в
ее груди, расплавляя булыжник. Она со стоном и шипением отбрасывает камень.
— Это была моя последняя рубашка! — кричит она, указывая на рваную ткань в
области груди, раны на которой уже затягиваются.
Святое. Дерьмо.
Я оборачиваюсь на Джул.
— Нужно сделать перерыв, — говорю я ей.
Она отчаянно кивает и подхватывает упавшую бархатную коробочку.