Вор Города. Невольник

Егоров Алексей

Вор на минуту проникся уважением к охотнику, способному так организовать облаву. Всего лишь на минуту, дольше просто разум не был в состоянии работать.

Повторялось и ранение, нанесенное Фернасом. Пусть тело вора и не было повреждено пулями, но плохо сросшиеся ребра болели, разбитое лицо — тоже, усталость усыпляла.

Если бы в тоннеле не запахло таким приятным, счастливым и вселяющим надежду для беглеца запахом, вор просто упал бы на каменный пол и дождался преследователей. Канализация пахла сладостнее амброзии. Галент остановился,

принюхался, но чувство его не обмануло — дерьмо! Человеческое дерьмицо! Оно самое, тепленькое, смешанное с водой!

Галент чуть не расплакался от счастья, но выматериться он выматерился, и полетел вперед! Так даже голодные не бегут к бесплатному столу.

Несколько поворотов, прыжок в метровую яму и еще два коридора, и Галент уперся носом в огромную решетку, закрывающую вход в коллектор. Решетка была старой, прутья толщиной с член кита — в Гончарне Галент видел эту штуковину, когда рыбаки вернулись с уловом, — расстояние между прутьями невелико.

— Да чтоб вам провалиться! — заорал Галент и в сердцах пнул по решетке.

— Что шумишь? — раздался знакомый голос из темноты за решеткой.

— Алой?! Ты?! Не может быть! Постой, погоди, я знаю, что с Вериской нихрена не вышло, но послушай! Моей вины тут нет, но у меня есть его личные вещи, вот!

— Книга? И только? — шаман стоял в тени, вор не мог его рассмотреть.

Бросить фонарь за решетку, Галент просто боялся. Боялся, что шаман исчезнет, как фантом. Кто мог поручиться, что это не плод его воображения? Может быть, старина Грим уже насадил его на вертел, да поджаривает, а это последние образы-фантазии умирающего мозга.

— Постой! — вскричал Галент. — Эту книгу инквизиторы тщательно хранили, за ней и приперлась твоя дерьмовая тварь, да?

— Тварь?

— Ну, та, золотая штуковина! Как жопа толстухи такая!

— А, золотой, — шаман хмыкнул. — Что там за книга?

Он приблизился к решетке, но оставался вне поля зрения. Но это был язычник, никаких сомнений. Живой и дышащий язычник.

— Вот! — Галент показал обложку. — Феррата. Записи того механиста. Ну, ты ж слышал эту историю! Давай, вытащи меня отсюда и я отдам ее.

— Не успею, эти решетки защищены. Но если ты мне ее отдашь, я потом вытащу тебя из темницы.

— Ты что ополоумел?! Я на дурака похож?! Они меня с дерьмом сожрут!

— Я — твой единственный шанс, — спокойно ответил Алой и подошел к решетке. — Либо сделка, либо пшел к своим церковникам.

— Нет уж, я не отдам тебе книгу. Ты же меня бросишь тут! Я…

— Спрячешь ее, — Алой развел руками, — тут? Не смеши, Грим идет с десятком жрецов, и двумя десятками братьев. Они даже волосок с моей ноги тут найдут, не говоря уже об этой книге.

— Тогда что?

— Давай ее, — шаман протянул руку сквозь решетку, — это часть той платы, за твое освобождение. Они не убьют тебя сразу, ты же знаешь. Должен состояться суд, клирики такие педанты.

— Ты обманешь меня, — Галент обеими руками обхватил книгу, не желая с ней расставаться.

Погоня

приближалась, коридор позади утопал в свету.

— Торопись же!

— На! Только вытащи меня отсюда! — взвизгнул Галент и бросил книгу.

Железный переплет ударился о решетку, отскочил, но Алой проворно ее схватил и утащил на свою сторону. Секунду он смотрел на Галента пустым взглядом, затем исчез в темноте. Вор еще некоторое время слышал, как он шлепал по лужам, не опасаясь насекомых и растений — шаману они родственны, не причинят вреда.

Галент подошел к решетке, сунул голову между прутьев, но она не пролезла — глупо было и надеяться.

— Обманул же, обманул, — бормотал вор, поглядывая в ту сторону, куда ушел шаман. — Ну, обманул ведь! Как дурачка, дурачка из Гончарни.

В сердцах он ударил кулаком по пруту. Коллектор освещался подземной растительностью, но к решетке мох и лишайник не приближался. Камень перед входом был чист с тех времен, как была установлена эта преграда на пути природы.

Тяжело вздохнув, вор развернулся достал несколько бомб и, активировав их, разбросал по коридору. Они теперь ему не пригодятся, но, быть может, помогут. Умереть красиво, хотя бы так.

Галент снарядил арбалет и дождался, когда из коридора повалят монахи во главе с Гримом. Жрецы сразу же бросили в сторону вора светящиеся шары, которые зависли над его головой. Они не атаковали, не старались оглушить его, просто освещали.

— Он тут, у Преграды Предка! — кто-то выкрикнул.

— Да вижу, — ответил Грим, проталкиваясь в первые ряды. — Не чинить вреда! Я сам разберусь с ним!

Вор направил на него арбалет, но не нажал на спуск. Старший инквизитор — или бывший уже, не важно, — не обратил на угрозу внимания. Жрецы из-за его могучей спины работали жезлами, разбрасывая фиолетовые сгустки магии, похожие на спутанные паутинки. Эти шарики падали на бомбы и заключали их в непроницаемую броню.

— Безопасно, — отрапортовал жрец.

— Вижу, — кивнул Грим и обратился к вору: — бросай оружие. Хватит уже смертей.

— Мне все равно пропадать, так что подойди и отбери!

— Бросай, не дури, Галент. Ничего еще не кончено.

— Кому как!

Галент нацелил арбалет прямо на бритую голову Грима и нажал на спуск. Оружие щелкнуло, но тетива оборвалась, стрела только выпала из ложа и покатилась к ногам Грима.

— Отец защищает меня, — улыбнувшись, сказал Грим и пошел на вора.

— Что ж твоего братца не защитил?! — вор плюнул в сторону и бросил арбалет.

Его не шокировало, что надежный до сего момента арбалет внезапно отказал. Церковники оказались не так просты, как он думал. В своем монастыре он знал только часть этой организации, неудивительно, что у нее имелись козыри в рукаве. Эту старуху хрен там переиграть!

В конце концов, механика ненадежна! Толи дело добрый клинок — с этим куском стали не поспорить. Галент вытащил меч и злобно ухмыльнулся, как крыса, загнанная в угол.