Вопросы
Шрифт:
Кафельный пол ещё холоднее стены. Анко пришлось приложить усилия и, ловко перевернувшись и поменявшись местами, завалить на него Сасори, чтобы убедить теплолюбивого кукольника перебраться в место поуютней. Заодно удалось прихватить с собой одежду и притащить в его спальню, бросить возле кровати. В подкладке пальто — остро наточенный нож, и она ещё попробует вонзить его в горло Сасори. Потом. Пока же Анко в удовольствие потрахается с ним, будет кричать, наплевав на наставление-привычку быть тихой — с ним сдерживаться совершенно не хочется.
— Как же ты чертовски меня бесишь.
— Ты меня тоже. Знаешь, что это
— Мы сможем прекрасно провести время,
если тебе ещё раз вздумается попробовать меня убить.
— Тогда видеться мы будем довольно часто, Сасори.
Примечание автора: После этой части в порядке хронологии событий идёт «Амортенция» (ссылка есть в шапке работы), рассказывающая об особенностях совместного времяпрепровождения Анко и Сасори и более полно раскрывающая их отношения; способствует лучшему пониманию некоторых моментов из дальнейшего повествования в «Вопросах».
========== Встретимся? ==========
Комментарий к Встретимся?
Действие развивается летом в промежутке между концом первого и началом второго тома «Двух миров».
Визуально-звуковое дополнение к главе: https://vk.com/lutea_fic?w=wall-144073308_302.
Скромная квартира на окраинах Конохи, пыль танцует в рассветных лучах. Тихий шорох, поскрипывание старой кровати, учащённое дыхание — но вот его ритм перебился полустоном, и всё стихло.
Судорожно глотнув ртом воздух, Анко облизнула сухие губы и перевернулась на бок, сжала бёдра. Пальцы, влажные и подрагивающие, она вытерла о край простыни и, сцепив руки в замок, уставилась в пространство. Ей было никак. Тело получило свою разрядку и провалилось в расслабленность — но не душа. Эта сука продолжала уныло подвывать.
Сигареты притупляли. После возвращения из мира волшебников Анко вернулась к старой привычке, в своё время брошенной после серии отповедей от Ибики на тему вреда курения для засад. Заботливый такой. Опять, вон, её утянул к себе в допросную и чихвостил, когда на днях заметил с папироской в зубах… На взгляд Анко, лучше было курить, чем спиваться. Впрочем, не сказать, чтобы она не пробовала совмещать эти два прекрасных способа скоротать время в перерывах между миссиями.
Заставить себя выбраться из постели, вымыться под горячей водой, закинуть в желудок пару дайфуку, оставшихся после вчерашнего визита Куренай, повадившейся подкармливать подругу, — её материнский инстинкт распространялся не только на новорождённого детёныша, который вчера почти три часа оглашал криками большую часть времени мёртвенно-тихую квартиру Анко. От воспоминаний Анко аж передёрнуло. Вот уж какой звук она точно не хотела бы на постоянной основе в своей жизни, это грёбаный детский ор.
Лето в самом разгаре, на улице жарко, но отказаться от любимого пальто Анко даже не подумала — в нём всё самое необходимое начиная с резинки и заканчивая запечатанным в фуин свитком со списком осведомителей и пометками, который Анко предпочитала держать близко к телу. К тому же, это пальто уютное, и в нём глубокие карманы, как раз для бутылки саке… «Рано, — одёрнула Анко себя. — Бухать с самого утра — это уже перебор».
И шумно вздохнула, прикрыв глаза. Перебором было как ни в чём не бывало ходить по этим улицам с хитаем на лбу, учитывая, что произошло.
Как она облажалась. Как проворонила момент, когда кукольник переметнулся на сторону врага. Как допустила мысль, что
Вокруг кипит жизнь, улица полна людей. Бездумно плывя в их потоке, Анко выудила из пачки сигарету и закурила, по ходу отметив, что имеет смысл пополнить запасы. Ей плевать на мамаш, неодобрительно косящихся и приказывающих детям не дышать «плохим дымом». Ей плевать на вежливое приветствие Хинаты, попавшейся навстречу. Ей плевать на мрачную тень, надвинувшуюся сбоку… А-а нет, блять, плюнуть ей не позволят.
Чтобы пытаться вырваться из захвата Ибики, надо быть мазохистом. Анко и попробовала, но сопротивление её мелкой тушки, из веса которой по меньшей мере пять кило — это пальто со всей его рассованной по карманам начинкой, было решительно пресечено твёрдой рукой и заявлением, что, если не перестанет брыкаться, её попросту вырубят и закинут на плечо. Ещё и такой позор Анко не хотела узнавать, поэтому позволила почти-шефу-в-общем-то-другу утащить себя… неожиданно не в допросную штаба АНБУ. В раменную.
— Я это не ем, — сообщила Анко, наморщив нос.
Ибики пожал плечами и пригрозил, что покормит с ложечки. Пояснение было исчерпывающе:
— Плотно, объёмно, калорийно. Кончай уже саке и печеньем питаться.
Откуда у него эта инфа, Ибики уточнять, разумеется, не стал, но, по счастью, не стал также и пытаться выяснить причины загула. Заботы его хватило ровно на то, чтобы сделать заказ и заплатить, после чего Ибики сослался на неотложные дела и свалил. Скормив подсунутую поваром порцию удачно заглянувшему Наруто, Анко вновь отправилась бродить по деревне.
Ноги сами принесли к сорок четвёртому тренировочному полигону. Анко почесала затылок и, махнув дежурившим на входе чунинам, перепрыгнула через высокие сетчатые ворота. Лес Смерти — такой знакомый, едва не родной полигон, место постоянных тренировок на протяжении стольких лет, что в администрации забили на выдачу единократных разрешений на пользование и просто внесли её в список «Допущены всегда». При этом навевает невольные ассоциации с Запретным лесом возле Хогвартса, на опушке которого проходили занятия по уходу за магическими существами, а в глубине — пикники… «Вот тут бы пледик хорошо смотрелся, — подумала Анко, выйдя на берег ручья. — Немного хавчика с кухни, пара бутылок и Сасо… ксо-о, нет! Нет!»
Ноги попросту подкосились, и она осела на землю. Перед глазами — пелена.
Чёртова слабачка.
Не сразу, но Анко сумела взять себя в руки, ополоснула прохладной водой из ручья пылающее лицо и поднялась. Позже она обязательно напьётся, а пока стоит заняться делом, раз уж пришла на тренировочное поле — настроение у шиноби может быть сколь угодно говёным, но это не является поводом забрасывать работу над своими навыками и телом.
На моменте отработки огненных техник на пробегавших мимо зверюшках вспомнился Мадара. Его пылающий взгляд, сильные руки, колючая грива. То, как с ним во время алкопосиделки можно было с совершенно равной вероятностью заняться сексом или завести вдумчивый разговор о политике и отличиях подходов нынешних шиноби от современников Учихи. Это было хорошо… но недостаточно.