Вопреки

Смирнова Ольга Викторовна

— А вот это я упустил. Надо было Макса с Женькой на это подвязать…

— И ещё Костя постоянно что-то шептал… до самого конца.

— Я скоро буду ревновать тебя к Константину.

— К самому себе? — рассмеялась Настя. — Тогда я тебя к тёплому солнышку.

— Хорошо, в этой жизни ты будешь… солнышко жгучее…

Стас развернулся в кровати, и вновь засмеявшаяся Настя оказалась на нём…

— У меня к тебе предложение, жгучка.

— Не жгучка, а солнышко жгучее. Говори.

— Наталья,

Катерина, Настя — это же не разные женщины. Это ты. И Сергей, Константин, Стас… это не разные мужчины. Это я. Раньше я так не считал… не ассоциировал себя с ними полностью. Колебался. А в эту ночь…

— Я поняла тебя. Все они — это мы с тобой. Нам не дали полной памяти, но ведь это не мешает так чувствовать. Ты согласен?

— На все сто. Предлагаю больше не менять имена.

— Останемся Стасом и Настей на все будущие жизни?

— Останемся Настей и Стасом на все будущие жизни.

— И обязательно найдём друг друга?

— Обязательно. Узнаю тебя по серым глазам и шикарным светлым волосам.

— А я тебя по синим и наглой улыбке.

— И у нас опять будут кулоны.

— И их принесёт корректор.

— Ворон.

— Добейся меня.

— Добьюсь.

— Люблю тебя…

— И я люблю…

— Стас, а эти корректоры… они специально созданы для таких пар, как мы?

Стас отвёл взгляд на окно и чуть нахмурился.

— Думаю, они решают и более серьёзные для человечества задачи… — сказав, он вновь посмотрел в глаза Насти и продолжил: — А такие, как мы для них… что-то вроде хобби.

— Развлекаются, значит?

— Нет… думаю, это приносит удовольствие, разрядку, отдых.

— Так говоришь, будто что-то знаешь…

— Я фантазирую. Тебе нравится этот дом?

Настя скатилась со Стаса и легла на спину. Вновь осмотрела комнату.

— Да. Очень понравился вид из этого окна. Особенно ночью. Из спальни так загадочно смотрится освещённый парк. Чей этот дом?

— Будет нашим, если захочешь. Я его арендовал на неделю, пока мы в Воронеже, но коттедж выставлен на продажу.

— Я подумаю. А кухня здесь окнами на восток?

Стас расхохотался и еле проговорил:

— Обо мне побеспокоилась или о завтраках?

— О завтраках, конечно. Как я без них…

Стас лег на бок и подставил руку под голову.

— Насть, ты меня простила?

— За что?

— За тот первый раз.

— За какой тот? Не помню… вот этот помню… другого…. Нет, не помню…

Настя резко села и пристально посмотрела в синие глаза:

— Ты меня ни с кем не путаешь?

— Я вообще-то серьёзно…

— Ну, давай серьёзно…

— Я издевался над тобой.

— Ты учил меня жизни.

— Я доставлял тебе душевную боль. Да и физическую причинил.

— Ты знакомил меня с таким, какой ты

есть.

— Но не хотел меняться. Менял тебя под себя.

— Научил не замечать мелкого и видеть главное за второстепенным.

— Я тебя принуждал.

— Ты будил мою страсть. Заставлял её раскрыть крылья и подняться до небес. Хотя ошибок ты наворотил…

— Из-за меня потеряно немало времени…

— Надеюсь, эта жизнь будет долгой для нас обоих.

— И у нас будет много синеглазиков.

— Что значит много? Как много? — Настя аж подпрыгнула на кровати.

Но тут же была завалена в постель и зажата в стальные тиски.

— Тихо, сероглазая, тихо. Их будет столько, сколько получится. Сколько Судьба пошлёт. Тесты на беременность я уже купил.

Настя расхохоталась, запрокинув голову и немедленно получила серию поцелуев в шею.

— Всё? Успокоилась?

— Вроде…

— Простыночку порвать готова?

Глаза Стаса блестели прежними озорными огоньками, а наглая улыбка излучала предвкушение от действа.

— Нет!

— Да…

… лет спустя

— Макс! Как хорошо, что ты приехал. Женя с детьми тоже здесь?

— Да. Они в детскую заселяются. Хотел тебя крепко обнять, да, видимо, придётся отложить сию радость… только не знаю, на какое время…

— На две недели.

— Совсем чуть-чуть. Кого ждём?

— Дочку. Надеюсь, она получится сероглазой.

— Ага. Сейчас. Разбежалась. Я заказал синеглазых, — проворчал Стас, колдовавший над барбекю.

— Тогда вы меня совсем синевой задавите. Не продохнуть. Уже трое из меня верёвки вьют, а что будет от четырёх пар синих глаз?

— Что будет? Будет в четыре раза больше любви, чем от меня одного. Радуйся и пользуйся нашей слабостью, Ларская. И вообще… ты обещала, что у нас их будет пятеро. Пойду проверю, как Женю разместили.

Стас чмокнул жену в щёчку, одновременно погладив её огромный живот.

— Ничего я не обещала! — крикнула вслед уходящему мужу Настя.

— После родов напомню, — послышался его ответ. — Макс! Ни на шаг от неё не отходи! Если что, ори громче!

Настя фыркнула и повернулась к брату.

— У меня к тебе серьёзный разговор, сестрёнка. Через месяц снимают гриф секретности с дела отца. Нас пригласили на ознакомление.

— Куда я с таким животом… а потом дочурка маленькая будет.

— Значит, отложим поездку. Я подожду. Нам надо вместе ознакомиться с документами и съездить навестить его. Пока не знаю куда…

— В другую страну, Макс. Саша говорил.

— Второго сына Сашкой назвала в честь… — многозначительно замолчал Макс, пристально смотря в глаза Насти.

— Да, Макс. В его честь. Ой!