Воплощенная

Посвящается моей матери,

которая поддерживала меня в стремлении следовать за мечтой

и никогда не сходила с ума, когда я звонила

и спрашивала, что делать с сотрясением

мозга,

сломанными конечностями и второстепенными ожогами .

330-й Год Песен, 3-я неделя

Что такое душа, как не сознание, рождающееся снова и снова?

С появлением новых технологий, мы теперь знаем, что души могут измеряться , как серия вибраций, которую составляют на специальных аппаратах Рассказчики Душ. Каждая душа уникальна. Каждая душа похожа на свою предыдущую реинкарнацию, неважно, насколько не похож им может быть тело.

Я перерождался сотни раз, и помню каждое зарождение.

Души — это элементы сознания, сущность, рожденная в новом теле, когда старая оболочка умирает. Всегда существовало миллион душ, но теперь от миллиона отняли одну. Пять лет назад храм потемнел, в ту ночь умерла Циана. Мы ожидали ее перевоплощения в тот вечер, когда Ли родила нашу дочь. Вместо этого, та истина, на которой строилось наше общество, начала вызывать сомнения. Рассказчики Душ взяли руку новорожденной и нажали ею на сканнер души, и начали искать подходящую пару последовательности вибраций в базе данных.

Подходящей пары не нашлось, и это значило, что прежде такая душа не рождалась.

Так откуда же она взялась? Что случилось с душой Цианы? Ее заменили? Могут ли быть заменены остальные души? Реальна ли вообще эта новая душа?

— из личного дневника Менехема.

Я НЕ БЫЛА ПЕРЕРОЖДЕННОЙ. Мне было пять, когда я впервые осознала, как сильно отличаюсь от других.

В Году Душ было весеннее равноденствие: ночь, когда все рассказывают истории про вещи, которые они натворили три жизни тому назад. Десять жизней. Двадцать. Битвы с драконами, разработка первого лазерного пистолета, и испытание Криса, длиною в четыре жизни — он хотел вырастить идеальную голубую розу, в итоге ее назвали пурпурной.

Никто не утруждал себя разговорами со мной, так что я всегда молчала, но умела слушать. Они жили раньше, у них были воспоминания, которыми можно было поделиться, и ждали в предвкушении следующих жизней.

Они танцевали вокруг деревьев и костра, пили, пока не падали с ног, продолжая смеяться. Когда пришло время воспевать благодарности бессмертию,

некоторые из них косо посмотрели на меня. В роще было жутко тихо, можно было услышать, как водопад обрушивался на скалы в лиге на юг.

Ли отвела меня домой и на следующий день я вспомнила все слова, которые только знала, и составила свое первое предложение. Все остальные помнили сотни жизней до теперешней. Мне же нужно узнать, почему я не могу вспомнить.

— Кто я? — были моими первыми словами.

— Никто, — ответила она. — Бездушная.

Я собиралась уходить. Это было мое восемнадцатое день рождение, прошло только пару недель с начала нового года.

— Удачной дороги, Ана, — сказала Ли, но лицо ее было каменным и я сомневалась в ее искренности.

Год Засухи был худшим в моей жизни, наполненный гневом и негодованием. Год Голода начался не намного лучше, но сейчас был день моего рождения и у меня был рюкзак, полный еды и оборудования, и задание - узнать кто я такая, почему существую. Возможность избегать враждебные взгляды матери была удачной и выгодной. Я обернулась через плечо на коттедж Пурпурной Розы. Ли, высокая и стройная, стояла в дверном проеме, и снег кружился спиралью между нами.

— Пока, Ли.

Мое прощание затерялось в холодном воздухе; я выпрямилась и подтянула рюкзак. Настало время покинуть этот изолированный коттедж и встретить... всех.

Нас редко посещал кто-либо, и я никого не знала, кроме моей матери, женщины со змеиным сердцем. Остальная часть населения жила в городе Сердце.

Путь через сад раздваивался внизу склона, между подмороженными помидорными лозами и кабачками.

Я глубже закуталась в свое шерстяное пальто и начала маршировать прочь от женщины, которая морила меня голодом целыми днями в наказание за неправильное выполнение хозяйственных работ. Я бы не жаловалась, если бы видела ее в последний раз.

Мои ботинки хрустели по гравию и кусочкам льда, которые упали с деревьев, как только утро наступило в горах. Я засунула кулаки в карманы, изодранные варежки не давали тепла, и сжала челюсть от холода. Взгляд Ли, острый, как сосульки, висящие на крыше, сопровождал меня всю дорогу до склона.

Впрочем, не важно. Теперь я была свободна.

У подножия холма я направилась к Сердцу. Я найду все свои ответы в городе.

— Ана! — Ли стояла на пороге и махала маленьким металлическим объектом. — Ты забыла компас.

Я тяжело вздохнула и потащилась обратно. Она бы мне его не принесла, и не было ничего удивительного в том, что она дождалась, пока я не проделаю весь путь вниз, дабы напомнить о компасе. В тот день, когда у меня впервые начались месячные, я выбежала с ванной комнаты, крича о том, что у меня внутреннее кровотечение. Она ухмылялась, пока не поняла, что я действительнодумала, что умираю. Это заставило ее грубо захохотать.

— Спасибо.

Я взяла компас и положила во внешний карман.