Воплощение
Шрифт:
Одаренная думала, что в планах Ерикана взять их нехитрые пожитки, которыми обрастают люди в длительном путешествии, и поскорее убраться прочь их Хорта. Юти и сама оказалась не прочь сбежать от теперь уже бывшего ярла, понимая, что тот станет им скорее обузой.
Но Фромвик оказался не просто красивой пустышкой. Впрочем, это Одаренная поняла уже на тинге, когда ярл проявил все свое красноречие и изобретательность. Ныне он просчитал и поведение возможных спутников. Потому что как только Ерикан с Юти попытались покинуть
— Фромвик приказал вам дождаться его, — процедил северянин, но с таким видом, что если гости решат противиться воле ярла (пусть и бывшего) то очень скоро они станут пленниками.
Ерикан, как часто в последнее время, посмотрел на Юти. Сама девочка металась между сложным выбором — сохранить жизнь этим людям и мучаться в компании беловолосого красавца или на последнем суде перед Аншарой отвечать за гибель воинов.
Милосердие победило. Юти покорно склонила голову и отошла к стене, рассматривая поросший мхом камень. Ерикан уселся прямо у врат, насвистывая себе что-то под нос. Казалось, учителю было все равно, с кем и как они продолжат свое путешествие.
В замок Фромвик вернулся довольно скоро. Не вернулся — ворвался, как пронизывающий норд-ост. С множеством лишних слов, размахивая руками и озаряя присутствующих блеском жемчужно белых зубов. Он попросил ждать и умчался прочь. Но к удивлению Юти, вернулся довольно скоро, в сопровождении двух северных жеребцов (один из которых оказался нагружен вещами) и нового ярла.
Еще изумило девочку, что правители (бывший и нынешний) распрощались достаточно тепло, тогда как прочие воины смотрели на Фромвика скорее с равнодушием. Им Крепкорукий так и не полюбился.
Зато напоследок, когда вся троица уже собралась все же покинуть замок, Юти остановил Найд.
— Я никогда не забуду, что ты сделала для Хорта, дева.
— Неужели Фромвик настолько плох? — спросила Одаренная, хотя ответ знала.
— Он хороший человек, но ужасный правитель. В Холодном море есть Рыба-шея, она длинная и изворотливая. Эта рыба возвращается в родные воды лишь летом, когда северное солнце в зените, мечет икру и уплывает вновь. Где она живет весь год и что делает — никто не знает. Фромвик, как эта рыба. Возможно, он когда-нибудь вернется, но лишь ненадолго. Хорт не для него.
Юти кивнула, соглашаясь с мудростью Найда. И заодно прозорливостью Фромвика, который разглядел в слуге достойного ярла. Одаренная давно заметила, что человек чаще всего проявляет свои лучшие качества, когда подобного от него никто не требует.
— Прощайте, Найд. Я тоже никогда не забуду, что мне носил воду для умывания сам ярл.
На мгновение, на краткий миг, суровое лицо северянина тронула легкая, как поступь лани, улыбка. Но стоило Найду кивнуть, как она исчезла.
— Какой воздух! Какое солнце! Какой день! — не собирался умолкать Фромвик, когда Юти догнала путников.
Впрочем, бывший
— Храмовники твердят, что если говорить правду, то на душе будет легко и приятно. Но именно после небольшой лжи по поводу моей скорой смерти, мне теперь необычайно хорошо, — не затыкался Крепкорукий.
Одаренная промолчала относительно возможной кончины Фромвика. Ей казалось, что отпусти бывшего ярла одного вперед на пятьдесят шагов, как он благополучно и нелепо погибнет.
— Вы читали наставления Праведного? — вспомнила Юти, откуда эта цитата.
— Прошу тебя, Ютинель, я более не ярл, мы теперь равны, со мной можно говорить на «ты». И конечно читал. Как и все труды об Аншаре.
— Но богиня не облагодетельствовала… тебя, — не спросила, скорее заметила девочка.
— Одарить можно лишь просящего, — вновь процитировал Фромвик храмовников. Только теперь «Дороги скитаний».
— То есть, ты не просил у Аншары кольца? — от удивления Юти даже потянула поводья на себя.
— Конечно нет. Мне нравится бывать в храмах богини, но меньше всего на свете я бы хотел, чтобы она одарила меня.
Юти казалось, что Ерикана ничем не удивить, однако даже учитель изумленно изогнул бровь. Девочке услышанное и вовсе предстало неслыханным. Она еще не встречала ни одного человека, который не хотел быть стать Одаренным. Ибо это являлось высшим благом.
— Почему? — лишь спросила Юти.
— Подарок богини это своего рода шоры для лошади. Ибо отныне твоя судьба предрешена. Ты становишься на путь воина или, если не хочешь этого, живешь с одним кольцом. Но даже в этом случае, твоя жизнь будет крутиться вокруг единственной способности. У неодаренных же есть подлинная свобода выбора.
Сказанное Фромвиком, этим самым странным мужчиной, которого только видела Юти, оглушило ее. Будто огромная гора рухнула на девочку. Никогда прежде она не рассматривала дар с подобной стороны.
Впрочем, от сказанного был и определенный толк. Сакральное признание, произнесенное в серьезном разговоре, обладает удивительной способностью — после него долго не хочется осквернять свою речь обыденными темами. Вот и Фромвик замолчал, безмолвно разглядывая дорогу.
К тому времени Хорт давно скрылся из виду. Путники даже проехали стороной одну из деревень бывшего ярла и теперь поднимались по каменистой тропе, чтобы проскользнуть между щербиной высоких скал и оказаться в горном ущелье. И именно в этот момент гигантская тень легла на землю, а огромная и самая странная из виденных Юти птица, заслонила солнце.