Воплощение снов

Федотова Надежда Григорьевна

Морщины на лбу первого алхимика разгладились. Воронка? Да, эль Гроув умеет подсластить пилюлю. «Значит, вопрос о Дымке государыня решила поднять незамедлительно, — подумал Кендал, следуя за женой в столовую. — А я с этой бедой знаком ближе всех и, надо думать, без веского слова алхимика тут не обойтись… Что ж, резонно. Быть может, так нам быстрее удастся убедить совет, что дело нешуточное».

С ужином его светлость расправился быстро, однако сон отложил на потом. Сняв салфетку, он налил себе в чашечку мятного отвара и, сделав пару глотков, посмотрел на жену. Она сидела напротив, подперев голову рукой и рассеянно мешая ложечкой остывший кофе.

— С твоей бессонницей

надо что-то делать, — обронил Кендал. — И уж прости, но кофе тут точно плохой помощник… Ну да ладно. Нам нужно поговорить, Вивиан.

Герцогиня подняла голову:

— О чем?

— О том, что, надеюсь, нас не коснется, — пасмурно отозвался он. — Хотя сейчас никто уже не может быть в этом уверен.

Герцог эль Хаарт отставил в сторону чашечку, помолчал и заговорил. Он рассказал жене о Дымке, о том, чем она опасна, и о том, для чего, по всей видимости, была создана. Упомянул о несчастном купеческом сыне, о тех, кто был до него… Вивиан слушала, не перебивая. Только хмурилась. А когда он закончил, спросила:

— Ты боишься, что с нами тоже может такое случиться?

— Да. И, увы, семья первого алхимика Геона — куда более завидная мишень в сравнении с купцом. Ко мне лично подобраться трудно, Нейлара я уже предупредил, но ты и Мелвин… Особенно Мелвин! Я видел свет в библиотеке — госпожа Делани тоже еще не ложилась?

Герцогиня качнула головой:

— Она в детской, и, наверное, давно уже спит. Это я зажгла свечи, пока ждала тебя.

— Жаль. Как воспитателю нашего сына, ей знать о Дымке стоит едва ли не больше, чем тебе, в конце концов она при Мелвине неотлучно… Впрочем, тебе я всё разъяснил подробно — и очень прошу завтра же побеседовать об этом с госпожой Делани. Пусть будет построже с Мелвином и не спускает с него глаз. Это во-первых. Во-вторых — пока ситуация с Дымкой не прояснится, и тебе, и воспитателю не стоит покидать восточный пригород. Если кому-то из вас что-то потребуется в столице — составьте список и отдайте главе охраны. Его я отдельно проинструктирую.

Вивиан кивнула. И бросив задумчивый взгляд в темный холл, спросила:

— А слуги, Кендал? Они ведь приходящие. Нет, если все так, как ты говоришь, мы можем временно отказаться от их услуг, однако…

— Пока что это лишнее. Конечно, в нынешней ситуации слишком сильно полагаться на их неподкупность не стоит, но, смею надеяться, хорошая прибавка к жалованию поможет прислуге пережить личный досмотр по утрам. С кухаркой и горничными, правда, могут возникнуть некоторые трудности — но я завтра утром поговорю с Айроном, в боевом корпусе достаточно женщин… Как бы то ни было, этим я займусь сам — слуги придут к семи, заседание чрезвычайного совета начнется в десять, а совет магистров завтра будет отменен. Даже если гонец от верховного мага явится за час, я успею решить вопрос с прислугой. А ты тогда возьмешь на себя Мелвина и госпожу Делани. Хорошо?

Герцогиня, снова кивнув, с легкой тревогой взглянула мужу в глаза:

— Мелвин здесь, но Нейл… Ты сказал, что предупредил его об этой напасти, и все же мне неспокойно, Кендал. Бар-Шабба за многие тысячи миль от нас! Ты уверен, что там до него не доберутся?

— Нет, — честно ответил герцог. — Но я уверен в нем, Вивиан. Наш сын не дурак и он будет осторожен.

Она опустила голову.

— Надеюсь, ты прав…

— Я тоже, — негромко отозвался Кендал и встал. — Пойдем спать, дорогая. Рассвет не за горами, а я, признаться, совершенно выдохся. Дать тебе снотворной настойки? Боюсь, после моих новостей ты точно не уснешь.

Вивиан, подумав, кивнула. Следом за мужем поднялась из-за стола, вновь

бросила взгляд в сумрачную глубину холла и поежилась.

— Кажется, — пробормотала она, — скоро я, как Мелвин, начну спать при свете!.. Что творится с этим миром, Кендал?

Герцог эль Хаарт невесело улыбнулся.

— То же, что и всегда, любовь моя, — сказал он. — Ничего хорошего.

Глава XV

Конец января в Бар-Шаббе выдался тихий и ясный. Ушел промозглый осенний сумрак, растаяли тучи, и над островом вновь засинело небо. Солнце, пусть оно и не давало тепла, играло разноцветными искрами на снегу, мороз возвращал щекам давно пропавший румянец, всё вокруг оделось в чистое, белое — не погода, а загляденье!

Нейл, на мгновение подняв голову от лабораторного стола, бросил взгляд за окно. До чего же на улице славно! Сейчас бы бросить опостылевшие склянки, стянуть робу, хлопнуть дверью — и на волю… Азат говорит, что на Береговой залили каток, там теперь не протолкнуться. Особенно вечером, когда в школе заканчиваются занятия, и учебные корпуса пустеют: все адепты от мала до велика, излечившись от осенней меланхолии, стекаются вниз, торопясь наверстать упущенное за день. Оно и понятно: к середине февраля, если не раньше, вновь задует влажный, студеный ветер, вернутся метели, и кончится праздник — теперь уже до самой весны.

Адепт эль Хаарт вздохнул и заставил себя сосредоточиться на работе. Торчать в лаборатории ему до смерти надоело, но приближались квартальные зачеты, и лучше было подготовиться к ним сейчас, в тишине и покое, пока у столов не столпился весь курс. «Зато потом первым все сдам и неделю буду баклуши бить, — утешая себя, подумал Нейл. — А погода… Так ведь все равно холод собачий! Охота была уши морозить» Он подтянул сползший к запястью нарукавник и склонился над горелкой. Закрепленная над огнем на кронштейне пузатая колба уже нагрелась, желто-зеленая мутная смесь в ней начала пузыриться. Теперь главное не упустить момент, когда жидкость начнет менять цвет. Нейл подвинул поближе каменную ступку с измельченными в порошок корнями белозерки, зачерпнул мерной ложечкой ровно полторы унции и замер, как кот, изготовившийся к прыжку. Смесь, с каждой секундой становясь все прозрачней, перешла в густую синеву, потом посветлела, сделавшись ярко-голубой, и наконец перецвела в лиловый. На поверхности заплясала розовая пена. Пора. Адепт эль Хаарт занес ложечку над горловиной.

— Ага, попался!

Громовой голос, раздавшийся у самого уха, заставил Нейла вздрогнуть от неожиданности. Ручка мерной ложки предательски заскользила в пальцах, порошок просыпался на горелку — и взвился фиолетовым пламенем под самый потолок. Колба на кронштейне, треснув, разлетелась вдребезги, лиловая жижа выплеснулась на мраморную столешницу, раскаленная горелка, покрывшись маслянистыми радужными пятнами, зашипела, вздуваясь изнутри…

— Ложись! — взвыл адепт эль Хаарт. Отшатнулся от стола, сшибая с ног кого-то за своей спиной, и вместе с этим «кем-то» рухнул на пол, прикрыв голову руками.

Раздался гулкий хлопок, в стороны полетели оплавленные кусочки металла, лабораторию заволокло удушливым синеватым дымом. За дверью послышались встревоженные голоса.

— Эль Хаарт, чтоб тебя разорвало!.. — давясь кашлем, простонал рядом все тот же голос. Нейл, теперь уже узнав его, улыбнулся.

— На твое счастье, все-таки не успело, — прокряхтел он, поднимая голову. Сквозь сизый туман еле-еле проступали очертания громоздких лабораторных столов. Фиолетовое пламя на ближайшем из них уже начало затухать. — Здравствуй, Райан…