Вопль убийства
Шрифт:
В голове Доулиша зазвучал голос Бивериджа: «Вопль убийства».
Один человек остался на мосту по другую сторону от дороги, а Доулиш повел троих остальных вверх по склону, к скорченному телу детектив-сержанта Эббисса. Он лежал бесформенной грудой на тонком слое снега, подтаявшего вокруг, но еще видневшегося под его согнутым локтем и между ног. Глаза его были полузакрыты, рот расслаблен. Не было никаких внешних признаков поражения, но пульс не бился, хотя рука была довольно теплой.
Доулиш посмотрел на двоих бэнфордцев — пожилого старшего инспектора Уэбба и более молодого, которого он не знал.
—
— Мне хотелось бы пойти с вами, — ответил Уэбб приглушенным голосом.
— Ладно. — Доулиш снова двинулся вперед.
Он не знал, почему вид молодого Уэннекера расстроил его больше, чем смерть Эббисса, которого он знал много лет. Может быть, потому, что Уэннекер так рвался, так жаждал быть полезным, и потому, что он был так молод и полон жизни.
— Женат? — спросил он Уэбба.
— Я женат, сэр.
— Нет, Уэннекер.
— Нет, — ответил Уэбб. — Он всегда шутил… — Уэбб сбился с шага. — Он всегда говорил, что женат на своей работе.
Они подошли к Уэннекеру, Сим — на ярд сзади.
Все кругом было тихо и очень спокойно. Стая грачей уселась где-то на невидимом поле. Солнце ярко светило над Мэнором. Деревья стояли темные, тихие, почти зловещие. В этом покое были еле слышны какие-то очень далекие звуки, и каждый из них заставлял Доулиша напрягаться в ожидании вопля, который теперь уже связывался со смертью троих людей.
Полузакрытые глаза Уэннекера остекленели, рот тоже был полуоткрыт. Может быть, из-за того, что он лежал на открытом месте, его тело и руки казались более холодными, чем у Эббисса.
Доулиш медленно выпрямился.
Лицо Уэбба было испуганным.
— Но… каким образом? — спросил он.
— Мы разберемся, — произнес Доулиш.
— Нет никаких следов увечья. Ни малейших.
— Нет.
— Не может же это быть… этот звук.
— Мы разберемся, — повторил Доулиш. — Они мертвы, наверное, около часа.
— Нет, — запротестовал Уэбб, — скорее три четверти часа, если судить по времени, когда Уэннекер уехал.
— И к ним никто не подходил, — заметил Доулиш. — Никаких следов поблизости от них нет.
— Нет… — Уэбб нервно сглотнул. — Это что-то сверхъестественное.
— Самое подходящее слово, — согласился Доулиш. Он взял себя в руки, осознав в это мгновение всю нереальность и ненормальность происшедшего. — Но кто-то их убил и этот кто-то должен был во время трагедии находиться довольно близко отсюда. — Он посмотрел на Сима. — Сколько времени потребуется нашим остальным людям, чтобы прибыть сюда?
— Самое большее два часа.
— Я хочу, чтобы все входы и выходы, все известные дороги из поместья были поставлены под строгое наблюдение, — распорядился Доулиш. — И чтобы за любым, кто покинет его, была установлена слежка. Я хочу, чтобы было проведено самое тщательное расследование передвижений всех, кто сегодня покинет пределы поместья, все равно — из Мэнора, из квартир или из коттеджей. — Он говорил быстро, как будто ясно представляя наконец, что нужно делать. — Если у нас не хватает своих людей, обратитесь к присутствующему здесь мистеру Уэббу, чтобы он помог нам с недостающими силами.
— Но… — начал было Уэбб и замолчал.
— Да? — спросил Доулиш.
— Это поместье занимает почти семь тысяч акров. Дороги ведут к трем
— Я прошу вас обратиться за помощью в полицию графства, — сказал Доулиш.
— Если они смогут, то, конечно, окажут помощь, но…
— Мистер Уэбб, — резко проговорил Доулиш, — мне нужно, чтобы эта работа была выполнена немедленно. Все подходы к Мэнору должны быть под наблюдением, за тем, кто покинет его, должна быть слежка или надо установить, где он находится, каждое строение должно быть обыскано. Мне этим заняться или это будете делать вы?
Уэбб задержал дыхание, потом попытался все-таки показать свою власть.
— Сначала надо забрать тела…
— Нет, пока мы не проведем тщательного обследования на месте, — сказал Доулиш, сдерживая гнев. — Мне все равно, как вы это сделаете и к кому обратитесь за помощью, но это сделать необходимо.
— Если бы не было кругом такой таинственности…
— Если вы имеете в виду, что я не объясняю вам, что все это значит, то ответ очень прост: я не знаю. Первый мертвец, наверное, мог бы нам объяснить, в чем дело, если бы остался жив или заговорил перед смертью. — Доулиш остановился. — Сим, будете вы сотрудничать с мистером Уэббом, чтобы все сделать как надо?
— С радостью, сэр.
— Хорошо, — произнес Доулиш. — А теперь я отправляюсь в дом.
Он повернулся и пошел прочь от них. Постепенно злость его улеглась. Да, поначалу и Хортон, а теперь и Уэбб были настроены недоброжелательно и сотрудничать не хотели, вели себя так, словно нарочно хотели помешать расследованию. Эта мысль вроде была нелепой, но… может быть, в ней была какая-то доля истины? Доулиш отбросил пока эту мысль. Он вернется к ней позже. А теперь он шел широким шагом через парк к Мэнору и постепенно успокаивался при виде этих сглаженных временем камней, благородных очертаний здания.
Воздух был чист и свеж, солнце его слегка нагрело. Доулиш забыл свое ощущение предчувствия, снова спокойно воспринимал щебет птиц и даже звук пилы. Он увидел дорогу, ведущую к дальнему концу здания, очевидно к фасаду, и свернул по ней.
Из боковой двери появился молодой парень и остановился, наблюдая за ним. Доулиш решил, что это наверняка Дэвид Тэвнотт. Молодой парень не обратил на него особого внимания, только глянул с некоторым любопытством. Доулиш миновал его и, подойдя к фасаду здания, увидел приближающийся маленький автомобиль. Машина остановилась у каменного портика Мэнора, и из нее вышла девушка, которая чуть не врезалась в него на дороге.
8
Сэр Хьюго Тэвнотт
У нее были стройная тонкая фигура, белокурые волосы до плеч, ясные голубые глаза и твердый подбородок. Сейчас она выглядела одновременно смущенной и настороженной. На ней были голубые облегающие брючки и синий свитер.
— Доброе утро.
— Доброе утро. Вы тот мужчина, на которого я чуть не наехала, правда?
Так, значит, у нее хорошая память и не менее хорошая наблюдательность.
— Да, вы совершенно правы.