Волжане
Шрифт:
Внезапно по передним рядам суварцев пронесся шквал, и несколько из них рухнули в воду, создавая затор на узком перешейке ручья.
— Трое! — вскричал кто-то из недорослей.
— Взвели! Пли!
Время вокруг Прастена замедлилось и он заметил, как один из коней во второй волне суварцев попытался перепрыгнуть возникшее препятствие, но его копыта словно бы запнулись о какую-то преграду под водой и он буквально навернулся через голову, похоронив под собой всадника.
— Первый ряд проволоки! Еще четверо!
— Взвели! — не умолкал между тем Андрейка, не обращая внимания, что подростки пользовались
Из конской и людской мешанины буквально выпрыгнул один из всадников, но короткий болт, ударив в круп лошади, с силой отбросил ее обратно, в ручей. А там царил ад. Крики мешались со стонами, кони пытались подняться и наступали на упавших, а поверх всего этого неслась новая порция всадников, втаптывая своих соратников в грязь.
И все же преграда была преодолена.
Третья волна всадников взяла чуть правее и, прорвавшись по краю брода на противоположный берег, устремилась вверх по холму. Однако тут ее ждало препятствие в виде натянутых в высокой траве веревок. Четверо наездников вслед за лошадьми покатились на землю, а поднялся из них лишь один, побежав чуть в сторону от катившей вслед конницы. Спустя мгновение на его спине расцвели два оперения, и он рухнул на землю.
— Бей пр готовности! Урою тех дебилов, кто отвлекается на убегающих!
– бесновался Андрейка. — По всадникам! Целься и бей! Целься и бей!
И все же затор не броде сделал свое дело, в основном суварцы остались на противоположном берегу, и лишь слабые их ручейки пересекали водную преграду. Лавины не получилось.
Новые выстрелы косили немногих вырвавшихся вперед и вскоре они закончились. Сильно уменьшившись в количестве, конница повернула назад.
— Всем туда!! Раздавать эту мразь! Всех! Вырезать всех!!
Анбал бесновался на земле, баюкая сломанную руку. Не слушая никого из своих казанчиев, он сначала отослал в атаку всех, оставшихся всадников, а потом попытался присоединить к ним две остальные сотни, как раз начавшие выдвигаться из леса.
Удар, обрушившийся на горстку сгрудившихся наездников, не ожидал никто. Три перестрела стрелы. полтысячи шагов до противника. Наместник стоял первым, поскольку в здравом уме никто не решился бы расположиться впереди него и заслонить обзор. Ударив в круп коня, нечто опрокинуло его на землю и бросило Анбала под соседнюю лошадь. Рядом снесло кого-то из казанчиев, и тот отлетел на несколько шагов, разбрызгивая кровь и явив дневному свету обломки своих ребер.
Кто-то бросился поднимать наместника, кто-то потрясенно смотрел на его лошадь, которой располосовало весь бок и живот, выпростав наружу внутренности. И только Тухсар вычленил главное, виновниц переполоха. Одна из них лежала поодаль, зарывшись под корни небольшого деревца на склоне. Огромная стрела с широким наконечником В виде серпа была почти в две трети роста, человека и скорее напоминала собой короткое копье.
Не успели суварцы прийти в себя, как их накрыл второй залп. На этот раз стрелы прошли чуть левее задев кого-то из рядовых всадников, и казанчии, наконец, зашевелились. Точнее опомнился Тухсар, начавший раздавать команды.
— Рассыпаться! Наместника к лесу! Всех отозвать! Срочно!
И вот теперь он стоял перед
— Сколько у нас лучников? — Тухсар запнулся и Направился. — Тех из них, у кого луки достают на две сотни шагов!
Стрелять умели многие, но добрые луки были наперечет, а достать бившего из самострелов противника было очень трудно, тем более, если стрелять с низа холма. Если бы не бесновавшийся наместник, Тухсар даже не подумал бы о наступлении. Нашел бы стежку в обход или дождался ночи, чтобы вырезать противника под ее покровом.
Услышав прозвучавший, наконец, рев рога на отступление, Тухсар еще раз бросил взгляд на белеющий вдалеке тележный круг, и досадливо поморщился. Первая сотня почти прорвалась к противнику, и ее отзыв был его ошибкой. Можно было задавить противника количеством, хотя понесенные при этом потери наверняка не позволили бы продолжать путь. Но что сделано, то сделано, да и конную засаду в лесу исключать было нельзя. Вылетела бы та в самый неподходящий момент и стоптала занятых тележным кругом всадников. Хотя откуда здесь таким силам оказаться? Выслушав ответы про лучников, он вновь скривился и печально покачал головой, однако скомандовал, ткнув пальцев в грудь одного из казанчиев.
— Выкрикнешь таких со всех сотен. Спешитесь в отдалении, рассыпетесь вдоль ручья и попытаетесь стрелять из-за деревьев, чтобы дать подойти поближе остальным. Попадать не обязательно, главное отвлечь.
Никто даже не посмел оспорить о приказания. Помимо знатности рода Тухсар отличался тем, что был близок к отцу наместника Селиму Колыну и тот именно ему поручил следить за светом сыном. И если уж он берет на себя за все ответственность, то пусть так и будет. Это воин, а не праздный гуляка, как Анбал.
— Теперь ты, Невлет… Возьмешь свою сотню и сделаешь вид, что атакуешь тележный обоз. Вперед пошли самых одоспешенных, пусть не столь суются под стрелы сколь скачут поодаль и метают их сами. Сам же с частью отстанешь и проверишь все ловушки. Что можешь, поломаешь, порубишь или засыпешь хотя бы около брода. Завалы растащишь. Лошадей жалко, но подмена есть, а навар ожидается добрый, и про твои потери я не забуду. Одни самострелы чего стоят, а я заметил у многих засевших на холме железные доспехи.
— Разреши проверить лес за их спинами!
Я и сам хотел об этом сказать, Невлет. Я рад, что наши мысли совпадают.
Тухсар передвинулся к следующему казанчию.
— Ты, Аксам… Ссаживай с коней два десятка воев на твой выбор, попробуй пешим обойти противника по оврагу… Стрелков? Взять можешь, но не лучших! Твое дело проверить, что делается у врага глубоко а тылу. Вдруг на обоз наткнешься? А не будет ничего, так вернешься и ударишь его со спины… Все! Ждем, когда отойдет первая сотня! По коням!