Волжане
Шрифт:
— Зато никакой крови. И в случае чего мы сможем сообща отбиться от булгарцев. Место это расположено не так далеко, как кажется, а потому оную опасность исключать не следует…
— Оно того стоит?!
— Надеюсь, что затраты оправдаем за год, — внял пристальному взгляду
Кия Вовка. — Думаю, что по несколько сотен гривен серебра на каждого, все зависит от количества привлечений рабочей силы. Учтите лишь, что золото там мелкое, вам самим бараньей шкурой много не взять, нужны промывочные машины, ну… оснастка для увеличения выработки, а она есть только у нас.
— Вот как…
— Ее
— Это тоже, но подробности обсудим потом, — недовольно прервал его Кий, уловив недоумевающий взгляд Кутафия, — для начала нужно уговориться о привлечении вольных людишек на прииски.
— Вольных? Это еще зачем? — вновь удивился мурдас.
Кий не раз думал о том, как ветлужцы делятся прибылью своих предприятий с местными общинами, и считал это разумным. На жадного хозяина обычно работают спустя рукава, и в итоге он получает не сильно больше, чем тот, кто щедро делится с другими, сваливая на них и заботу о деле. Пригляд, конечно, убирать никак нельзя, но заинтересовать людей работой не только на чужое благо, но и на свое… Почему бы и нет?
— Потому что никто из нас много работников выделить не сумеет! Зимой золотой песок жрать не будешь, нужно еще и землю пахать!
— С богатой мошной припасы всегда можно купить!
— В голодный год и у соседей неурожай! А если давать местной чуди пятую или шестую часть реальной цены, то лишний золотой ручеек помехой не будет!
— Ты хочешь им платить?! — искренне удивился чепецкий предводитель.
— С такой силой сгоним их на прииски и дело с концом!
— О невольниках надо заботиться, в итоге так на так и выйдет! А еще я не люблю злобные косые взгляды себе в спину особенно так далеко от дома! Людям надо дать добрый кусок на жизнь, иначе татьба и разбой на реке житья нам не дадут! У мёня есть опыт по этой части, и я собираюсь им воспользоваться.
— Ты говоришь о своих копях на Суре? — заинтересованно поднял глаза Бикташ. — Воевода тебя не обидел, твои люди торгуют цемянкой по всей Идели!
Кий слегка усмехнулся. И дело было не в том, что угорец спутал глиняное крошево с цементом, и не в том, что торговля таким ценным товаром велась лишь ветлужцами, пусть и под прикрытием его имени.
Собеседники попались на крючок человеческих страстей, хотя еще не знали об этом. Собственно, Кий и сам болтался когда-то на таком же, да и теперь еще сидит на нем, хотя уже понимает свои слабости.
— Так и есть. Но прибыль не мне одному в мошну идет. Все в точности, как и в этом деле предлагается.
— Мне стоит подумать, — нахмурился мурдас.
— Думай! А я пошёл! — Бикташ бросил взгляд на стол, где лежала тряпица с рассыпанным на ней золотым песком, встал и неверной походкой зашагал к выходу из шатра. — Должен тебе признаться, Кутафий, что с ветлужцами всегда очень… очень сытно!
И уже на выходе бросил через плечо.
— Надеюсь, вы сможете уговорить ижмаринского кугуза, иначе я…
Поняв, что сказал лишнее, Бикташ с силой рванул подвернутый к верху полог шатра и тот упал за его спиной на место, хлопну в порванными завязками и застарелой дорожной пылью. В
Кий удовлетворенно кивнул и вернулся к прерванному разговору.
— И когда будешь думать, Кутафий, то учти, что твое участие в добыче не столь и необходимо. А в Закамье мы можем ходить и мимо тебя.
— Уже не пройдешь.
— С золотом пройду, но потеряю время…
— И золото.
— Поэтому и спрашиваю тебя от имени детей княжеских, согласен ли ты принять от нас такой щедрый подарок?
— А какой вам самим от этого прок?
Кий хотел ответить, но неожиданно для себя показал на недорослей.
— Пусть детишки скажут.
Он заметил, как от неожиданности Вовка поперхнулся, однако мальчишка и в этот раз взял себя в руки.
— Э… Во-первых, мы хорошо заработаем на наших промывочных машинах и на торговле. Во-вторых получим на Вятке союзников, с помощью которых сможем отбиться от булгарцев, если те пожалуют сюда… А в третьих, если мы подсядем на золото и перестанем трудиться, то через пару десятков лет разжиреем, обленимся и нас сожрет кто-то более сильный и голодный. Мощь державы в основном зависит от ремесел и торговли, звон монет тут не главное!
Кутафий криво усмехнулся, будто найдя подтверждение каким-то своим мыслям, и поднялся с лавки, подводя итог беседы.
— Надеюсь, золота будет достаточна чтобы безбедно прожить всю оставшуюся жизнь, а общих сил хватит, чтобы отбиться от любого, кто посягнет на него. Иначе…
Кий устало кивнул, получив такое, весьма своеобразное согласие чтецкого властителя на сотрудничество, но про себя хмыкнул.
«Мог бы и не предупреждать! Бикташ, к примеру, это понял раньше тебя…» Кий неожиданно замер, наткнувшись на откровенно веселящийся взгляд второго недоросля. Заметив пристальное к себе внимание, Микулка глаза опустил, но как оказалось только для того, чтобы закопаться в картах, небрежной кипой вылетевших из толстой амбарной книги. А потом радостно вскрикнул.
— Ага!.. Это наброски окрестных стран, это торговые маршруты… Вот! Гео-ро…ло-гическая! Земляное масло нам пока не нужно. Самоцветная полоса Урала! Как ты относиться, Кутафий, к горам и россыпям драгоценных камней среди них?..
— Все равно не надо было золото отдавать! — нервно постучал кулаком по столешнице Кий. — Умом понимаю, что, никто из них прииски под себя не осилит забрать, но до конца не верю. Где, кстати, золото роится?
— Самое крупное месторождение там, где Вяжа поворачивает на полудень, — меланхолично кивнул Вовка и еще раз подтвердил. — В одиночку нам его точно не осилить. Сгинем в этакой дали, и не услышит никто о том. Людей жалко.
— А камни самоцветные?! Зачем?!..
— Карта настолько примерная, что двадцать лет пройдет, прежде чем найдем даже десятую часть того, что там нарисовано!
— Все равно жалко отдавать!
— Не то слово. Но я уже говорил, что все вернется к нам как плата за наши товары, и на этом мы заработаем гораздо больше. Золото когда-нибудь кончится, а производственная база и люди… Короче, мы все равно поделились бы месторождением с кем-нибудь, чтобы не сидеть на нем сиднем, ожидая напастей со всех сторон!