Волжане
Шрифт:
беспрепятственно пропускать нас через свои земли на Вятку.
— И более ничего?
— Сначала сам поведай, что тебе известно… — вновь перевел на себя разговор Кий, недовольно зыркнув на подопечного. — Да не опускай подробности, мы никуда не спешим! Что за люди с тобой, Бикташ, да каким ветром вас всех сюда занесло? А после, этого можно поговорить и о негасимом огне, и о цене нашей размолвки…
Собеседники степенно кивнули, выражая свое согласие с прозвучавшими доводами, и Бикташ тоже схватился за внесенный девчонками кувшйн щедро налив из него в поставленную перед ним чашу. Явно ожидая обнаружить в ней не воду, а другой напиток, он все же в один присест осушил содержимое, обиженно сморщился и кивнул Кутафию, предлагая ему слово. Тот продолжил
— Тогда сказ свой начну издалека, с Нукрат-Су [14] . Именно через нее
проходит одна из булгарских дорог на Галидж… то есть Новгород, а также в Садум [15] , не говоря уже про ближние земли, в коих скупает мягкую рухлядь
Великий Булгар. Это его главный торговый путь в полуночные земли. Чулманская дорога в отличие от Нукратской чуть безопаснее, но зато труднее, река там быстрая и выгребать пр ней тяжело…
Ты говоришь про Каму? — уточнил Кий.
14
Нукрат-Су — Вятка (булг.)
15
Садум — Скандинавский полуостров (булг.)
Северянин кивнул, явно зная такое название, тоже отхлебнул из чаши и, ничем не показав свое недовольство содержимым, продолжил.
— С Нукрат-Су путь лежит на Малому, а дальше волок идет на реку Джук или, по-вашему, Юг. Оттуда можно плыть Мосхой [16] в сторону Галиджа, и рекой Тун в Ак дингез [17] и Садум…
Кий прокашлялся, словно бы пытаясь дать знать собеседнику, что надо выражаться яснее, но Кутафий словно бы и не заметил прозвучавшего знака. Его взгляд не отрывался от Микулки, который сидел в углу палатки и что-то черкал на сером листе бумаги. То ли выводил слова непонятной ветлужской скорописью, то ли набрасывал обещанный рисунок. Однако на помощь пришел Вовка и помог с переводом.
16
Мосха — Сухона (булг.)
17
Ак дингез — Белое море (булг.)
— По Сухоне идем на Белоозеро или Северной Двиной в Белое море и Скандинавию. А еще, насколько я знаю, можно пойти по Вычегде на восток и перевалить на Печору и Каму… Весь север наш.
— Кха… — Кию показалось, что Кутафий поперхнулся несколько испуганно, однако собеседник сразу взял себя в руки и незамедлительно продолжил. — Защищают эту дорогу многие крепастицы, но на реке Юг стоит самая большая, построенная для защиты переволоки с Моломы.
Называем мы ее Гусман, по имени основателя, хотя истинное имя его Сып и является он внуком Салахби, которого вы зовете Олегом.
— Вещим?! — вскинулся Вовка. — То есть там урмане [18] сидят?
— Скорее дом Утара, как их ныне называют. Сих людишек можно считать потомками колбягов [19] и варягов, не ушедших под Киев и Булгар, хотя верховодят всем именно выходцы из Садума. Мыслю, что большинство из них видит истинных мурманов только когда торгует с ними или отражает их набеги на Бьармию.
— Бьармию?
— Так садумцы называют земли, расположенные к северу от Нукрат-Су. Булгарцы зовут тот край Вису или Бийсу, новгородцы отчасти Заволочьем, а уж как вы…
18
Урмане, мурманы — «северные люди», норвежцы (др. — рус.)
19
Колбяги —
— Севером, а по отдельности Заволочьем, Поморьем и Пермью, — пояснил Вовка и уточнил, — Потому и тебя назвали северянином. А что ныне представляют собой эти биар…
— Бьярмы. Считайте, что вои эти той же породы, что и ратники на Суре, коих вы взяли под свою руку. Отличия лишь в том, что ваши зовутся русью, а эти потомками Рюрика, дань же каждый платит своей службой…
— Кому? Под чьей дланью эти вои живут? — не понял его Кий.
— Не обязательно приносить кому-то роту, чтобы служить. Они хранят Нукратскую дорогу, владеют перевозами, продают булгарским купцам пушную рухлядь собираемую с местной чуди, единственные, не считая самих мурманов, плавают в Садум… Скорее, они союзники Булгара, чем данники. — Кутафий немного помолчал и добавил. — Именно бьярмов я призвал и именно их воеводу вы видели, на острове вместе со мною. А в продолжение нашего разговора на лодье… Скорее этих воев вам следует звать русами, нежели меня. Из одного корня с Киевом росток взошел.
— Ну что же… — Кий заметил, как Вовка открыл рот и торопливо перебил мальчишку более насущным вопросом. — А новгородцы откуда взялись?
— Какие ж это новгородцы… так, босота слободская, без рода и племени.
Сами предложили мне жизни свои, узнав, что я нуждаюсь в ратной силе. Собеседники замолчали, пытаясь собраться с мыслями, и Вовка все гаки
вклинился, возвращаясь к сказанному чуть ранее.
— Ты говорил, что бьярмы считают себя потомками Рюрика. А каким боком они относятся к Рюриковичам, что правят на Руси?
— А что ты слышал про этого славного воителя, хм… княжич? — несколько снисходительно бросил Кутафий.
— Ну…
— Смелее!
— Он был родоначальником всех князей на Руси, а Олег… Вещий Олег приходился ему дальним родичем. Точнее, норвежским наемником, после смерти Рюрика хранившим власть для подрастающего княжеского сына, Игоря, который приходился ему… — старший из «княжих» сыновей запутался и полез пятерней в затылок, — вроде бы племянником по сестре.
Раскатистый хохот сотряс хлипкие стены палатки…
— Дальше, дальше, княжич… — стал утирать глаза Кутафий.
— Ну… — смутился Вовка, — мне говорили, что в списке первого русского
митрополита Иллариона Рюрик даже не упоминается, но…
— Что еще?
Еще я слышал, ато Аскольд и Дир, сидевшие в Киеве до Олега, были дружинниками Рюрика! С другой стороны мне пересказали одну из летописей и там… Сейчас! «А князи в та лета бяху на Роускои земли; От Варяговъ 5 князей, первому имя Скалдъ, а дроугому Дир, а третьему Рюрик…» [20]
20
2-ая Псковская летопись (XV век).
— Это больше похоже на правду, мальчик! Дир с Аскольдом были куда более значимы, нем Рюрик, который всегда стоял лишь на третьем месте. Но это не столь и важно. Кем бы они себя не мнили, все были ставленниками хазар и булгар, а потому лишь глина в их руках.
— Но Рюрик же…
— Достойный муж, открывший путь в Садум через Ак дингез, и нашедший свой последний приют где-то в землях корелы. Он дошел до самой полуночной точки садумских земель и поделил их с мурманами. Но кто тебе сказал, что он предок киевских князей? Они сами? Пусть так… — Кутафий перестал веселиться и вполне отстаненно добавил. — Мне вот рассказывали сказки о булгарском царе, которого в некоторых землях словенского языка навывали Святогором или Светогором…