Воля рода
Шрифт:
– Я бы сказал, выживают, – Эд закончил возиться с ветками и аккуратно связал получившийся пучок. – Говорят, они вырождаются. Раньше могли в звериную форму перекидываться, а сейчас… только на друидах, которые зелья варят и сухпаи эти делают и выезжают.
– Ну не скажи, – возразил Сёма, – лучники у них самые сильные в мире.
– Лучники да, – кивнул Эд, – в Лесу им нет равных.
– Значит, народ, живущий в Лесу, промышляет зельями, лесной магией, а раньше ещё и перевёртыши
– Перевёртыши, – повторил Сёма. – Хорошо звучит.
– Ты так сказал, – хмыкнул Эд, – будто лично с ними встречался.
Сёма улыбнулся шутке товарища, но стоило ему взглянуть на меня, как улыбка сама собой сползла с его лица.
– Что, серьёзно?
– Ну да…
– Вы что там, уснули?! – раздражённый голос Десена прервал наш разговор, и мы старательно принялись изображать рвение.
– Выходим через пять минут!
– Позже договорим, – шепнул Сёма и взвалил на себя связку веток. – Эд, ты знаешь, что делать.
Парень согласно кивнул и направился к выпнутой из шатра Звене. Шатёр уже сворачивали Ханурики, а женщина молча уставились в землю, не замечая сползшего на груди платья.
Ханурики то и дело бросали на неё жадные взгляды, и появление Эда восприняли в штыки.
Но пацан, не обращая внимания на злые взгляды, взял Звену за руку и повёл за собой. Было видно, как он что-то ей сказал и та, равнодушно кивнув, поправила платье.
– Михаил, – Сёма посмотрел на меня. – Твой выход.
– Рано, – я посмотрел на раздражённого Десена. – Пусть немного успокоится.
Сёма поморщился, но всё же согласно кивнул. Не нужно было быть эмпатом, чтобы понимать – работорговец по какой-то причине сильно зол.
Вышли мы через пятнадцать минут и шесть ударов хлыстом.
Ханурики слишком долго складывали шатёр, а Зуй с Кропом не поделили… яблоко.
Видимо, разрезать фрукт пополам оказалось для их мозгов слишком сложно, поэтому их спор перерос в небольшую потасовку, из которой победителем вышел Кроп.
Он довольно схрумкал яблоко и бросил недоеденным огрызком в меня.
– Разрешаю тебе его доесть, раб!
Видимо, моя попытка заступиться за Звену, задела его больше, чем он думал.
Огрызок попал мне в грудь и упал на песок.
Рот тут же наполнился слюнями, но я сделал шаг назад, повернулся к воину и огрызку спиной и принялся изображать подготовку к выходу.
Сзади тут же послышался шум драки и приглушённые ругательства Хануриков.
Мне было настолько противно смотреть на то, как они дерутся за ксуров огрызок, что я даже поворачивать не стал.
Честное слово, работорговцы должны гореть в аду только за то, что оскотинивают людей.
Так или иначе, наш небольшой
Да, настроение у работорговца явно не располагало к беседам по душам, но у меня была одна идея, как это поправить.
– Уважаемый Десен! – я не спешил приближаться к его верблюду, держась на расстоянии. – Разрешите задать вопрос?
Работорговец хмуро на меня покосился, но всё же кивнул.
– Валяй.
– Пока мы пережидали дневную жару, я чувствовал вибрацию, идущую от земли…
– Вот! – Десен победно поднялся на стременах и крикнул в спину трусящим впереди Зую и Кропу. – Я же говорил вам, болваны, что амулет не просто так разряжается! Всё, до прибытия в Город никаких больше утех!
Вот почему работорговец был такой злой перед выходом в пустыню!
Воины хотели было что-то возразить, но Десен свирепо рявкнул.
– Молчать!
– Десен, с каких пор ты слушаешь рабов? – нахмурился Кроп. – Да в этом районе ни в жизнь не водилось скорпионов!
– До этого момента и маги не погибали, свалившись с верблюда, – с раздражением ответил Десен. – Больше никаких развлечений с рабыней, понял меня?
– Понял, – недовольно отозвался воин. – Вот только зря ты раба этого слушаешь.
– Кроп, ты тупица, – Десен уже и не пытался сдержать своего раздражения. – Этот форточник подтвердил мои мысли! И то, что он почувствовал вибрацию, а ты нет, говорит о многом!
– Да я его одной левой в бараний рог согну, – набычился Кроп.
Я, не удержавшись, хмыкнул, и взбешённый воин повернулся ко мне.
– Наказание!
Боль застала меня на ходу, и я даже не успел сгруппироваться. Упал неудобно – лицом в песок и, кажется, на левую руку.
В запястье что-то хрустнуло, но на фоне терзающей всё тело боли, это было сущей ерундой.
– Хватит!
Боль тут же прошла, и я со свистом втянул в себя воздух.
– Не много ли ты на себя берёшь, а Кроп?
– Он меня оскорбил.
– С этого момента, наказывать рабов могу только я, – Десен, казалось, сейчас просверлит в воине дыру.
– Как скажешь… босс, – неохотно выдавил из себя воин и с силой впечатал кулак в плечо своего товарища. – А ты чё ржёшь?!
Между воинами снова вспыхнула потасовка, а Десен покачал головой.
– Сеть! С какими идиотами приходится работать…
– Если хотите, я могу помочь, – предложил я, осторожно разминая растянутую кисть.
– И каким же образом? – усмехнулся Десен.
– Дайте мне меч и снимите ограничение на использование внутренней энергии, – нагло предложил я. – И скорпионы перестанут быть проблемой.