Шрифт:
Annotation
– Так ты кто: маг, колдун, экстрасенс, псионик?
– спросил альфа. - Да нет вообще, я другой. Просто волшебный омега...
Диана 19
Диана 19
Волшебный омега
========== Адрес ==========
– Пройдите, пожалуйста, в тринадцатую смотровую, -
– Да, он стоит под номером четыре, - Оад волновался, всё ещё не отошёл от ограбления, он ткнул пальцем прямо в стекло, отделяющее помещение, в котором омега находился, от комнаты с четырьмя высокими смуглыми альфами бандитского вида.
Сам Оад не пострадал, автоматная очередь скосила людей правее того места, где он лежал на полу, заложив руки за голову. Семнадцать жертв: альфы, омеги, беты и даже дети - везде кровь, крики, и в голове бьётся одна-единственная разумная мысль - "следующей очередью грабитель прикончит и меня". Но вломившийся после выстрелов спецназ скрутил вооруженного грабителя и освободил оставшихся заложников. Так среди спасенных оказался и Оад Флеур, восемнадцатилетний худой омега, белокожий брюнет с завораживающими глазами цвета голубого льда.
Всех спасённых привезли в ближайшую больницу на обследования, затем тех, кто не нуждался в госпитализации, перевезли в полицейский участок под охраной, как свидетелей преступления. Каждый из них давал показания отдельно от других и опознания тоже производили по одному, ведь речь шла о массовом убийстве мирных граждан Ла-Вельи. Преступника ждала смертная казнь через публичное повешение - не самая приятная вещь в мире - поэтому ошибиться было нельзя. Никакого пересмотра приговора задним числом не могло быть.
На самом деле Оада всё ещё трясло от страха - чудом остаться в живых в такой нечеловеческой мясорубке. Кто бы мог подумать, что так повезёт. Чуть левее и всё - прощай о-папочка, библиотека и любимый кот Мессе. Друзей у омеги не было, он был чуть странноватым единоличником. Не потому что был жаден, вовсе нет - отдал бы нуждающимся последний кусок школьного бутерброда, как и бывало много раз. Просто лучше всего Оад чувствовал себя наедине с книгами, фильмами и мечтами в своей маленькой угловой спальне. Отец альфа бросил их много лет назад, о-папе приходилось много работать, чтобы создать единственному сыну приличную жизнь. Вот и получалось, что омега целыми днями был предоставлен самому себе.
Иногда он мечтал и об истинном альфе, но о таких парах не слышали уже больше ста лет. Нравился альфе запах омеги, сходились они характерами - вот и скрепляли священный брак. Так даже легче жить, ни к кому не принюхиваешься, не ждёшь десятилетиями мифического истинного. Понравился альфа - познакомились, повстречались или даже пожили вместе и всё - свадьба!
– Большое спасибо, мистер Флеур, - пожилой офицер приоткрыл дверь в коридор, - вы свободны. Если мы будем ещё нуждаться в вашей помощи, мы сами свяжемся с вами. Чтобы выйти на стоянку, вам следует пройти прямо по коридору, потом поворот налево, дальше направо и вы у выхода.
–
Дальше омега пошёл в указанном направлении, но на самом деле он не слушал пожилого офицера и пошёл по направлению, который тот указал ему рукой. Поэтому уперся в лестницу, и не зная куда идти дальше, нервно зашагал по ней вниз. Спустившись на один пролёт, Оад остановился, не зная куда двигаться теперь, но слева послышались голоса и омега на автомате пошёл на человеческую речь.
– Я выбью из тебя этот адрес!
– оказалось, что это не просто речь, а крики, сопровождающиеся глухими ударами.
– Даже, если понадобится, с парочкой-другой твоих зубов!
– опять удар.
Оад зашёл в приоткрытую дверь и оказался в такой же комнате, как и до этого с пожилым офицером. Через окно в стене он видел в соседней комнате симпатичного полицейского, который допрашивал подозреваемого, путём тыканья того лицом в металлический стол. Подозреваемый был очень молодым, самое большее лет восемнадцати, весь в татуировках и пирсинге, с подведёнными чёрной тушью глазами. Но сейчас его лицо обагрилось кровью из разбитой губы и глаза. Руки были пристёгнуты наручниками к металлическому крюку в столе и сопротивляться офицеру он не мог, только стонал и плакал, но на вопросы не отвечал.
– Не можешь сказать, тогда напиши мне!
– офицер-альфа, в этом не было никаких сомнений, судя по его виду и самомнению, пододвинул к допрашиваемому лист бумаги и ручку.
А Оад не мог отвести от него глаз: офицер был крупным накаченным альфой с сильной харизмой, такому хотелось подчиняться и служить, со строгим совершенным лицом и неожиданно крупными сексуальными губами.
– Ты понимаешь, что сотни людей умрут, если ты мне не поможешь?
– альфа неожиданно изменил тактику и заговорил с подозреваемым доверительно, склонившись со спины к его уху: - Помоги мне и я посмотрю, что мы можем для тебя сделать!
Привязанный парень заплакал сильнее и забубнил что-то себе под нос, из которого тоже потекло.
– Нет, так дело не пойдёт: сначала адрес, а потом я принесу тебе попить! И плевать сколько суток ты уже без воды!
Видимо, несчастный умирал от жажды, но его страдания не трогали офицера. А вот Оада тронули, ему хотелось помочь, чтобы молодой полицейский не марал себя пытками другого человека, живого разумного существа. Хотя, судя по всему, моральный аспект допроса волновал из присутствующих только самого омегу.
Оад собрался, сосредоточился и постарался полностью повторить позу допрашиваемого, даже присел, как будто у него тоже был стул, скривился, пытаясь заплакать. Несколько минут таких попыток и омега почувствовал в точности то, что ощущал подозреваемый - страх, безысходность и даже боль в скованных наручниками запястьях.
– Адрес!
– в очередной раз заорал офицер и голову Оада прострелила мысль: "Лямираль восемнадцать, квартира сорок пять", и даже смутно показался вид на современный многоэтажный дом через завесу тёмно-зелёных кустов, освещаемых закатным солнцем.