Волшебники
Шрифт:
— Нет-нет, — ответила Мелиса. — Она не умерла. Это я явно видела. И все же она была в аду.
— Что это означает? — спросил я.
Она посмотрела на меня широко распахнутыми карими глазами и сказала:
— Не знаю. Образы, которые я вижу, не являются реальностью. Они лишь искаженная картина, скрытая туманами и деформирующаяся под воздействием сознаний сверхъестественных существ.
Я совершил левой рукой защитное знамение — это всегда нелишне, когда речь заходит о таких вещах.
— И что вы собираетесь делать
— Я воспользуюсь большим кристаллом, чтобы уточнить и, возможно, увеличить то, что увидела Мелиса, а затем сообщу о результатах сенатору Лэнгфорду, — сказал Стрюк. — Этим наша задача и ограничивается.
— Собственно… — начал было я.
— А тебе, Питер, — сказал Стрюк, не заметив, что перебивает меня, — чем мы можем быть полезны?
— Я думал, что вы знали о том, что я приду, — сказал я.
— Да, — согласился Стрюк, — но не о том, почему ты придешь.
— А! — сказал я, укоризненно погрозив ему пальцем. — Значит, это вы его прислали!
— Кого это «его»?
— Элементаля ветра, который преследует меня по всему городу.
— Что за ерунда, — сказал Стрюк.
— Глупости, — согласилась Мелиса.
— Возможно, — сказал я, — но он все-таки меня преследовал. Сейчас он, пожалуй, поджидает снаружи этого дома. Вы, я полагаю, знаете защитные заклинания, которые не дают ему войти.
— Иногда ветер не более, чем просто ветер, — сказал Стрюк.
— «Просто ветер» никого не преследует, — сказал я ему.
— Любопытно, — ответил Стрюк. — Посмотрим.
Он ненадолго вышел в другую комнату и вернулся с небольшой лаковой шкатулкой. Плотнее запахнув красную мантию, он направился к входной двери. Я пошел за ним на некотором расстоянии, не желая встревать между Стрюком и тем, что он собирался сделать, что бы это ни было. За мной последовала Мелиса.
Стрюк открыл дверь и пробормотал несколько коротких фраз, среди которых, кажется, были и слова «Амъям гамбол» — а может, и нет, — и открыл лаковую шкатулку. Осторожно держа ее в вытянутой левой руке большим и указательным пальцами, он легонько встряхнул ее. Из шкатулки вылетело облачко красного порошка, будто дым от едва тлеющего костра. Оно направилось из дома вниз и, летя над крыльцом, становилось все больше. Вскоре в него… как бы сказать… вляпалось то самое невидимое существо, состоящее из ветра, и в конце концов красный цвет распространился но всему его воздушному телу, и нашим глазам предстал элементаль ветра, ростом двадцать футов.
— Видите? — спросил я. — Иногда ветер оказывается… вот таким вот! — Я указал на порывистое бесплотное чудовище, которое билось и кружилось перед нами, принимая новые, все более гротескные формы.
Стрюк вытащил из рукава маленькую заостренную палочку и взмахнул ею в сторону чудища. Затем он еле слышно пробормотал пару слов, а потом, обращаясь к воздуху перед собой, низким голосом приказал:
— Объяснись!
— Я
— Почему ты преследуешь инспектора Фрея? — требовательно спросил Стрюк.
Через некоторое время последовал ответ:
— Потому что… Да.
— Потому что — да? — переспросил я.
Понятно, не следует много ожидать от существа, состоящего из одного только воздуха, но все же…
Мелиса нахмурилась и поджала губы. Через несколько секунд ее хорошенькое личико осветилось широкой улыбкой; девушка едва сдерживала смех.
— Смешно? — проворчал я.
Она встала на цыпочки и прошептала мне на ухо:
— Это был ответ в двух частях.
— В двух частях?
Она кивнула:
— «Почему?» — «Потому что». «Ты преследуешь инспектора Фрея?» — «Да».
Стрюк начертал своей палочкой в воздухе какую-то фигуру. Существо наполнилось голубыми искорками, которые каким-то образом заставили его сжаться, так что оно стало много меньше и, как мне показалось, плотнее.
— Кто побудил тебя к действию? — спросил он.
— Я, — заговорило существо, растягивая звуки, как это свойственно завывающему ветру, — являюсь зарегистрированным элементалем издательства «The Daily Call-Bulletin».
— Черт возьми! — произнес я. — Ищейка газетчиков! — Я подошел к элементалю, потрясая кулаком, хотя, конечно, жест мой был бессмысленным по отношению к говорящему сгустку воздуха. — Убирайся! — решительно скомандовал я.
— Не могу, — жалобно провыло существо. — Я привязан к вам заклинанием, произнесенным редактором городской газеты.
— Мы займемся этой проблемой, — сказал Стрюк. Он вскинул перед собой палочку, будто крошечную шпагу, и нараспев произнес: — Отсекаю все узы, удерживающие этого природного элементаля, и призываю чары Парацельса!
С кончика палочки сорвалась красная молния, которая некоторое время выбирала, куда направиться, а затем ударила в фонарный столб примерно в двадцати ярдах от дома.
Воздушное существо затрепетало от внутреннего свечения.
— Я свободен? — спросил элементаль. — Свободен, — решил он. — Свободен! — И он поспешил прочь по улице, по пути подхватывая листья с мостовой и срывая крышки с мусорных баков.
— Сработало?! — сказал Стрюк с некоторым удивлением в голосе.
— А что, могло не сработать? — поинтересовался я.
Стрюк пожал плечами.
— Странное существо, — сказал он. — Он настолько бесплотен, что его невозможно удержать каким бы то ни было заклинанием, но понять это он не в состоянии — ума не хватает. Поэтому он и делает, что ему приказали.
— А при чем тут Парацельс?
— Это одно из имен силы, которое было псевдонимом швейцарского алхимика, жившего полтысячи лет назад, — сообщил Стрюк. — На элементаля ветра такие вещи не действуют. Но эта ветряная тварь об этом не знала.
— А если бы не сработало?